Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
— Пекарня и оборудование не покроют и трети его долга, — медленно, словно пробуя слова на вкус, произнес Аслан, не разжимая хватки на моем запястье. Его большой палец вдруг начал успокаивающе, но очень по-хозяйски поглаживать мою кожу.
— У меня больше ничего нет, — всхлипнула я, чувствуя, как от его прикосновения меня бросает в жар. — Я всё отдам... Я буду печь день и ночь... Только не забирайте пекарню!
Аслан усмехнулся. В этой улыбке сверкнули белые зубы хищника.
— Печь день и ночь? Какая похвальная самоотверженность, — он наклонился еще ближе. Его губы почти коснулись моего уха. — Знаешь, я передумал. Оставь свои булки себе. Я забираю другой залог.
— К-какой? — пролепетала я, холодея от ужаса.
Аслан медленно отпустил мое запястье, выпрямился во весь свой пугающий рост и кивнул своим амбалам у двери.
— Тебя, — отрезал Дикарь. — Упакуйте ее в машину. И если хоть один волосок упадет с ее головы, я вам руки переломаю.
— У меня больше ничего нет, — всхлипнула я, чувствуя, как от его прикосновения меня бросает в жар. — Я всё отдам... Я буду печь день и ночь... Только не забирайте пекарню!
Аслан усмехнулся. В этой улыбке сверкнули белые зубы хищника.
— Печь день и ночь? Какая похвальная самоотверженность, — он наклонился еще ближе. Его губы почти коснулись моего уха. — Знаешь, я передумал. Оставь свои булки себе. Я забираю другой залог.
— К-какой? — пролепетала я, холодея от ужаса.
Аслан медленно отпустил мое запястье, выпрямился во весь свой пугающий рост и кивнул своим амбалам у двери.
— Тебя, — отрезал Дикарь. — Упакуйте ее в машину. И если хоть один волосок упадет с ее головы, я вам руки переломаю.
Что может быть общего у самоуверенного шеф-повара с репутацией ловеласа и потерявшей вкус к жизни бизнес-леди с синдромом «ледяной королевы»? Только безумная страсть, приправленная щепоткой сарказма и бокалом редкого вина!
Глеб Любимов — король кухни и повелитель женских сердец. Его фирменное блюдо — разбитые сердца. Но что делать, если на его пути появляется та, что способна растопить даже самое ледяное сердце?
Ася Светлова — бизнес-аналитик с острым умом и необычным увлечением. Днем она покоряет вершины карьеры, а ночью мечтает о настоящей любви. И вот однажды судьба подкидывает ей особенный рецепт счастья, где главный ингредиент — горячий шеф-повар с замашками Дон Жуана.
Их встреча как взрыв вкуса: остроумно, пикантно и с неожиданной подачей! Он учит ее готовить любовь, она помогает ему раскрыть сердце.
Глеб Любимов — король кухни и повелитель женских сердец. Его фирменное блюдо — разбитые сердца. Но что делать, если на его пути появляется та, что способна растопить даже самое ледяное сердце?
Ася Светлова — бизнес-аналитик с острым умом и необычным увлечением. Днем она покоряет вершины карьеры, а ночью мечтает о настоящей любви. И вот однажды судьба подкидывает ей особенный рецепт счастья, где главный ингредиент — горячий шеф-повар с замашками Дон Жуана.
Их встреча как взрыв вкуса: остроумно, пикантно и с неожиданной подачей! Он учит ее готовить любовь, она помогает ему раскрыть сердце.
Я бежала через полстраны, чтобы больше никогда не бояться ни одного мужчины. А потом он толкнул дверь моего бара... И я поняла, что бояться только начинаю.
Его называют Бессмертным. Он — меч Каморры, человек, который ломает кости так же спокойно, как другие пьют утренний кофе. И он владеет баром, где я разливаю палёный виски. Как и всем этим городом. И нет ни одной двери, за которой он меня не найдёт.
Меня зовут Алисия. Я давно научилась не поднимать глаз, потому что так безопаснее. Но в тот вечер всё же подняла. На него. Он пообещал, что я буду принадлежать ему целиком, до последней капли дыхания. А я ударила его по лицу. Он лишь улыбнулся в ответ.
Он — тьма, в которой тонет этот город. А я — единственный свет, который он позволил себе захотеть. Но за ним всегда идёт война. И в ночь, когда она придёт за мной, я узнаю, на что готов Бессмертный ради того, что назвал своим.
«Я знала: этот человек — зло. Но у зла были чертовски красивые руки».
Его называют Бессмертным. Он — меч Каморры, человек, который ломает кости так же спокойно, как другие пьют утренний кофе. И он владеет баром, где я разливаю палёный виски. Как и всем этим городом. И нет ни одной двери, за которой он меня не найдёт.
Меня зовут Алисия. Я давно научилась не поднимать глаз, потому что так безопаснее. Но в тот вечер всё же подняла. На него. Он пообещал, что я буду принадлежать ему целиком, до последней капли дыхания. А я ударила его по лицу. Он лишь улыбнулся в ответ.
Он — тьма, в которой тонет этот город. А я — единственный свет, который он позволил себе захотеть. Но за ним всегда идёт война. И в ночь, когда она придёт за мной, я узнаю, на что готов Бессмертный ради того, что назвал своим.
«Я знала: этот человек — зло. Но у зла были чертовски красивые руки».
Лизе тридцать два, у неё роскошные формы, своё кафе и огромные долги. Бизнес трещит по швам, кредиторы звонят круглосуточно, а бывший муж давно забыл дорогу.
На банкете в честь дня рождения подруги она знакомится с двумя эффектными кавказцами — Асланом и Маратом. Дорогие костюмы, уверенные взгляды и полное отсутствие комплексов. Выпитое шампанское, случайный поцелуй, и вот Лиза уже в своём кабинете, запертая с двумя мужчинами, которые знают, чего хотят.
Утром Лиза надеется забыть эту ночь как случайную ошибку. Но мужчины возвращаются. С предложением: они закрывают все её долги, а она становится их. На год. Без обязательств. Без ревности. Только удовольствие.
На банкете в честь дня рождения подруги она знакомится с двумя эффектными кавказцами — Асланом и Маратом. Дорогие костюмы, уверенные взгляды и полное отсутствие комплексов. Выпитое шампанское, случайный поцелуй, и вот Лиза уже в своём кабинете, запертая с двумя мужчинами, которые знают, чего хотят.
Утром Лиза надеется забыть эту ночь как случайную ошибку. Но мужчины возвращаются. С предложением: они закрывают все её долги, а она становится их. На год. Без обязательств. Без ревности. Только удовольствие.
Маргарита посмотрела в окно кухни. Сад был серым, мокрым, но по веткам бегут капли — жизнь пробивается. За окном, за забором, в доме Григория загорелся свет. Теплый, желтый, уютный. А в коридоре за её спиной заскрипели половицы. Сергей вернулся.
Она замерла, держа в руке кусочек пирога. Два дома. Два мужчины. Одно — теплое, мягкое, доброе. Другое — холодное, жесткое, опасное.
И вдруг она поняла страшную для себя вещь. Безусловная доброта Григория сейчас казалась ей пресной. Она утоляла голод, но не гнала холод. А взгляд Сергея, пугающий и неуместный, заставлял её биться сердце, заставлял кровь быстрее бежать по венам. Он напоминал ей, что она живая. Что у неё есть тело, которое может чувствовать страх, а может быть и что-то ещё.
Она замерла, держа в руке кусочек пирога. Два дома. Два мужчины. Одно — теплое, мягкое, доброе. Другое — холодное, жесткое, опасное.
И вдруг она поняла страшную для себя вещь. Безусловная доброта Григория сейчас казалась ей пресной. Она утоляла голод, но не гнала холод. А взгляд Сергея, пугающий и неуместный, заставлял её биться сердце, заставлял кровь быстрее бежать по венам. Он напоминал ей, что она живая. Что у неё есть тело, которое может чувствовать страх, а может быть и что-то ещё.
Братья обнялись, и на секунду Вика увидела два идентичных силуэта, сливающихся воедино. Было в этом что-то зловеще-прекрасное.
— Матвей, это моя Вика, — сказал Денис, отступая на шаг и с гордостью беря ее за руку. — Викусь, это мой брат.
Матвей шагнул к ней и протянул руку. Его ладонь была теплой и сухой, а сжатие — уверенным, почти властным. Он не отпускал ее руку долю секунды дольше, чем положено, и все это время смотрел ей прямо в глаза.
— Очень приятно, Виктория. Денис много о тебе говорил. Все правда.
В его голосе не было ничего, кроме вежливости, но интонация заставила ее щеки залил румянец. Она выдернула руку и смущенно опустила глаза.
— Матвей, это моя Вика, — сказал Денис, отступая на шаг и с гордостью беря ее за руку. — Викусь, это мой брат.
Матвей шагнул к ней и протянул руку. Его ладонь была теплой и сухой, а сжатие — уверенным, почти властным. Он не отпускал ее руку долю секунды дольше, чем положено, и все это время смотрел ей прямо в глаза.
— Очень приятно, Виктория. Денис много о тебе говорил. Все правда.
В его голосе не было ничего, кроме вежливости, но интонация заставила ее щеки залил румянец. Она выдернула руку и смущенно опустила глаза.
После окончания трёхлетних отношений я решила начать все с чистого листа. Стать более раскрепощенной, сексуальной и желанной. Зарегистрировавшись на пикантном сайте знакомств я и не могла представить, чем закончится первое сообщение. А если быть точнее, сколько оно принесет удовольствия, новых впечатлений и... любви?
— Ты пришла в мой дом, Эмма, — его низкий голос загоняет в угол. — В этом доме нет дверей, которые закрыты для меня. И нет правил, кроме моих.
Я ненавижу Марка Варламова. Беспринципный хищник, он цинично отобрал проект всей моей жизни и поставил жестокий ультиматум. Теперь я вынуждена подписать контракт и целый месяц жить в его загородном доме, работая под его личным контролем.
Я думала, это будет просто работа. Но в его доме нет замков. Зато есть удушающее напряжение, публичные провокации и игры на грани фола. Он ломает мою волю и доводит до исступления, порой даже не касаясь.
Я поклялась, что никогда не сдамся. Но как выжить в этой клетке, если мое тело предательски плавится от одного его взгляда, а желание подчиниться становится невыносимым?
Я ненавижу Марка Варламова. Беспринципный хищник, он цинично отобрал проект всей моей жизни и поставил жестокий ультиматум. Теперь я вынуждена подписать контракт и целый месяц жить в его загородном доме, работая под его личным контролем.
Я думала, это будет просто работа. Но в его доме нет замков. Зато есть удушающее напряжение, публичные провокации и игры на грани фола. Он ломает мою волю и доводит до исступления, порой даже не касаясь.
Я поклялась, что никогда не сдамся. Но как выжить в этой клетке, если мое тело предательски плавится от одного его взгляда, а желание подчиниться становится невыносимым?
Тишина в кухне стала густой, осязаемой. Она звенела, как натянутая струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. Андрей Павлович медленно поднялся из-за стола. Его движения были плавными, хищными, но без тени угрозы. Он обошел стол и остановился позади Лены.
Она не двигалась, лишь вслушивалась в стук собственного сердца, гулкий и учащенный. Она чувствовала его тепло у своей спины, чувствовала, как изменился воздух вокруг нее. Его рука легла ей на плечо. Прикосновение было легким, почти невесомым, но по ее телу пробежал ток, заставив мышцы дернуться.
Она не двигалась, лишь вслушивалась в стук собственного сердца, гулкий и учащенный. Она чувствовала его тепло у своей спины, чувствовала, как изменился воздух вокруг нее. Его рука легла ей на плечо. Прикосновение было легким, почти невесомым, но по ее телу пробежал ток, заставив мышцы дернуться.
❤ Между нами только секс. Секс… Произношу про себя это слово и вспоминаю тепло его губ, хищно поглощающих мой рот и горячий воздух его жаркого, прерывистого дыхания на моей коже.… Все что происходит между нами, сложно вместить в краткое слово “секс”. Скорее, это непредсказуемо откровенная животная страсть и безграничная раскрепощенность. То что испытываю занимаясь сексом с этим мужчиной, не передать простыми словами. Каждая наша встреча меняет меня, я и не подозревала, что способна к подобной откровенной чувственности...
Подборка самой откровенной романтической эротики
Выберите полку для книги