Книги по тегу «авантюрные приключения»: ""
БЕСПЛАТНО. Я мечтала прыгнуть с парашютом, и мое желание сбылось! Вот только приземлилась я…на спину дракона! А дальше, ух! Семейные драмы, пропавший король и неожиданная помолвка! Оказалось, целовать иноземную ящерицу опасно для здоровья. Ну кто ж знал?
Она зашла в купе, чтобы проиграть дурацкий спор подруге, а выходить не захотела — потому что незнакомец с хриплым голосом пообещал держать её в плену, пока она не рассмеётся до слёз. Чужие вагоны, рискованные ставки и такое невыносимо нежное напряжение, что сердце пропускает каждый стук колёс. Честно, трогает до мурашек и будоражит — эту поездку вы не забудете, даже когда поезд остановится.
Что, если за беззаботным круизом скрывается тайна, способная стереть с лица земли целый мир?
Компания незнакомцев — отправляется в путешествие мечты: коктейли, бассейн, сауна и бескрайний океан. Но на борту лайнера всё не так просто. Кто-то пронёс на корабль нечто запретное — редкого зверька неизвестного науке вида. И это только начало.
Компания незнакомцев — отправляется в путешествие мечты: коктейли, бассейн, сауна и бескрайний океан. Но на борту лайнера всё не так просто. Кто-то пронёс на корабль нечто запретное — редкого зверька неизвестного науке вида. И это только начало.
Меня затянуло в новый мир, где пришлось столкнуться с магией и местными, дивными обычаями. Благодаря своему волевому характеру, я смогла выстоять перед бедами, но всё же никак не смирилась с давней обидой и вознамерилась вернуться в родную вселенную, дабы поквитаться с бывшим возлюбленным. Но мой идеальный план, как и в прошлой жизни, дал большую трещину. И как теперь выкручиваться? Ладно, разберёмся по мере поступления неприятностей!
Так бывает, что в конце космического полёта, практически завершив задание, пилот попадает на...обитаемую планету, совершив жесткую посадку. Только вот обитатели-то оказались не гуманоидами, не эльфами или драконами, а обыкновенными землянами, которые попали туда вследствие тщательно спланированной аферы.
Что могло заставить ведьму и потомственного инквизитора забыть о старой вражде и объединить усилия — да ещё и в тайне от закона? И почему столичный репортёр, как охотничий пёс, идёт по их следу?
Сильвия Платт — потомственная ведьма и учёная, отважно прокладывает дорогу для себя, всех женщин и ведьм в мире закостенелых мужских умов.
Но всего один неудачный эксперимент может перечеркнуть все её старания, уничтожить карьеру и изменить положение политических сил в стране.
А всё из-за ненавистного магинспектора, который уже не первый год обрубает крылья её проектам. Но на этот раз он перешёл все границы. И когда всё закончится, он за это поплатится!
Сильвия Платт — потомственная ведьма и учёная, отважно прокладывает дорогу для себя, всех женщин и ведьм в мире закостенелых мужских умов.
Но всего один неудачный эксперимент может перечеркнуть все её старания, уничтожить карьеру и изменить положение политических сил в стране.
А всё из-за ненавистного магинспектора, который уже не первый год обрубает крылья её проектам. Но на этот раз он перешёл все границы. И когда всё закончится, он за это поплатится!
Он - шпион, которого разыскивают в нескольких государствах, как особо опасного преступника. Она - потомственная дворянка, наивная девчонка, грезившая о чистой любви до гроба. Вместо долго и счастливо - длительные допросы у следователя, и пропавший муж, который оставил напоследок для нее подсказку, ниточку, которая должна привести Аню к столь долгожданному счастью.
ОДНОТОМНИК!!!
ОДНОТОМНИК!!!
Через три дня я нахожу шифр. Не сама. Анри приносит. Бледный. С трясущимися руками.
— Мадам. Шифр. Я нашёл. Это не испанский. Это наш. Французский. Старый. Из архивов кардинала. Тот, что использовали двадцать лет назад. И ключ...
Он кладёт на стол лист бумаги. Я смотрю. Читаю. И холодею.
Ключ — имя. Имя человека из свиты короля. Из самых близких. Из тех, кто сидит за его столом. Кто пьёт его вино. Кто улыбается ему в лицо.
Герцог де Шатийон. Двадцать девять лет. Друг детства короля. Капитан гвардии. Тот, кто стоит за правым плечом Людовика на каждом приёме.
— Ты уверен? — спрашиваю я. Голос ровный. Внутри — лёд.
— Да. Шифр совпадает. Почерк совпадает. Письмо из Марселя написано его рукой. Он передаёт информацию в Мадрид. Три года. С самого начала правления.
Я закрываю глаза. Три года. Три года предательства. Три года, пока Людовик доверял ему. Пока называл другом. Пока ставил рядом.
— Никому не говори, — говорю я. — Ни слова. Ни взгляда. Я сама доложу королю.
— Да, мадам.
Анр
— Мадам. Шифр. Я нашёл. Это не испанский. Это наш. Французский. Старый. Из архивов кардинала. Тот, что использовали двадцать лет назад. И ключ...
Он кладёт на стол лист бумаги. Я смотрю. Читаю. И холодею.
Ключ — имя. Имя человека из свиты короля. Из самых близких. Из тех, кто сидит за его столом. Кто пьёт его вино. Кто улыбается ему в лицо.
Герцог де Шатийон. Двадцать девять лет. Друг детства короля. Капитан гвардии. Тот, кто стоит за правым плечом Людовика на каждом приёме.
— Ты уверен? — спрашиваю я. Голос ровный. Внутри — лёд.
— Да. Шифр совпадает. Почерк совпадает. Письмо из Марселя написано его рукой. Он передаёт информацию в Мадрид. Три года. С самого начала правления.
Я закрываю глаза. Три года. Три года предательства. Три года, пока Людовик доверял ему. Пока называл другом. Пока ставил рядом.
— Никому не говори, — говорю я. — Ни слова. Ни взгляда. Я сама доложу королю.
— Да, мадам.
Анр
Он стоял у причальной мачты. Высокий. В длинном пальто из тёмной кожи. Латунные пуговицы. Эполеты с шестерёнками — знак капитана первого ранга. Перчатки. Сапоги до колен. На поясе — не револьвер. Секстант. Старинный. Медный.
Ему было тридцать один. Ева поняла это по лицу. Не юному. Но и не старому. Резкому. С тяжёлой челюстью. С тёмными волосами, зачёсанными назад. С глазами цвета остывающей меди. Тёплый коричневый с золотом.
Он смотрел на неё. Спокойно. Оценивающе. Как на механизм, который нужно понять.
— Ева Гринвальд, — сказал он. Не вопрос. Голос низкий. Ровный. С лёгкой хрипотцой, будто прокуренный. — Механик-изобретатель. Шесть лет на «Кронверке». Автор патента на роторный клапан высокого давления.
— У вас хорошая память, — сказала Ева. Вытерла руки о комбинезон. Оставила только хуже.
— У меня хорошая разведка, — поправил он. — Капитан Эдриан Блэквуд. «Левиафан».
— Я знаю, кто вы. Все знают.
Он усмехнулся. Уголок губ дёрнулся. Едва заметно.
— Мне нужен механик. На экспеди
Ему было тридцать один. Ева поняла это по лицу. Не юному. Но и не старому. Резкому. С тяжёлой челюстью. С тёмными волосами, зачёсанными назад. С глазами цвета остывающей меди. Тёплый коричневый с золотом.
Он смотрел на неё. Спокойно. Оценивающе. Как на механизм, который нужно понять.
— Ева Гринвальд, — сказал он. Не вопрос. Голос низкий. Ровный. С лёгкой хрипотцой, будто прокуренный. — Механик-изобретатель. Шесть лет на «Кронверке». Автор патента на роторный клапан высокого давления.
— У вас хорошая память, — сказала Ева. Вытерла руки о комбинезон. Оставила только хуже.
— У меня хорошая разведка, — поправил он. — Капитан Эдриан Блэквуд. «Левиафан».
— Я знаю, кто вы. Все знают.
Он усмехнулся. Уголок губ дёрнулся. Едва заметно.
— Мне нужен механик. На экспеди
Она вышла из трещины. Зеркальная Ника. Шагнула в зону наложения как в свою комнату. Улыбнулась. Той самой улыбкой — чуть шире, чем нужно.
— Привет, — сказала она. Голос был голосом Ники. Но без тепла. Без дрожи. Гладкий. Как стекло.
— Ты не я, — сказала Ника.
— Я — ты. Та, которую ты не слушаешь. Та, которая живёт по ту сторону. Которая видит то, чего ты не хочешь видеть.
Артур шагнул вперёд. Стеклянный клинок в руке.
— Отойди от посла.
Зеркальная Ника посмотрела на него. Засмеялась.
— Комендант. Артур. В физическом слое ты защищаешь её. А в зеркальном? В зеркальном ты уже сдался. Не помнишь?
Артур замер. Его лицо побледнело.
— Что ты несёшь?
— Правду. Ты приходил ко мне. В зеркальный слой. Три ночи назад. Просил. Умолял. Потому что в физическом ты не можешь. Не можешь сказать ей. Не можешь коснуться. Не можешь...
— Хватит. — Голос Артура был резким. Но рука с клинком дрожала.
Ника смотрела на них. На своего коменданта. На свою зеркальную версию. И чувствовала, как внутри ч
— Привет, — сказала она. Голос был голосом Ники. Но без тепла. Без дрожи. Гладкий. Как стекло.
— Ты не я, — сказала Ника.
— Я — ты. Та, которую ты не слушаешь. Та, которая живёт по ту сторону. Которая видит то, чего ты не хочешь видеть.
Артур шагнул вперёд. Стеклянный клинок в руке.
— Отойди от посла.
Зеркальная Ника посмотрела на него. Засмеялась.
— Комендант. Артур. В физическом слое ты защищаешь её. А в зеркальном? В зеркальном ты уже сдался. Не помнишь?
Артур замер. Его лицо побледнело.
— Что ты несёшь?
— Правду. Ты приходил ко мне. В зеркальный слой. Три ночи назад. Просил. Умолял. Потому что в физическом ты не можешь. Не можешь сказать ей. Не можешь коснуться. Не можешь...
— Хватит. — Голос Артура был резким. Но рука с клинком дрожала.
Ника смотрела на них. На своего коменданта. На свою зеркальную версию. И чувствовала, как внутри ч
Выберите полку для книги