Книги по тегу «мужчина и женщина»: ""
Нередкая история - дочка давно не ребёнок, но мама-манипулятор вмешивается абсолютно во всё. Её девиз - я лучше знаю, что тебе надо! Разменявшей третий десяток дочке остаётся или смириться, или закалить характер и решиться на бунт. Особенно когда мама чересчур перегибает палку, не разрешает завести даже кота. И совершенно зря, ведь котики приносят счастье!
Думаете, любить могут только молодые? Конечно же нет, и данные рассказы - неоспоримое тому доказательство. Основано на реальных событиях Подсмотрено ☺
— А что не спите? Что-то случилось? — спросил он, увидев заплаканные глаза Риты.
— Муж мне изменил с моей сестрой! — опять зарыдала подруга, закрыв лицо руками.
— Ничего себе новость… Выгони его к чертовой матери и с сестрой больше не общайся.
— Я… я уже все ему высказала, — сказала Рита, вытирая слезы, стараясь успокоиться. — Он пытался оправдываться, говорил, что это ошибка, что любит только меня.
— Тебе нужно успокоиться и выспаться… А я пойду в ванную. Ничего себе, ну Николай! Не ожидал от него, — удивлялся муж, по ходу снимая с себя рубашку и брюки.
— Раздевайся в ванной! — крикнула ему. — Стриптиз тут не устраивай перед нами.
— Муж мне изменил с моей сестрой! — опять зарыдала подруга, закрыв лицо руками.
— Ничего себе новость… Выгони его к чертовой матери и с сестрой больше не общайся.
— Я… я уже все ему высказала, — сказала Рита, вытирая слезы, стараясь успокоиться. — Он пытался оправдываться, говорил, что это ошибка, что любит только меня.
— Тебе нужно успокоиться и выспаться… А я пойду в ванную. Ничего себе, ну Николай! Не ожидал от него, — удивлялся муж, по ходу снимая с себя рубашку и брюки.
— Раздевайся в ванной! — крикнула ему. — Стриптиз тут не устраивай перед нами.
Он жил на две семьи. После смерти тайным детям придётся доказывать своё право на отцовство и наследство в суде.
Он — Леон Вермон, ледяной гений технологий, чьи решения меняют рынки. Она — Алиса Грин, специалист по этике ИИ, нанятая спасать его репутацию. Их задача: научить алгоритмы человечности. Но единственное, что не поддаётся программированию — это взрывная химия между расчётом и убеждением. Сможет ли она заставить поверить в искренность того, кто привык контролировать всё? И что сильнее: власть над миром или власть одного сердца? Честно, напряжение сдавливает, трогает до мурашек и не отпускает до последнего байта.
— Мам, не позорь нас, спрячь свои натруженные руки под скатерть, к нам сейчас серьезные люди придут квартиру смотреть, — Артем брезгливо поморщился, поправляя идеально наглаженные манжеты.
Надежда Петровна замерла с тряпкой в руках, чувствуя, как внутри что-то оборвалось. Квартира, которую она вылизывала годами, за которую отдала последнюю память о муже, внезапно стала для нее клеткой, а она в ней — досадным дефектом интерьера.
Надежда Петровна замерла с тряпкой в руках, чувствуя, как внутри что-то оборвалось. Квартира, которую она вылизывала годами, за которую отдала последнюю память о муже, внезапно стала для нее клеткой, а она в ней — досадным дефектом интерьера.
"Мама, ты всю жизнь была тряпкой! Вот и результат — папа ушёл к моей подруге!"
Эти слова Настя выкрикнула мне в лицо поздно вечером, в день моего пятидесятилетия. Но начну я с утра того дня, когда ещё верила, что моя жизнь удалась.
Эти слова Настя выкрикнула мне в лицо поздно вечером, в день моего пятидесятилетия. Но начну я с утра того дня, когда ещё верила, что моя жизнь удалась.
Мы соседи. Я знаю, когда ты не спишь. Ты знаешь, когда мне больно. Мы никогда не виделись — только ночные сообщения. Клятва не искать встреч. Сегодня я увидела его в лифте. Проблема: он меня не узнал. А я уже не могу забыть его лицо. Что, если ночной собеседник — тот, с кем суждено встретиться? Или тот, от кого стоило держаться подальше? Честно, напряжение до разрыва, трогает до мурашек — эта химия в темноте сильнее любого света. Не оторваться.
«Мне плевать, даже если этот особняк сожрал всех твоих предков». Так надменный миллиардер Марк врывается в мою жизнь — с контрактом на снос. У меня — завещание бабушки и тайна в стенах. Я предлагаю пари: он живёт в моём доме тридцать дней без денег и слуг, чтобы доказать, что здесь невозможно. А потом между нами вспыхивает искра, способная спалить и старые стены, и ледяные сердца. Честно, жарко до мурашек, трогает до слёз — и не отпускает, пока не обрушится последняя тайна.
Выберите полку для книги