Подборка книг по тегу: "попаданцы"
Тео собрал друзей просто так - чаю выпить, пиццы поесть. Хэллоуин отмечать никто не собирался, тем более, что в том мире, где прежде жили его друзья, никакого Хэллоуина не было. Зато была Ночь теней…
Я — лекарь, которого по распределению из академии отправили в провинцию Шато. И все было неплохо до тех пор, пока я, пытаясь вылечить мистера Брикса от насморка, не превратила его в свинью.
Но это полбеды! Вторая половина — раненый виконт. И все бы ничего, но я теряю сознание от одного вида крови, да и лечить незнакомых мужчин — занятие сомнительное. Может засосать в другой мир, где вам придется «дружить» с капризными духами-хранителями, спасать умирающего от недуга принца и всеми силами пытаться избежать чувств к тому, кто никогда не сможет ответить взаимностью…
Но это полбеды! Вторая половина — раненый виконт. И все бы ничего, но я теряю сознание от одного вида крови, да и лечить незнакомых мужчин — занятие сомнительное. Может засосать в другой мир, где вам придется «дружить» с капризными духами-хранителями, спасать умирающего от недуга принца и всеми силами пытаться избежать чувств к тому, кто никогда не сможет ответить взаимностью…
Виктории не везло, - то ли у неё от природы интуиция была слабо развита, то ли просто была доверчивой. Сама девушка, а не интуиция. С детства она была очарована Аргентиной, и именно 19-го века. Она воспользовалась шансом полететь в страну своей мечты, - благо дело, родители могли обеспечить ей, что угодно. Но по прибытии в маленький аргентинский городишко, которого даже нет на карте, она встретила странного художника, который коверкает её имя, называет синьорой, говорит, что всегда искал её... А потом упрашивает стать его моделью, пока он её рисует. Кто бы мог подумать, что оплата, которую чудак дал ей за работу моделью, поможет ей начать новую жизнь с нуля в Аргентине, но только девятнадцатого века? Теперь у неё нет богатых родителей, в обществе почему-то смотрят косо, - и кто бы мог подумать, что попаданство так сильно нас взрослит!
Моя прогулка по лесу обернулась дорогой в один конец. Новый мир, где сказки оказались не такими уж и добрыми, встретил меня механическими монстрами и шёпотом за спиной. Здесь мне поневоле пришлось стать знахаркой, скрывая дар, полученный от той, чьё имя боятся произносить вслух.
Теперь мой дом — лавка с травами, мои друзья — молчаливый охотник и столичный купец, а моя главная забота — выжить и защитить тех, кто стал мне дорог. Но чем сильнее я становлюсь, тем больше подозрений вызываю, и я уже не уверена, кто опаснее: железные твари, идущие по моему следу, или люди, видящие во мне причину всех бед.
Теперь мой дом — лавка с травами, мои друзья — молчаливый охотник и столичный купец, а моя главная забота — выжить и защитить тех, кто стал мне дорог. Но чем сильнее я становлюсь, тем больше подозрений вызываю, и я уже не уверена, кто опаснее: железные твари, идущие по моему следу, или люди, видящие во мне причину всех бед.
Телефон в сумке оживает, я смотрю на экран — и замираю. На дисплее высвечивается контакт: Виола. Меня бросает в дрожь. Целых пять лет не виделись. Что могло случиться? Неужели что-то с Кириллом?..
— Да, Виола, — говорю коротко, почти сквозь зубы.
— Будем считать, что ты победила, — слышу в трубке ее голос. — Забирай своего Кирилла. Я больше не могу. Тридцать лет борьбы — и всё зря. Он любит тебя. Всю жизнь любил только тебя.
— Кирилл не шкаф, чтобы можно было приехать, погрузить его в грузовик и забрать, – я сглатываю и выдыхаю. - И потом… я пять лет назад отпустила его.
— Не ты его отпустила, а я отобрала, — перебивает Виола.– Все время вставала между вами, но больше не могу. Забирай!
— Да, Виола, — говорю коротко, почти сквозь зубы.
— Будем считать, что ты победила, — слышу в трубке ее голос. — Забирай своего Кирилла. Я больше не могу. Тридцать лет борьбы — и всё зря. Он любит тебя. Всю жизнь любил только тебя.
— Кирилл не шкаф, чтобы можно было приехать, погрузить его в грузовик и забрать, – я сглатываю и выдыхаю. - И потом… я пять лет назад отпустила его.
— Не ты его отпустила, а я отобрала, — перебивает Виола.– Все время вставала между вами, но больше не могу. Забирай!
Проснувшись в чужом теле, Маша с удивлением осознает, что теперь она — знатная магиня. Её новая жизнь осложняется магическим даром под названием «чароцвет». Его действие весьма пикантно: он вызывает у жертвы пылкую, неконтролируемую одержимость Машей. Однако у дара есть коварный побочный эффект — после его активации сама Ксилара испытывает страсть к своей жертве и теряет перед ней всякую волю.
Он был чертовски красив. Опасно, смертельно красив. Такие мужчины никогда не встречались на моем пути, в моем предыдущем мире.
Воспоминания нахлынули с новой силой. Я чувствовала на своей коже грубость его ладоней, помнила вес его тела, сокрушительную силу его объятий, сменяющуюся почти болезненной нежностью. Я слышала свой собственный стон, смешавшийся с его низким, хриплым шепотом у самого уха…
Я резко дернулась, наконец выскользнув из-под его руки. Шелк простыни зашелестел подо мной, зазвучал оглушительно громко в звенящей тишине покоев. Я замерла, затаив дыхание, ожидая, что он проснется.
Но он лишь глубже вздохнул во сне, повернулся на другой бок, откинув покрывало. Ранний рассвет, пробивавшийся сквозь щель в шторах, лег на его торс, и я застыла, завороженная и напуганная одновременно.
Даже во сне его тело было воплощением силы.
Воспоминания нахлынули с новой силой. Я чувствовала на своей коже грубость его ладоней, помнила вес его тела, сокрушительную силу его объятий, сменяющуюся почти болезненной нежностью. Я слышала свой собственный стон, смешавшийся с его низким, хриплым шепотом у самого уха…
Я резко дернулась, наконец выскользнув из-под его руки. Шелк простыни зашелестел подо мной, зазвучал оглушительно громко в звенящей тишине покоев. Я замерла, затаив дыхание, ожидая, что он проснется.
Но он лишь глубже вздохнул во сне, повернулся на другой бок, откинув покрывало. Ранний рассвет, пробивавшийся сквозь щель в шторах, лег на его торс, и я застыла, завороженная и напуганная одновременно.
Даже во сне его тело было воплощением силы.
Грегори Харрисон — вечный изгой факультета Гриффиндор! Он жалок и никому не нужен с детства. Будучи маглорождённым, однажды он получил сову и приглашение в Хогвартс! Но в его жизни ничего не изменилось… Пока он не встретил Алису Хаксли, едкую зеленоглазую стерву с презрительной улыбкой! Эта встреча приведёт его, куда бы вы думали? В 1540 год! В Англию Генриха VIII Тюдора!
Чтобы заслужить возвращение на небеса,потомок Люцифера должен совершить деяния, исполненные добродетели, и в течение сорока дней являть миру свою преображенную натуру. В первый же день своего искупления, он спасает невинную деву, что знаменует собой лишь начало череды испытаний, уготованных ему судьбой.
Алиса, успешный дизайнер из Москвы, считала свою жизнь идеальной, пока не оказалась в другом мире, похожем на изысканную живописную шкатулку, где магией управляют чувства, а времена года меняются по воле сердца. Здесь нет мрачных пророчеств и кровопролитных войн — есть «Эфемерный Сезон», фестиваль, от которого зависит гармония всего королевства Верданию. Алисе предстоит не сражаться с монстрами, а восстановить утраченное искусство создания «Настроений» — магических ароматов, способных исцелять души и пробуждать добрые воспоминания. Помогать ей будет загадочный Хранитель Сезонов Леон, чьи взгляды говорят о большем, чем простой долг. Но сможет ли она, привыкшая к быстрым решениям и цифровым мирам, понять магию неторопливости и нежности? И что важнее: найти путь домой или обрести новый дом там, где сердце бьется в ритме сменяющих друг друга чудес?
Выберите полку для книги