Книги по тегу «таинственный герой»: ""
One encounter, a single chance word— and life may be turned upside down.
Is a soulmate a figment of imagination, or a reality?
I’ve found my answer: everything is real, if you believe in it.
Is a soulmate a figment of imagination, or a reality?
I’ve found my answer: everything is real, if you believe in it.
Бажена, дочь кузнеца, всю жизнь мечтала увидеть мир за пределами родного села. Её судьбой должен был стать обычный парень, простая жизнь и знакомые до боли окрестности. Но в канун самого волшебного праздника в селе появляется он — Ратибор, странствующий воин с потухшим взглядом и клинком, помнящим боль.
Их встреча — это искра, вспыхнувшая в пламени купальского костра. Их прыжок через огонь, неразрывно держась за руки, — знак, который видят все. Но за странником тенью следует древнее зло, и первая ночь любви оборачивается битвой за выживание. Ратибор готов снова уйти в одиночку, чтобы не навлечь беду на ту, что зажгла в его сердце свет. Но Бажена готова бросить вызов не только оборотням-перелестникам, но и самой судьбе, чтобы доказать: её место — рядом с ним.
Их встреча — это искра, вспыхнувшая в пламени купальского костра. Их прыжок через огонь, неразрывно держась за руки, — знак, который видят все. Но за странником тенью следует древнее зло, и первая ночь любви оборачивается битвой за выживание. Ратибор готов снова уйти в одиночку, чтобы не навлечь беду на ту, что зажгла в его сердце свет. Но Бажена готова бросить вызов не только оборотням-перелестникам, но и самой судьбе, чтобы доказать: её место — рядом с ним.
Алиса Снежинская ненавидела Новый год и планировала встретить его в одиночестве. Но таинственный квест, проведший её по самым дорогим местам студенческой юности, заставил взглянуть на прошлое иначе. Оказалось, что лучший друг Никита всё это время готовил для неё самое необычное и важное признание. А новогодняя ночь превратилась в начало новой истории.
Никогда не разговаривайте с незнакомцами, особенно, если у незнакомца жуткие глаза. Но что делать, если глядя в эти страшные нечеловеческие глаза, кровь не стынет в жилах, а наоборот начинает кипеть, да так, что кружится голова и подгибаются колени?
Мне вживили ДНК медведя, чтобы сделать идеальным солдатом. Я — оружие, которое вышло из-под контроля. Она — женщина, которая сбежала от тирана.
Я должен держаться от неё подальше. Но её запах манит, а зверь внутри требует: моя.
Я хочу держать её, защищать, никогда не отпускать. Но я боюсь. Боюсь, что однажды не сдержу свою силу. Боюсь сделать ей больно. Боюсь, что она узнает, кто я на самом деле.
Но когда она смотрит на меня без страха и называет медведем, я готов стать для неё кем угодно. Даже человеком.
Я должен держаться от неё подальше. Но её запах манит, а зверь внутри требует: моя.
Я хочу держать её, защищать, никогда не отпускать. Но я боюсь. Боюсь, что однажды не сдержу свою силу. Боюсь сделать ей больно. Боюсь, что она узнает, кто я на самом деле.
Но когда она смотрит на меня без страха и называет медведем, я готов стать для неё кем угодно. Даже человеком.
«Волчья ДНК, — говорили они, — значит, и истинная для волка должна быть». Я не верю в истинную пару. Это бред. Нас создавали как оружие, а не как героев любовных романов.
Мой зверь молчал годами. Я был спокоен. Значит, никакой «пары» не существует. Те, кто верит — слабаки. Я не из таких.
Я живу один, работаю охранником в торговом центре, ни с кем не сближаюсь. Всё меняется, когда я ловлю девушку, которая пытается взломать дверь магазина. Её запах ударяет в голову, и зверь внутри завывает: «Моя».
Я не должен к ней приближаться. Но не могу удержаться.
А когда она попадает в беду, я готов на всё, чтобы её спасти. Даже если ради этого придётся выпустить зверя.
Мой зверь молчал годами. Я был спокоен. Значит, никакой «пары» не существует. Те, кто верит — слабаки. Я не из таких.
Я живу один, работаю охранником в торговом центре, ни с кем не сближаюсь. Всё меняется, когда я ловлю девушку, которая пытается взломать дверь магазина. Её запах ударяет в голову, и зверь внутри завывает: «Моя».
Я не должен к ней приближаться. Но не могу удержаться.
А когда она попадает в беду, я готов на всё, чтобы её спасти. Даже если ради этого придётся выпустить зверя.
Я подписал контракт, чтобы стать сильнее. Мне вживили ДНК амурского тигра, но эксперимент провалился. Моих товарищей убили. Меня сочли неудачным образцом и вывезли в лес, чтобы закопать.
Я выжил. Чудом. Или не чудом — зверь внутри проснулся, когда я уже был на том свете.
Теперь я живу в горах, в бывшем домике егеря. Никого не подпускаю. Не доверяю. Люди приносят только боль.
Но однажды в моём доме появляется она. Замёрзшая, беззащитная. Зверь внутри не рычит — он затихает. Я должен её выгнать. Я не могу.
Её зовут Варя. Она приехала в горы, чтобы сбежать от прошлого — от свадьбы, которая не состоялась, от человека, который её предал.
Я не хочу, чтобы она оставалась. Но каждый день, проведённый с ней, убеждает меня в обратном.
Она не боится моих шрамов. Моей силы. Моего прошлого.
Я боюсь, что однажды она узнает правду. И тогда уже не останется.
Я выжил. Чудом. Или не чудом — зверь внутри проснулся, когда я уже был на том свете.
Теперь я живу в горах, в бывшем домике егеря. Никого не подпускаю. Не доверяю. Люди приносят только боль.
Но однажды в моём доме появляется она. Замёрзшая, беззащитная. Зверь внутри не рычит — он затихает. Я должен её выгнать. Я не могу.
Её зовут Варя. Она приехала в горы, чтобы сбежать от прошлого — от свадьбы, которая не состоялась, от человека, который её предал.
Я не хочу, чтобы она оставалась. Но каждый день, проведённый с ней, убеждает меня в обратном.
Она не боится моих шрамов. Моей силы. Моего прошлого.
Я боюсь, что однажды она узнает правду. И тогда уже не останется.
Он выбрал меня вслепую.
Конверт с деньгами. Повязка на глазах. Семь ночей работы на таинственного заказчика.
Я — художница, и моя задача проста: наносить руны на тело мужчины, чьего лица мне видеть нельзя. Но с каждым прикосновением его кожа говорит со мной. Его дыхание становится моим воздухом. Его голос — моим наваждением.
Он зовёт себя Аидом. Он опасен. Он — тот, кого я должна ненавидеть. Тот, кто пять лет назад вышел из огня и навсегда впечатался в мою память. Тот, из-за кого погиб мой отец.
Но когда повязка падает, я вижу не монстра. Я вижу мужчину, который говорит мне: «Ты моя». И самое страшное — я хочу ответить «Да».
Марк Аид не прощает предательств. Вера не прощает лжи. Их страсть — это война. Их любовь — это приговор. Выдержит ли она правду, которая сожжёт дотла всё, во что она верила?
Конверт с деньгами. Повязка на глазах. Семь ночей работы на таинственного заказчика.
Я — художница, и моя задача проста: наносить руны на тело мужчины, чьего лица мне видеть нельзя. Но с каждым прикосновением его кожа говорит со мной. Его дыхание становится моим воздухом. Его голос — моим наваждением.
Он зовёт себя Аидом. Он опасен. Он — тот, кого я должна ненавидеть. Тот, кто пять лет назад вышел из огня и навсегда впечатался в мою память. Тот, из-за кого погиб мой отец.
Но когда повязка падает, я вижу не монстра. Я вижу мужчину, который говорит мне: «Ты моя». И самое страшное — я хочу ответить «Да».
Марк Аид не прощает предательств. Вера не прощает лжи. Их страсть — это война. Их любовь — это приговор. Выдержит ли она правду, которая сожжёт дотла всё, во что она верила?
Майор Артём Соколов находит её ночью на пустой зимней трассе. Девушка едва держится на ногах, не помнит своего имени и шепчет только одно:
— Они не должны меня найти.
На её пальце — дорогое кольцо с чужими инициалами. В телефоне — стёртое сообщение: «Если дойдёшь до офицера — молчи». А утром за ней приезжают люди, которые называют её Еленой Воронцовой, наследницей закрытого фонда и невестой влиятельного мужчины.
Артём должен передать её тем, кто пришёл с документами и правильными словами. Но слишком многое в их версии не сходится. Чем больше девушка вспоминает, тем яснее становится: её прошлое — не просто тайна. Это тщательно построенная ловушка.
Он привык защищать. Она заново учится выбирать сама.
И если правда вернётся полностью, им обоим придётся понять: можно ли доверять любви, которая началась в метели?
— Они не должны меня найти.
На её пальце — дорогое кольцо с чужими инициалами. В телефоне — стёртое сообщение: «Если дойдёшь до офицера — молчи». А утром за ней приезжают люди, которые называют её Еленой Воронцовой, наследницей закрытого фонда и невестой влиятельного мужчины.
Артём должен передать её тем, кто пришёл с документами и правильными словами. Но слишком многое в их версии не сходится. Чем больше девушка вспоминает, тем яснее становится: её прошлое — не просто тайна. Это тщательно построенная ловушка.
Он привык защищать. Она заново учится выбирать сама.
И если правда вернётся полностью, им обоим придётся понять: можно ли доверять любви, которая началась в метели?
Влюбиться в подозреваемого — худшее, что может сделать детектив из отдела убийств. Но я это сделала.
В Лос-Анджелесе орудует убийца, которого я про себя зову Художником. Его жертвы — молодые красивые женщины. Его почерк — стрела старинного арбалета в сердце и белая калла, вложенная в мёртвые руки. Он не оставил ни следов, ни отпечатков, ни единой зацепки. Только записку с обещанием, что это лишь начало.
Все улики ведут к Дэмиану Джину — миллиардеру с тёмным прошлым, коллекционеру антикварного оружия и человеку, от одного взгляда которого у меня сбивается дыхание. Я должна его разоблачить. Но вместо этого я хочу, чтобы он поцеловал меня и заставил забыть, как меня зовут.
И чем глубже я увязаю в этом деле, тем яснее понимаю самое страшное: убийца считает не жертв. Он ведёт счёт шагам до меня.
В Лос-Анджелесе орудует убийца, которого я про себя зову Художником. Его жертвы — молодые красивые женщины. Его почерк — стрела старинного арбалета в сердце и белая калла, вложенная в мёртвые руки. Он не оставил ни следов, ни отпечатков, ни единой зацепки. Только записку с обещанием, что это лишь начало.
Все улики ведут к Дэмиану Джину — миллиардеру с тёмным прошлым, коллекционеру антикварного оружия и человеку, от одного взгляда которого у меня сбивается дыхание. Я должна его разоблачить. Но вместо этого я хочу, чтобы он поцеловал меня и заставил забыть, как меня зовут.
И чем глубже я увязаю в этом деле, тем яснее понимаю самое страшное: убийца считает не жертв. Он ведёт счёт шагам до меня.
Выберите полку для книги