Подборка книг по тегу: "от_ненависти_до_любви2023"
Могут ли стать счастливыми нелюбимые дети?
Ее избивали словами точечно, указывая на все недостатки и изъяны.
Над ним издевались и наказывали физически за любую провинность.
Он привык к жестокости, она к безотказности.
Эта история про мужчину и женщину, которые выросли, давно покинули родной дом, и не знают, что такое любовь. И когда они встречаются, то делают то, что умеют: он причиняет ей боль, она жертвует собой.
Но этот роман не про садиста и мазохиста.
Эти страницы о том, как герои учатся любви и проносят ее через всю жизнь.
Эта книга о нежности… И о настоящей мужской дружбе.
Ее избивали словами точечно, указывая на все недостатки и изъяны.
Над ним издевались и наказывали физически за любую провинность.
Он привык к жестокости, она к безотказности.
Эта история про мужчину и женщину, которые выросли, давно покинули родной дом, и не знают, что такое любовь. И когда они встречаются, то делают то, что умеют: он причиняет ей боль, она жертвует собой.
Но этот роман не про садиста и мазохиста.
Эти страницы о том, как герои учатся любви и проносят ее через всю жизнь.
Эта книга о нежности… И о настоящей мужской дружбе.
После тяжёлого ранения, Игната бросает любимая девушка...Жизнь закончена, думает мужчина, но тут за него берётся младшая сестра его бывшей...удастся ли ей вернуть к жизни этого потерянного парня...
-Ты прости меня, Игнат, но нам лучше расстаться...я не виновата, что так случилось с тобой...твоя жизнь уже, наверное, закончена...такая судьба у тебя теперь, а я...я молодая, только жить начинаю...что ж мне возле тебя всю жизнь сиделкой быть что ли? Без ноги ты теперь не сможешь ни работать, ни машину водить, ни танцевать в конце концов, что ж мне теперь себя рядом тобой хоронить и крест на своей жизни ставить? - Красивая, холеная блондинка сидела в больничной палате возле кровати, на которой, лицом к стене, лежал молодой человек. От ее слов он все больше вздрагивал и как будто сжимался под одеялом. - Ты не обижайся, мне с тобой и правда хорошо было, но... я здоровая девушка, мне жить надо, брать от жизни все...а ты...ты...ну...ты сам понимаешь...ты калека...тебе теперь все равно.
-Ты прости меня, Игнат, но нам лучше расстаться...я не виновата, что так случилось с тобой...твоя жизнь уже, наверное, закончена...такая судьба у тебя теперь, а я...я молодая, только жить начинаю...что ж мне возле тебя всю жизнь сиделкой быть что ли? Без ноги ты теперь не сможешь ни работать, ни машину водить, ни танцевать в конце концов, что ж мне теперь себя рядом тобой хоронить и крест на своей жизни ставить? - Красивая, холеная блондинка сидела в больничной палате возле кровати, на которой, лицом к стене, лежал молодой человек. От ее слов он все больше вздрагивал и как будто сжимался под одеялом. - Ты не обижайся, мне с тобой и правда хорошо было, но... я здоровая девушка, мне жить надо, брать от жизни все...а ты...ты...ну...ты сам понимаешь...ты калека...тебе теперь все равно.
Я - простая травница и, как могу продолжаю бабушкино дело. Однажды сам лорд-канцлер явился в мое захолустье с требованием спасти смертельно отравленного герцога. Вот не зря мне мама все время твердила держаться подальше от аристократов! Пришлось немедленно отправляться в незнакомой компании на поиски редкого цветка - основного ингредиента противоядия.
Характер у канцлера - не приведи небо, и мое поведение постоянно его раздражает. А еще я совершенно не знаю, что делать с внезапно проснувшейся магией...
Характер у канцлера - не приведи небо, и мое поведение постоянно его раздражает. А еще я совершенно не знаю, что делать с внезапно проснувшейся магией...
– Что вы делаете? - вжимаюсь в холодную стену спиной.
Мое сердце пропускает удары. А ладони становятся влажными.
Он пальцем подцепляет бретельку моего платья, которая послушно опускается с плеча.
– Что вы себе позволяете? - возвращаю на место спущенную бретельку.
– Выполняю условия договора, - он смотрит на меня хищным взглядом, нависая надо мной и обдавая жаром своего дыхания.
– Какого договора? - испуганно пищу, глядя на него снизу вверх.
– Надо внимательно читать условия прежде, чем что-либо подписывать…
Я сбежала от парня, который мне изменил аккурат перед свадьбой. Но оказалась в руках властного босса, подписав с ним договор, условия которого я, будучи на эмоциях, не читала.
Мое сердце пропускает удары. А ладони становятся влажными.
Он пальцем подцепляет бретельку моего платья, которая послушно опускается с плеча.
– Что вы себе позволяете? - возвращаю на место спущенную бретельку.
– Выполняю условия договора, - он смотрит на меня хищным взглядом, нависая надо мной и обдавая жаром своего дыхания.
– Какого договора? - испуганно пищу, глядя на него снизу вверх.
– Надо внимательно читать условия прежде, чем что-либо подписывать…
Я сбежала от парня, который мне изменил аккурат перед свадьбой. Но оказалась в руках властного босса, подписав с ним договор, условия которого я, будучи на эмоциях, не читала.
- Прикройся уже, Казанова. Ведёшь себя, как дикарь, схватил, побежал. Не ожидала, что ты будешь вести себя, как скотина...
- А что ты ожидала, что я тебя на руках сейчас в свой дом занесу? Ну прости, домой не могу, у меня там жена вообще-то.
- Жена? - я видел, как ей стало больно, как будто я ее ударил. Пусть почувствует, как меня косило, когда я узнал, что она вышла за этого хлюпика Андрея.- А сейчас тогда зачем это было? Что жена не удовлетворяет?
- Ну почему же, с этим все отлично и даже очень, а это так ничего не обязывающий перепихончик, так сказать по старой памяти. - Я даже моргнуть не успел, девушка разворачивается и отвешивает мне такую оплеуху, что я даже потерялся на время, а она выскакивает из машины, предварительно вытащив ключи из зажигания.
- Скотина, вот тебе еще на память.- И я вижу, как мои ключи летят в кусты.- Еще раз приблизишься ко мне, я тебе и не такое устрою, идиот.
- А что ты ожидала, что я тебя на руках сейчас в свой дом занесу? Ну прости, домой не могу, у меня там жена вообще-то.
- Жена? - я видел, как ей стало больно, как будто я ее ударил. Пусть почувствует, как меня косило, когда я узнал, что она вышла за этого хлюпика Андрея.- А сейчас тогда зачем это было? Что жена не удовлетворяет?
- Ну почему же, с этим все отлично и даже очень, а это так ничего не обязывающий перепихончик, так сказать по старой памяти. - Я даже моргнуть не успел, девушка разворачивается и отвешивает мне такую оплеуху, что я даже потерялся на время, а она выскакивает из машины, предварительно вытащив ключи из зажигания.
- Скотина, вот тебе еще на память.- И я вижу, как мои ключи летят в кусты.- Еще раз приблизишься ко мне, я тебе и не такое устрою, идиот.
- Ты... Ты хоть понимаешь на что ты обрек меня?! Ты хоть знаешь, что я прошла?! Как ты мог?! – мой голос звенел, по щекам текли слезы.
- Я все исправлю. – глухо произнес он.
- А годы страданий ты мне возместишь?! – закричала я, – сволочь, подонок! Я размахнулась и засадила ему смачную пощечину. Руслан как будто не заметил, он только потер щеку и опустил глаза.
- Пошел прочь! Не хочу тебя видеть, - я начала одеваться. Рука отозвалась болью.
- Лиса, скажи, как я могу вымолить у тебя прощение? – тихо произнес Руслан, непривычно было видеть его виноватым и покорным и от этого стало еще гаже.
Когда-то Руслан был моей первой любовью! Но он предал меня и никогда не узнает о моей маленькой тайне.
- Я все исправлю. – глухо произнес он.
- А годы страданий ты мне возместишь?! – закричала я, – сволочь, подонок! Я размахнулась и засадила ему смачную пощечину. Руслан как будто не заметил, он только потер щеку и опустил глаза.
- Пошел прочь! Не хочу тебя видеть, - я начала одеваться. Рука отозвалась болью.
- Лиса, скажи, как я могу вымолить у тебя прощение? – тихо произнес Руслан, непривычно было видеть его виноватым и покорным и от этого стало еще гаже.
Когда-то Руслан был моей первой любовью! Но он предал меня и никогда не узнает о моей маленькой тайне.
За несколько секунд появился и пирог, все уселись и выжидающе уставились на мужчину. Тот присел на свободный стул и замер.
— Влюбились в нашу маму? — спросила одна из тройни.
Влад понял, что сейчас, как никогда, ему надо собраться и понравиться этим фуриям. Почему-то верилось, что малышке он уже нравится. Осталось четыре. С дылдой, а именно так он ее прозвал про себя, будет сложно.
— Влюбился, — честно ответил Владислав и снова рассмотрел всех девочек по порядку. — Давайте познакомимся?
Он посмотрел на Дылду: — Ты — Кристина.
Старшенькая, поправив кольцо в носу, кивнула и бросила:
— Подготовился!
Влад перевел взгляд на тройню:
— С вами будет чуть сложней. Знаю, что зовут вас Вера, Надежда и Любовь, но как различать — понятия не имею.
— Мама же как-то различает, — пожала плечами одна из них и добавила: — пока не познаешь эту науку, на наше благословение можешь не рассчитывать.
— Влюбились в нашу маму? — спросила одна из тройни.
Влад понял, что сейчас, как никогда, ему надо собраться и понравиться этим фуриям. Почему-то верилось, что малышке он уже нравится. Осталось четыре. С дылдой, а именно так он ее прозвал про себя, будет сложно.
— Влюбился, — честно ответил Владислав и снова рассмотрел всех девочек по порядку. — Давайте познакомимся?
Он посмотрел на Дылду: — Ты — Кристина.
Старшенькая, поправив кольцо в носу, кивнула и бросила:
— Подготовился!
Влад перевел взгляд на тройню:
— С вами будет чуть сложней. Знаю, что зовут вас Вера, Надежда и Любовь, но как различать — понятия не имею.
— Мама же как-то различает, — пожала плечами одна из них и добавила: — пока не познаешь эту науку, на наше благословение можешь не рассчитывать.
Молодой адвокат, Ксения Боданина, пытается найти работу по специальности. Через два месяца бесплодных поисков, знакомый устраивает ее на должность государственного адвоката. Если бы она знала с каким красивым негодяем сведёт ее судьба в тюрьме и какие услуги, помимо юридических, она будет ему там оказывать...
Об этом вы узнаете на странице книги...будет эмоционально, хэ обещаю!
Об этом вы узнаете на странице книги...будет эмоционально, хэ обещаю!
Все ведьмы – стервы? Ну нет! Это не мы такие. Это обстоятельства вынуждают действовать рисково и радикально. А как иначе, если тебя вместе с двумя подругами переводят учиться из любимой ведьминской академии к магам? А мне так и вовсе «повезло» встретить своего будущего ректора по дороге на учебу, а потом еще и подлить ему в напиток любовное зелье. Я-то рассчитывала, что он больше никогда меня не увидит, и эффект от зелья скоро пройдет. Но все пошло не по плану… Эй-эй! Ректору зелье больше не наливать!
– Падре, вы пытаетесь сейчас отпустить мне грехи?
– А он не один?
Громкий смех баронессы заполнил полутёмное помещение с высокими потолками.
– А если я скажу, что их великое множество? Их так много, что я закрываю глаза и меня обступает темнота. Не та пустая, связанная с отсутствием света, наполненная ночными звуками, а густая, вязкая, имеющая вкус, и он необычайно сладок и терпок… Но это не нектар заморского редкого плода, а кровь… Мрак, кричащий волчьим лаем и звуками взмахов чёрных вороньих крыльев…
Священник быстрым движением пальцев наложил на себя крест, чем вызвал новый приступ смеха бесноватой, но столь прекрасной на вид леди.
Де Клер распахнула веки. Мерцающие в темноте глаза меняли цвет с голубого на красный. Тяжёлый взгляд пронзал душу.
– Что, если я сама и есть грех?
– А он не один?
Громкий смех баронессы заполнил полутёмное помещение с высокими потолками.
– А если я скажу, что их великое множество? Их так много, что я закрываю глаза и меня обступает темнота. Не та пустая, связанная с отсутствием света, наполненная ночными звуками, а густая, вязкая, имеющая вкус, и он необычайно сладок и терпок… Но это не нектар заморского редкого плода, а кровь… Мрак, кричащий волчьим лаем и звуками взмахов чёрных вороньих крыльев…
Священник быстрым движением пальцев наложил на себя крест, чем вызвал новый приступ смеха бесноватой, но столь прекрасной на вид леди.
Де Клер распахнула веки. Мерцающие в темноте глаза меняли цвет с голубого на красный. Тяжёлый взгляд пронзал душу.
– Что, если я сама и есть грех?
Выберите полку для книги