Книги в жанре «Фэнтези»
Из подающей надежды столичной ведьмы в обычную магичку на краю страны. Одно решение, испортившее все мои амбициозные планы. Но я все исправлю! Зовите меня безумной, неугомонной, наивной, мне все равно. Я — Хейзел Мун и я не принимаю поражений.
Главное не влюбиться в процессе в этого хмурого ленивого мага. Но он такой красивый....
🔥 Приключения (игривый русал, вредный морской дракон, опасные призраки)
🔥 Хромой, но горячий библиотекарь
🔥 Настоящая женская дружба
🔥 Слоуберн
Главное не влюбиться в процессе в этого хмурого ленивого мага. Но он такой красивый....
🔥 Приключения (игривый русал, вредный морской дракон, опасные призраки)
🔥 Хромой, но горячий библиотекарь
🔥 Настоящая женская дружба
🔥 Слоуберн
Мне достался Эвергард — старый пансион, огромные долги и семеро детей, которых в этом мире называют проклятыми наследниками.
Я собиралась только спасти дом от закрытия.
Но однажды на пороге появился дракон.
— Здесь находится мой сын.
Тавер прекрасно знает, кто перед ним. Только вместо объятий мальчик достает официальный документ.
— Тогда зачем вы от меня отказались?
Печать настоящая. Подпись дракона настоящая.
Рейнар Валькрейн утверждает, что никогда не отказывался от сына.
И самое страшное — похоже, они оба говорят правду.
Пока я пытаюсь спасти Эвергард от долгов и не дать отцу с сыном окончательно рассориться, в старом доме обнаруживается дверь, которой нет ни на одном плане.
За ней скрыта тайна семи древних родов.
Кто-то много лет собирал наследников под одной крышей. Не ради их защиты.
И теперь взрослым снова нужны их имена, права и подписи.
Только на этот раз между ними и семерыми детьми стою я.
Я собиралась только спасти дом от закрытия.
Но однажды на пороге появился дракон.
— Здесь находится мой сын.
Тавер прекрасно знает, кто перед ним. Только вместо объятий мальчик достает официальный документ.
— Тогда зачем вы от меня отказались?
Печать настоящая. Подпись дракона настоящая.
Рейнар Валькрейн утверждает, что никогда не отказывался от сына.
И самое страшное — похоже, они оба говорят правду.
Пока я пытаюсь спасти Эвергард от долгов и не дать отцу с сыном окончательно рассориться, в старом доме обнаруживается дверь, которой нет ни на одном плане.
За ней скрыта тайна семи древних родов.
Кто-то много лет собирал наследников под одной крышей. Не ради их защиты.
И теперь взрослым снова нужны их имена, права и подписи.
Только на этот раз между ними и семерыми детьми стою я.
Я просто хотела отметить начало учебного года с девчонками, а проснулась на полу разгромленной лаборатории в теле эльфийки. И первым меня заметил ректор-эльф, в мечтах которого я уже давно отчислена.
Только вот его мама застала нас, и теперь он обязан на мне жениться. Отчислять теперь меня нельзя. А мы друг друга терпеть не можем.
Он идеальный, высокомерный и безупречно причёсанный. Я попаданка, у которой магия срабатывает по принципу «хотела подсветить, а взорвала полкоридора».
Академия теперь ходит ходуном, ректор смотрит на меня, как на стихийное бедствие, а я пытаюсь не разнести ещё и ректорат. И при этом как-то выжить в этом мире… и, возможно, не влюбиться в того, кто мечтает от меня избавиться.
Только вот его мама застала нас, и теперь он обязан на мне жениться. Отчислять теперь меня нельзя. А мы друг друга терпеть не можем.
Он идеальный, высокомерный и безупречно причёсанный. Я попаданка, у которой магия срабатывает по принципу «хотела подсветить, а взорвала полкоридора».
Академия теперь ходит ходуном, ректор смотрит на меня, как на стихийное бедствие, а я пытаюсь не разнести ещё и ректорат. И при этом как-то выжить в этом мире… и, возможно, не влюбиться в того, кто мечтает от меня избавиться.
— Ну, дорогая, давай, рассказывай, каково это заполучить во владения мерзавца, которого ненавидишь всей душой?
Анабелла покосилась на дверь, словно мы обсуждали большую тайну.
Хотя, в чем-то она права.
Я бы не хотела, чтобы кто-нибудь узнал, что я обсуждаю Микаэла. Он не достоин обсуждения его персоны.
А еще, когда я говорю о нем в груди вспыхивает темное пламя.
— Ты, наверное, каждую ночь отыгрываешься на нем за всю боль, что он тебе причинил? — продолжила шептать лучшая подруга, и снова уставилась на меня. Ее глаза вспыхнули нездоровым, жадным любопытством.
— Самую малость, — кивнула я, делая небольшой глоток рубинового вина, и радуясь, что Анабелла не менталист, и не может прочитать мои мысли.
Анабелла покосилась на дверь, словно мы обсуждали большую тайну.
Хотя, в чем-то она права.
Я бы не хотела, чтобы кто-нибудь узнал, что я обсуждаю Микаэла. Он не достоин обсуждения его персоны.
А еще, когда я говорю о нем в груди вспыхивает темное пламя.
— Ты, наверное, каждую ночь отыгрываешься на нем за всю боль, что он тебе причинил? — продолжила шептать лучшая подруга, и снова уставилась на меня. Ее глаза вспыхнули нездоровым, жадным любопытством.
— Самую малость, — кивнула я, делая небольшой глоток рубинового вина, и радуясь, что Анабелла не менталист, и не может прочитать мои мысли.
— Если ты умрешь в моем доме, мне придется тебя хоронить. А я не люблю копать могилы.
Он не ответил. Только дышал все реже.
Я вылила на его рану отцовский эликсир. И тогда вспыхнула руна. На моем запястье и на его шее — алый узор, пульсирующий в такт сердцу. Якорь Жизни. Древняя магия долга.
Он пришел в себя и смотрел на меня так, будто я была то ли спасением, то ли новой ловушкой.
— Ты спасла мне жизнь, женщина. Теперь я твоя тень, пока не отплачу равноценно.
— Отлично. Тогда начнешь с мытья полов.
Я вытащила умирающего дроу из болота, и теперь он — мой раб. Магия связала нас древним долгом, но его глаза говорят о большем: он не привык подчиняться, а я не привыкла уступать. Лорд, воин, мужчина, который может сломать меня одной рукой, — и он будет мыть полы, пока не докажет, что его место не у моих ног, а в моем сердце.
Он не ответил. Только дышал все реже.
Я вылила на его рану отцовский эликсир. И тогда вспыхнула руна. На моем запястье и на его шее — алый узор, пульсирующий в такт сердцу. Якорь Жизни. Древняя магия долга.
Он пришел в себя и смотрел на меня так, будто я была то ли спасением, то ли новой ловушкой.
— Ты спасла мне жизнь, женщина. Теперь я твоя тень, пока не отплачу равноценно.
— Отлично. Тогда начнешь с мытья полов.
Я вытащила умирающего дроу из болота, и теперь он — мой раб. Магия связала нас древним долгом, но его глаза говорят о большем: он не привык подчиняться, а я не привыкла уступать. Лорд, воин, мужчина, который может сломать меня одной рукой, — и он будет мыть полы, пока не докажет, что его место не у моих ног, а в моем сердце.
Выберите полку для книги