Читать и слушать книги
-Зачем вам все это? - не поняла она, - вы утверждаете, что уговаривали Филиппа вести достойный образ жизни, тот, которого не знаете сами. Зачем?
Герцог замер. Желание обнять её было настолько велико, что он сделал шаг к ней, будто им двигала невидимая сила.
-Потому что я люблю вас! - выпалил он.
Стефани замерла, окончательно растерявшись. И Бен, воспользовавшись её растерянностью, сделал ещё шаг вперед и совершил то, о чем так долго мечтал. Он схватил её в объятия и приник к её губам, весь вспыхнув от страсти и чувствуя, как она дрожит в его руках!
-Ненавижу вас! - как в тумане услышал он, когда Стефани вдруг оттолкнула его.
А потом раздался звук пощечины, которую он скорее услышал, чем почувствовал.
Эпиграф - Он для нее пустое место. Она для него вся жизнь.
М. Шарикова
Герцог замер. Желание обнять её было настолько велико, что он сделал шаг к ней, будто им двигала невидимая сила.
-Потому что я люблю вас! - выпалил он.
Стефани замерла, окончательно растерявшись. И Бен, воспользовавшись её растерянностью, сделал ещё шаг вперед и совершил то, о чем так долго мечтал. Он схватил её в объятия и приник к её губам, весь вспыхнув от страсти и чувствуя, как она дрожит в его руках!
-Ненавижу вас! - как в тумане услышал он, когда Стефани вдруг оттолкнула его.
А потом раздался звук пощечины, которую он скорее услышал, чем почувствовал.
Эпиграф - Он для нее пустое место. Она для него вся жизнь.
М. Шарикова
Учёба в Королевской Академии Магии позади. Теперь у меня есть два пути: успешно сдать экзамен или удачно выйти замуж. Я была уверена, что выбор очевиден, пока не узнала с кем придется проходить финальное испытание.
Красавчик-дракон, разбивший не одно девичье сердце, а по совместительству гениальный артефактор и мой преподаватель. Мне надо не просто вернуться в Академию к положенному сроку, но и не попасть под драконьи чары, чтобы не пришлось передумать с выбором…
Красавчик-дракон, разбивший не одно девичье сердце, а по совместительству гениальный артефактор и мой преподаватель. Мне надо не просто вернуться в Академию к положенному сроку, но и не попасть под драконьи чары, чтобы не пришлось передумать с выбором…
— Я всё равно хочу развода, — произношу, приложив ладонь к плоскому животу.
В глазах стоят слезы. Я могла потерять ребёнка. И всё из-за Захара!
После его грубости я не могу представить, как буду рядом с ним. Нет! Больше не останусь рядом и на минуту.
— Значит развод?.. — тянет муж, а его голос так и звенит угрозой.
— Да. Развод и точка, — хоть и сжимаюсь внутри, смотрю прямо, с вызовом.
— Хорошо. Ты получишь его после того, как родишь моего ребёнка. Он или она родится в браке и останется со мной. А ты сможешь уйти, раз так сильно хочешь развода, — выплёвывает Захар и, хлопнув дверью, выходит.
Оставляет меня наедине с мыслями, и они совсем не весёлые.
В глазах стоят слезы. Я могла потерять ребёнка. И всё из-за Захара!
После его грубости я не могу представить, как буду рядом с ним. Нет! Больше не останусь рядом и на минуту.
— Значит развод?.. — тянет муж, а его голос так и звенит угрозой.
— Да. Развод и точка, — хоть и сжимаюсь внутри, смотрю прямо, с вызовом.
— Хорошо. Ты получишь его после того, как родишь моего ребёнка. Он или она родится в браке и останется со мной. А ты сможешь уйти, раз так сильно хочешь развода, — выплёвывает Захар и, хлопнув дверью, выходит.
Оставляет меня наедине с мыслями, и они совсем не весёлые.
" — Прошло так много времени, а ты до сих пор не перестала думать обо мне?
— Как я могу перестать? "
Сотрудничество семьи Розенфельдов, основателей одной из масштабных амбулаторий США, и семьи Кимов, являющейся главой крупной фармацевтической компании Южной Кореи набирает обороты. Преемники двух семей - молодая девушка Амелия, видящая свою жизнь совсем иначе, и мужчина Намджун, из-за обстоятельств не имеющий выбора для своего будущего и давно ставший приёмником на пост отца.
— Как я могу перестать? "
Сотрудничество семьи Розенфельдов, основателей одной из масштабных амбулаторий США, и семьи Кимов, являющейся главой крупной фармацевтической компании Южной Кореи набирает обороты. Преемники двух семей - молодая девушка Амелия, видящая свою жизнь совсем иначе, и мужчина Намджун, из-за обстоятельств не имеющий выбора для своего будущего и давно ставший приёмником на пост отца.
Он очнулся лёжа на спине, после чего сильно закашлял. Вокруг было темно, как во время только начинающегося рассвета, сыро и холодно. Он сел. Голова кружилась. Посидев так с мину, юноша поднялся. Сильная и резкая боль уколола его в спину. Ещё бы, проспать столько времени на досках, находившихся… Он старался вспомнить как давно и каким образом он оказался там, где сейчас находился. Юноша не мог припомнить даже своего имени.
Вокруг был лишь туман. Он был столь густым, что молодой человек с трудом мог увидеть свои ноги.
– Эй! – крикнул юноша в туман. – Кто-нибудь!
Ему отвечала лишь зловещая тишина, нарушаемая странным бульканьем, точно пузыри поднимались из-под воды. Спустя ещё мгновение молодой человек услышал кваканье лягушек и жужжание насекомых.
Внезапно позади послышались тяжёлые шаги, сменяющиеся стуком чего-то о доски. Юноша быстро развернулся. Сквозь густой туман пробивался тусклый зеленоватый свет, исходящий явно от чего-то, похожего на масляный фонарь...
Вокруг был лишь туман. Он был столь густым, что молодой человек с трудом мог увидеть свои ноги.
– Эй! – крикнул юноша в туман. – Кто-нибудь!
Ему отвечала лишь зловещая тишина, нарушаемая странным бульканьем, точно пузыри поднимались из-под воды. Спустя ещё мгновение молодой человек услышал кваканье лягушек и жужжание насекомых.
Внезапно позади послышались тяжёлые шаги, сменяющиеся стуком чего-то о доски. Юноша быстро развернулся. Сквозь густой туман пробивался тусклый зеленоватый свет, исходящий явно от чего-то, похожего на масляный фонарь...
– Вы все не так поняли! – шепчу я, испуганно глядя в его потемневшие глаза.
– Готов еще раз все не так понять, – ухмыляется эта огромная скала из мышц, опасно надвигаясь на меня.
– Я не такая!
– Конечно, нет, – соглашается он легко.
Прижимает меня к себе своими ручищами так крепко, что я с трудом дышу. Легкие заполняются его древесно-грейпфрутовым ароматом.
– Тебе понравится! – обещает он хрипло мне на ушко, – гарантирую.
Хлопаю глазами, с трудом сглатываю, пытаюсь отодвинуться. Но он не дает мне ни единого шанса!
Я сбежала с собственной помолвки, когда мой жених изменил мне. А теперь оказалась в доме у незнакомца, и он не планирует меня отпускать!
– Готов еще раз все не так понять, – ухмыляется эта огромная скала из мышц, опасно надвигаясь на меня.
– Я не такая!
– Конечно, нет, – соглашается он легко.
Прижимает меня к себе своими ручищами так крепко, что я с трудом дышу. Легкие заполняются его древесно-грейпфрутовым ароматом.
– Тебе понравится! – обещает он хрипло мне на ушко, – гарантирую.
Хлопаю глазами, с трудом сглатываю, пытаюсь отодвинуться. Но он не дает мне ни единого шанса!
Я сбежала с собственной помолвки, когда мой жених изменил мне. А теперь оказалась в доме у незнакомца, и он не планирует меня отпускать!
– Я пришла за информацией для статьи.
– Исчезла, ничего не сказав, а спустя шесть лет явилась за информацией для статьи? – высоко поднимает бровь, медленно надвигаясь на меня.
– Извини, я пришлю кого-нибудь из коллег... – не хочу копаться в прошлом, хочу уйти, но тут же чувствую, что Макс хватает меня за руку.
– Никуда ты не пойдёшь! Я тебя не отпускал!
– Ты мне не босс, чтобы приказывать! И нам с тобой точно не о чем разговаривать!
– Что случилось? Всё же было хорошо!
– У тебя всё было хорошо? Когда ты с этой Лерой мне изменял, наверно, хорошо всё было.
– Аня, я тебе не изменял!
– Исчезла, ничего не сказав, а спустя шесть лет явилась за информацией для статьи? – высоко поднимает бровь, медленно надвигаясь на меня.
– Извини, я пришлю кого-нибудь из коллег... – не хочу копаться в прошлом, хочу уйти, но тут же чувствую, что Макс хватает меня за руку.
– Никуда ты не пойдёшь! Я тебя не отпускал!
– Ты мне не босс, чтобы приказывать! И нам с тобой точно не о чем разговаривать!
– Что случилось? Всё же было хорошо!
– У тебя всё было хорошо? Когда ты с этой Лерой мне изменял, наверно, хорошо всё было.
– Аня, я тебе не изменял!
— Сестра, я беременна от Андрея, от твоего мужа. Мне надоело скрывать то, что я с ним уже давно.
Мария молчала, и сказать ничего не могла, как будто язык к небу прилип.
— Ты слышишь меня? — спросила Алёна. — Я жду ребёнка от твоего мужа. Я давно сплю с ним. Две недели назад мы с ним отдыхали в Турции. А до этого спали у вас дома. Помнишь тот спонтанный ужин у вас?
Мария чувствовала себя полностью вымазанной в этой грязи. Ей не хотелось развода. Она до последнего старательно сохраняла свой брак. Только вот кому он теперь был нужен?
Мария молчала, и сказать ничего не могла, как будто язык к небу прилип.
— Ты слышишь меня? — спросила Алёна. — Я жду ребёнка от твоего мужа. Я давно сплю с ним. Две недели назад мы с ним отдыхали в Турции. А до этого спали у вас дома. Помнишь тот спонтанный ужин у вас?
Мария чувствовала себя полностью вымазанной в этой грязи. Ей не хотелось развода. Она до последнего старательно сохраняла свой брак. Только вот кому он теперь был нужен?
Песня об одной страстной ночи без обязательств двух молодых людей. Когда есть только желание, и ты не думаешь больше ни о чём.
Стихотворение - моё.
Музыка и голос - SUNO
Стихотворение - моё.
Музыка и голос - SUNO
— Велена Эйрис! — взгляд ректора темнеет. — Ещё одна выходка, и я за себя не ручаюсь…
Я оказалась в теле Велены — красавицы, которую недолюбливает половина академии. И злодейки романа, который я читала недавно. Но стоило мне освоиться в новом мире и решить, что я изменила репутацию, а с ней и несчастливый конец, как мне предъявили неожиданное обвинение. И не абы кто, а человек, в которого я уже начала влюбляться.
Я оказалась в теле Велены — красавицы, которую недолюбливает половина академии. И злодейки романа, который я читала недавно. Но стоило мне освоиться в новом мире и решить, что я изменила репутацию, а с ней и несчастливый конец, как мне предъявили неожиданное обвинение. И не абы кто, а человек, в которого я уже начала влюбляться.
Выберите полку для книги