Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «luchshee»
— Вы... Вы не можете так поступить, — мой голос звучит хрипло, я не узнаю его. — Это неправильно… Вы женаты на моей матери!
— Она твоя мачеха… И это неважно. Больше ничего не имеет значения.
Я пытаюсь отступить назад, но его рука хватает меня за запястье, он заставляет подойти ближе.
Не успеваю моргнуть, как его крепкие руки оказываются на моей талии, отчим прижимает меня к себе.
— Я сгораю от желания обладать тобой, — говорит и проводит рукой по моим волосам, затем ведёт пальцем вниз по шее. Меня обдаёт его жарким дыханием.
— Она твоя мачеха… И это неважно. Больше ничего не имеет значения.
Я пытаюсь отступить назад, но его рука хватает меня за запястье, он заставляет подойти ближе.
Не успеваю моргнуть, как его крепкие руки оказываются на моей талии, отчим прижимает меня к себе.
— Я сгораю от желания обладать тобой, — говорит и проводит рукой по моим волосам, затем ведёт пальцем вниз по шее. Меня обдаёт его жарким дыханием.
Обхватив себя руками, девушка медленно брела по лесной тропинке, петляющей между сосен, елей и берёз. Она могла бы заблудиться среди этих величественных деревьев, растущих вперемежку с кустарниками, потому что стояла глубокая ночь, но луна, поселившись на небосводе среди звёзд, хорошо освещала не только тропинку, но и всё вокруг.
Девушка не знала куда идёт и куда выведет её тропинка, лишь бы подальше от гиблого места, в котором она провела не меньше часа. А может и того больше. Она давно потеряла счёт времени. Её память не сразу вернулась в реальность и помогла понять, как она оказалась в болоте одна, вцепившись мёртвой хваткой в торчавшую из-под воды кочку. Какая-то сила тащила её на дно, опутывала ноги желеобразной субстанцией. Но в тоже время другая более мощная выталкивала на поверхность. Она не помнила сколько времени продолжалось борьба между добром и злом, но очнулась, уже на берегу, когда тело, скованное холодом, тряслось как в лихорадке.
Девушка не знала куда идёт и куда выведет её тропинка, лишь бы подальше от гиблого места, в котором она провела не меньше часа. А может и того больше. Она давно потеряла счёт времени. Её память не сразу вернулась в реальность и помогла понять, как она оказалась в болоте одна, вцепившись мёртвой хваткой в торчавшую из-под воды кочку. Какая-то сила тащила её на дно, опутывала ноги желеобразной субстанцией. Но в тоже время другая более мощная выталкивала на поверхность. Она не помнила сколько времени продолжалось борьба между добром и злом, но очнулась, уже на берегу, когда тело, скованное холодом, тряслось как в лихорадке.
– Ты должна прекратить общение с моей дочерью, – припечатывает Иса.
– Но почему?
– Ты ей не подходишь. А вот мне, пожалуй, да. Будешь моей тайной любовницей. Только Лере ни слова. Она слишком скромная и ранимая, чтобы знать о таких вещах.
Это Лерка-то скромная? Плохо он знает свою дочь. Я бы могла открыть ему глаза, но не буду. Да и не поверит он.
– Но почему я?!
– Потому что я хочу именно тебя, Соня.
Мне "повезло" капитально вляпаться в бородатого здоровяка, который при первой встрече чуть не вытер об меня ноги. Отчим подруги предложил стать его любовницей, но я не собираюсь покоряться этому бессовестному горцу. Хочет любви? Пусть сначала сам меня полюбит!
– Но почему?
– Ты ей не подходишь. А вот мне, пожалуй, да. Будешь моей тайной любовницей. Только Лере ни слова. Она слишком скромная и ранимая, чтобы знать о таких вещах.
Это Лерка-то скромная? Плохо он знает свою дочь. Я бы могла открыть ему глаза, но не буду. Да и не поверит он.
– Но почему я?!
– Потому что я хочу именно тебя, Соня.
Мне "повезло" капитально вляпаться в бородатого здоровяка, который при первой встрече чуть не вытер об меня ноги. Отчим подруги предложил стать его любовницей, но я не собираюсь покоряться этому бессовестному горцу. Хочет любви? Пусть сначала сам меня полюбит!
Я работала простой помощницей в офисе, когда мой начальник оказался не тем, кем я его считала. Теперь моя жизнь изменилась резко и бесповоротно. Впереди ждут яхты, острова, неизвестность и новая, пугающая работа, о которой я ничего не знаю. А еще мой наставник страшит спокойствием и красотой. Но это не все, потому что дальше - первое задание, которое мне нельзя провалить.
Благими намерениями вымощена дорога в ад. Самое ужасное то, что я сама себе устроила этот квест.
Дружба с первого класса. Ранний брак. Шестнадцать лет счастья.
И одна предательская мысль в моей голове: «Когда-нибудь он непременно захочет испытать, что такое – быть с другой женщиной».
Я разрешила мужу изменить. А потом не смогла простить, и прошла девять кругов ада, сто оттенков боли, разочарования, обиды…
Упала в котёл разрушительных страстей, но выжила. Если бы вы только знали, чего мне это стоило…
Но даже из ада выход есть. Главное – найти эту дверь на свободу…
Дружба с первого класса. Ранний брак. Шестнадцать лет счастья.
И одна предательская мысль в моей голове: «Когда-нибудь он непременно захочет испытать, что такое – быть с другой женщиной».
Я разрешила мужу изменить. А потом не смогла простить, и прошла девять кругов ада, сто оттенков боли, разочарования, обиды…
Упала в котёл разрушительных страстей, но выжила. Если бы вы только знали, чего мне это стоило…
Но даже из ада выход есть. Главное – найти эту дверь на свободу…
Этот психопат ищет меня повсюду, словно кровожадный бес. Я устала от него прятаться, но всё бесполезно, гангстер достанет из-под земли. Страх пронизывает до костей. Как мне несчастной девушке спастись? А всё началось с того, что он повесил на меня долг старшей сестры. И пока деспотичный парень не заполучит нужную сумму, точно не отвяжется. Обратиться не к кому, я в панике. Ведь, он словно хитрый котяра, охотится за своей мышкой, чтобы нагло ее растерзать.
– Ну чё ты ломаешься? – Гном недобро прищурился. – Пей…
Интонация заставляет подчиниться. Беру бутылку. Рука дрожит и спиртное проливается на голую грудь, подол и ноги.
– Ум-м… – Гном наклоняется, берёт меня за щиколотку, его пальцы снуют по коже огромным пауком, поглаживают коленку, поднимаются выше скрываются под подолом.
Рефлекторно сгибаю ножку и бью негодяя по лицу. Удар выходит слабенький, но неожиданный. Гном хрюкает и валится на пол, гнусаво матерясь. Паркет заливают виски и кровь из расквашенного носа.
– Ах ты… – Кащей подскакивает, замахивается.
Сейчас эта пугало меня прикончит.
Зажмуриваюсь. Удара не чувствую, но чётко слышу птичью трель. Кажется, я всё-таки умерла. Умерла и попала в рай.
Интонация заставляет подчиниться. Беру бутылку. Рука дрожит и спиртное проливается на голую грудь, подол и ноги.
– Ум-м… – Гном наклоняется, берёт меня за щиколотку, его пальцы снуют по коже огромным пауком, поглаживают коленку, поднимаются выше скрываются под подолом.
Рефлекторно сгибаю ножку и бью негодяя по лицу. Удар выходит слабенький, но неожиданный. Гном хрюкает и валится на пол, гнусаво матерясь. Паркет заливают виски и кровь из расквашенного носа.
– Ах ты… – Кащей подскакивает, замахивается.
Сейчас эта пугало меня прикончит.
Зажмуриваюсь. Удара не чувствую, но чётко слышу птичью трель. Кажется, я всё-таки умерла. Умерла и попала в рай.
— Я беременна! — крикнула я, что было мочи, едва сдерживая слезы.
Он схватил меня и стал закрывать рот.
— Успокойся, не кричи! Тебя могут услышать. Не ври о беременности! Ищешь способ, как можно удержать меня? Это не прокатит! Мне не нужна сопливая малолетка.
Он вытащил пачку денег и пихнул мне в карман.
— Держи деньги и делай, что хочешь! Забудь про меня! Экзамен сдала, больше нас ничего не связывает.
Он развернулся и шаг за шагом уходил прочь, его силуэт отдалялся. Я стояла словно в оцепенении. Сердце бешено колотилось, а внутри царила пустота. Каждое слово Константина Романовича отдавалось эхом боли и унижения. Я не могла справиться с чувством предательства — он был не просто преподавателем, он стал частью моей жизни, моих надежд. Огромная волна ярости накрывала меня, когда я представляла, как Константин нежно общается с другой женщиной, беззаботно смеется, в то время как втоптал меня в грязь.
Он схватил меня и стал закрывать рот.
— Успокойся, не кричи! Тебя могут услышать. Не ври о беременности! Ищешь способ, как можно удержать меня? Это не прокатит! Мне не нужна сопливая малолетка.
Он вытащил пачку денег и пихнул мне в карман.
— Держи деньги и делай, что хочешь! Забудь про меня! Экзамен сдала, больше нас ничего не связывает.
Он развернулся и шаг за шагом уходил прочь, его силуэт отдалялся. Я стояла словно в оцепенении. Сердце бешено колотилось, а внутри царила пустота. Каждое слово Константина Романовича отдавалось эхом боли и унижения. Я не могла справиться с чувством предательства — он был не просто преподавателем, он стал частью моей жизни, моих надежд. Огромная волна ярости накрывала меня, когда я представляла, как Константин нежно общается с другой женщиной, беззаботно смеется, в то время как втоптал меня в грязь.
Таисия Рюмина помогает мужу готовиться к эфирам. Семен – спортивный комментатор. Обладает харизмой, чувством юмора, он прекрасный оратор. Но не любит тратить время на предварительную подготовку к футбольным матчам. Поэтому Таисия смотрит обзоры лиг, изучает составы команд, выписывает новости по каждому игроку. Все для того, чтобы Семен не только объяснял зрителям происходящее на поле, но и мог заполнить паузы интересными рассказами.
Такая внештатная работа позволила Тасе с первого взгляда узнать мужчину, случайно покалеченного ею – вратаря сборной России по футболу.
Такая внештатная работа позволила Тасе с первого взгляда узнать мужчину, случайно покалеченного ею – вратаря сборной России по футболу.
ЭКСКЛЮЗИВ
Мужская рука упирается в стену, преграждая мне дорогу.
- Ты долго со мной в кошки-мышки играть собралась, Варвара Михайловна? - глаза у столичного бизнесмена Громова полыхают так, что мне делается страшно.
Однако...
- Руку убери! И дай мне пройти! И вообще - чего ты ко мне привязался? Желающих нет твой досуг скрасить? Но так и неудивительно! При таком-то характере.
Только сегодня я дёргаю тигра за усы напрасно.
Меня впечатывают в стену и придавливают собой.
- Варенька... - как-то ласково произносит Громов, - Терпеть не могу, когда мне отказывают. Я ведь и по-плохому могу...
Мужская рука упирается в стену, преграждая мне дорогу.
- Ты долго со мной в кошки-мышки играть собралась, Варвара Михайловна? - глаза у столичного бизнесмена Громова полыхают так, что мне делается страшно.
Однако...
- Руку убери! И дай мне пройти! И вообще - чего ты ко мне привязался? Желающих нет твой досуг скрасить? Но так и неудивительно! При таком-то характере.
Только сегодня я дёргаю тигра за усы напрасно.
Меня впечатывают в стену и придавливают собой.
- Варенька... - как-то ласково произносит Громов, - Терпеть не могу, когда мне отказывают. Я ведь и по-плохому могу...
Выберите полку для книги