Книги в жанре «Темное фэнтези» по тегу «luchshee»
Я была воспитана для короны, но стала лишь разменной монетой. Моя свадьба — фарс, муж презирает меня, гости шепчутся о его наложнице, а брачная ночь отменяется одним лишь приказом. Но я, Хильдегар Фалькхайм, не останусь просто трофеем. В мире, раздираемом демонами, я — одна из тех, кто может положить конец аду на земле. Но что, если император желает править этим адом, а не бороться с ним?..
Он вернулся на пепелище, чтобы отвоевать отчий дом. Она поклялась быть рядом даже ценой собственного сердца. Но война — лишь начало настоящего испытания.
Арвен, король Арендаля, сжимает меч, готовый сразить брата-узурпатора и вернуть земли, пропитанные памятью погибшей матери. Лиана, его молодая королева, идёт за ним, надеясь, что их политический союз превратился в нечто большее. Однако в мёртвом, выжженном магией краю их ждёт не только армия врага, но и тайна, которую Арвен хранил годами.
Одержимый брат, чёрная колдовская магия древнего рода превращают войну в поле личных вендетт. Лиана вынуждена открыть в себе запретный дар, чтобы спасти мужа от гибели, но каждое её магическое усилие приближает роковое столкновение не на жизнь, а на смерть.
«Железный Туман» — вторая книга тёмного фэнтези-романа, где магия требует непомерной цены, любовь ранит острее меча, а прощение даётся труднее любой победы. Готовы ли вы шагнуть в туман?
Арвен, король Арендаля, сжимает меч, готовый сразить брата-узурпатора и вернуть земли, пропитанные памятью погибшей матери. Лиана, его молодая королева, идёт за ним, надеясь, что их политический союз превратился в нечто большее. Однако в мёртвом, выжженном магией краю их ждёт не только армия врага, но и тайна, которую Арвен хранил годами.
Одержимый брат, чёрная колдовская магия древнего рода превращают войну в поле личных вендетт. Лиана вынуждена открыть в себе запретный дар, чтобы спасти мужа от гибели, но каждое её магическое усилие приближает роковое столкновение не на жизнь, а на смерть.
«Железный Туман» — вторая книга тёмного фэнтези-романа, где магия требует непомерной цены, любовь ранит острее меча, а прощение даётся труднее любой победы. Готовы ли вы шагнуть в туман?
Меня выдали за чудовище, а он оказался святым на крови.
Меня зовут Лиана, я воин, и мой отец проиграл войну, поэтому теперь я стала платой — моё тело, мою кровь и мою ненависть отдают верховному лорду Серых Ветвей, тому самому, который якобы съел трёх своих жён и чей замок люди обходят за десять миль. Я клялась убить его в первую же брачную ночь.
Но он не пьёт человеческую кровь, он защищает слуг и проигрывает все бои, потому что боится сделать больно, а на поясе у него висит серебряный колокольчик в память о том, кого он не смог спасти. Он оказался самым одиноким существом из всех, кого я встречала.
Отец приказал мне найти его слабость и уничтожить его клан, но вместо этого я нашла правду: чудовищем был не он, а тот, кто отправил меня сюда. Теперь я не знаю, кого предать — свою кровь или своё сердце.
Я знаю только одно: если кто-то посмеет тронуть его, я убью, даже если этот кто-то — мой собственный отец.
Меня зовут Лиана, я воин, и мой отец проиграл войну, поэтому теперь я стала платой — моё тело, мою кровь и мою ненависть отдают верховному лорду Серых Ветвей, тому самому, который якобы съел трёх своих жён и чей замок люди обходят за десять миль. Я клялась убить его в первую же брачную ночь.
Но он не пьёт человеческую кровь, он защищает слуг и проигрывает все бои, потому что боится сделать больно, а на поясе у него висит серебряный колокольчик в память о том, кого он не смог спасти. Он оказался самым одиноким существом из всех, кого я встречала.
Отец приказал мне найти его слабость и уничтожить его клан, но вместо этого я нашла правду: чудовищем был не он, а тот, кто отправил меня сюда. Теперь я не знаю, кого предать — свою кровь или своё сердце.
Я знаю только одно: если кто-то посмеет тронуть его, я убью, даже если этот кто-то — мой собственный отец.
Викторианский Лондон искусно прячет свои самые грязные пороки за безупречными фасадами особняков, чопорными приличиями и вечным серым смогом.
Молодой аристократ Артур, циничный и пресыщенный денди, привык играть чужими чувствами, не задумываясь о последствиях. Его жизнь кажется безупречной чередой удовольствий, пока в его руки не попадает безымянная посылка со старинной игральной колодой и загадочной запиской.
Когда туман сгущается, а силы тают, эгоистичному денди приходится осознать, что он втянут в смертельную игру, где ставкой станет его собственная душа.
Молодой аристократ Артур, циничный и пресыщенный денди, привык играть чужими чувствами, не задумываясь о последствиях. Его жизнь кажется безупречной чередой удовольствий, пока в его руки не попадает безымянная посылка со старинной игральной колодой и загадочной запиской.
Когда туман сгущается, а силы тают, эгоистичному денди приходится осознать, что он втянут в смертельную игру, где ставкой станет его собственная душа.
Когда-то Свет был символом надежды. Но даже самое яркое сияние способно отбрасывать тени.
Ирбис — солдат, потерявший всё, что когда-то называл домом. После встречи с загадочной Сестрой Света его жизнь оказывается связана с древней тайной, скрытой за пределами войны между Светом и Дейнмаром.
Заражённый неизвестной коррозией, он отправляется в путь, чтобы найти способ остановить разрушение собственной души. Но чем ближе он подходит к ответам, тем сильнее понимает: прошлое Октавии хранит не только забытые истины, но и преступления, которые кто-то хотел навсегда похоронить.
В мире, где память может быть отнята, а свет — стать оружием, ему предстоит узнать главное:
что останется от человека, если у него забрать всё, что он помнит?
Ирбис — солдат, потерявший всё, что когда-то называл домом. После встречи с загадочной Сестрой Света его жизнь оказывается связана с древней тайной, скрытой за пределами войны между Светом и Дейнмаром.
Заражённый неизвестной коррозией, он отправляется в путь, чтобы найти способ остановить разрушение собственной души. Но чем ближе он подходит к ответам, тем сильнее понимает: прошлое Октавии хранит не только забытые истины, но и преступления, которые кто-то хотел навсегда похоронить.
В мире, где память может быть отнята, а свет — стать оружием, ему предстоит узнать главное:
что останется от человека, если у него забрать всё, что он помнит?
Сая - рабыня-боец, у неё не было детства, не было любви, не было свободы. Только её боевые навыки и приказы убивать.
Но теперь, когда на её планете появились загадочные Врата, которые обещают каждого отправить в мир, который будет идеален лично для него... Сая решает, что это шанс.
Но теперь, когда на её планете появились загадочные Врата, которые обещают каждого отправить в мир, который будет идеален лично для него... Сая решает, что это шанс.
— Ты можешь язвить сколько угодно, — прошептал он, и в его голосе проскользнула пугающая, липкая нежность, от которой по спине Поллии пробежал табун муравьев. — Но я вижу это. Ты носишь внутри тьму. Этот гнев — он твой единственный друг. Расскажи мне, Полли. Кто был тем, кто уничтожил твое детство? Кто был тем, кто лишил тебя права быть ребенком?
Полли замолчала. Ее дыхание стало рваным. Она чувствовала, как воспоминания — холодные, липкие, отвратительные — начинают всплывать на поверхность, как утопленники из мутной воды.
— Ты не первая, кто пытается хранить молчание, — добавил Мортимер, наблюдая за ее реакцией с жадным любопытством. — Но я умею слушать то, что люди прячут за стеной тишины. Твои секреты здесь не принадлежат тебе, детка. Они принадлежат мне.
Полли замолчала. Ее дыхание стало рваным. Она чувствовала, как воспоминания — холодные, липкие, отвратительные — начинают всплывать на поверхность, как утопленники из мутной воды.
— Ты не первая, кто пытается хранить молчание, — добавил Мортимер, наблюдая за ее реакцией с жадным любопытством. — Но я умею слушать то, что люди прячут за стеной тишины. Твои секреты здесь не принадлежат тебе, детка. Они принадлежат мне.
Адриан Ренар отдал жизнь, чтобы спасти возлюбленную. Магия выжгла инквизитора изнутри, оставив Гересту одну на руинах империи её отца.
Теперь её мир — замок, а броня — ледяное безразличие. Похоронив Адриана, она клянется навсегда запереть сердце, игнорируя настойчивых поклонников. Гереста станет идеальной матерью для их дочери и беспощадным палачом для врагов, посмевших посягнуть на её покой.
Но почему во сне прикосновения мертвеца так обжигающе реальны? Пока Гереста ищет утешения в обжигающих снах, в подземельях цитадели зреет предательство, принимающее до боли знакомый облик. Она еще не знает, что смерть — это лишь начало. В самом сердце Инферно тот, кого она оплакивает, уже бросает вызов Аду, чтобы вернуться к ней.
Теперь её мир — замок, а броня — ледяное безразличие. Похоронив Адриана, она клянется навсегда запереть сердце, игнорируя настойчивых поклонников. Гереста станет идеальной матерью для их дочери и беспощадным палачом для врагов, посмевших посягнуть на её покой.
Но почему во сне прикосновения мертвеца так обжигающе реальны? Пока Гереста ищет утешения в обжигающих снах, в подземельях цитадели зреет предательство, принимающее до боли знакомый облик. Она еще не знает, что смерть — это лишь начало. В самом сердце Инферно тот, кого она оплакивает, уже бросает вызов Аду, чтобы вернуться к ней.
Говорят лучше царствовать в аду, чем служить на небесах. Но что если хочется свободы? Как часто Вы задумывались о своей свободе? Вы можете ходить куда захотите, делать то, что желаете и говорить то, что вздумается. Человек двадцать первого века поистине свободен. Конечно же, всюду есть рамки. Но... Диктатура давно уже в прошлом. Именно этой свободе завидовала Я. Ведь моя мечта – освободиться от пут, что сковывают по сей день. Чем может обернуться желание демона? Даже в таких тёмных тварях, как я, теплилась надежда на светлое будущее. Может не сегодня и не завтра, но я вновь добьюсь могущества, смогу поставить собственного отца на колени! Заставлю Люцифера признать меня и весь Ад вновь будет почитать меня. К счастью, демоны не страдают от угрызения совести. Значит, отрываться можно на всю катушку! Я рассудила, что ещё пара-тройка грехов только украсят моё резюме. Подчиню себе Землю, а затем и весь Ад...
Его голос, обычно мягкий и размеренный, сорвался на громовой рык.
— Братья и сестры! — выкрикнул он, и эхо покатилось под сводами. — Вы молитесь о дожде, вы плачете о гибнущем урожае, но небо глухо к нам! Знаете ли вы, почему Господь отвернулся от Сент-Обина?
В церкви воцарилась мертвая, звенящая тишина. Было слышно, как бьется о витражное стекло жирная муха.
— Потому что среди нас затаилась скверна! — Гийом подался вперед, вцепившись в края деревянной кафедры так, что костяшки пальцев побелели. — Дьявол ловит души не в черном обличье. Он приходит ласковым, он улыбается вам, он носит маску невинности и доброты! Он искушает тех, кто слаб, и оскверняет тех, кто призван служить Небесам!
Он поднял дрожащую руку и указал пальцем прямо в лицо Амели.
— Вот оно, орудие Сатаны! Эта женщина — ведьма!
Амели вздрогнула, словно её ударили хлыстом. Она оглянулась, искренне не понимая, на кого указывает священник, но все, кто сидел рядом с ней, в ужасе отшатнулись, образовав вокруг
— Братья и сестры! — выкрикнул он, и эхо покатилось под сводами. — Вы молитесь о дожде, вы плачете о гибнущем урожае, но небо глухо к нам! Знаете ли вы, почему Господь отвернулся от Сент-Обина?
В церкви воцарилась мертвая, звенящая тишина. Было слышно, как бьется о витражное стекло жирная муха.
— Потому что среди нас затаилась скверна! — Гийом подался вперед, вцепившись в края деревянной кафедры так, что костяшки пальцев побелели. — Дьявол ловит души не в черном обличье. Он приходит ласковым, он улыбается вам, он носит маску невинности и доброты! Он искушает тех, кто слаб, и оскверняет тех, кто призван служить Небесам!
Он поднял дрожащую руку и указал пальцем прямо в лицо Амели.
— Вот оно, орудие Сатаны! Эта женщина — ведьма!
Амели вздрогнула, словно её ударили хлыстом. Она оглянулась, искренне не понимая, на кого указывает священник, но все, кто сидел рядом с ней, в ужасе отшатнулись, образовав вокруг
Выберите полку для книги