Книги в жанре «Эротическое фэнтези» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»
Я заставила его войти в тёплое озеро и сама встала у кромки.
— Наклонитесь, — сказала я.
Он подчинился. Я запустила пальцы в его спутанные волосы, разбирая колтуны. Он замер, только дыхание стало рваным. Каждое моё прикосновение отзывалось в нём дрожью.
— Госпожа касается меня, — прошептал он. — Ваши руки…
— Помолчите.
Я тёрла его плечи, спину, смывала пятнадцать лет одиночества. Он закрыл глаза и, кажется, молился. А потом он поднял на меня взгляд, полный такого благоговения и боли, что у меня перехватило дыхание.
Я всего лишь зашла в пещеру переждать дождь. А нашла там дроу, который пятнадцать лет провёл в заточении и теперь целует мои кроссовки, называя посланницей звёзд. Он ждал богиню. Он верит, что я — его спасение. Вот только я не знаю, что страшнее: проклятие, которое держит нас обоих, или то, как он на меня смотрит. Потому что в его безумном благоговении есть что-то, от чего я уже не хочу бежать.
— Наклонитесь, — сказала я.
Он подчинился. Я запустила пальцы в его спутанные волосы, разбирая колтуны. Он замер, только дыхание стало рваным. Каждое моё прикосновение отзывалось в нём дрожью.
— Госпожа касается меня, — прошептал он. — Ваши руки…
— Помолчите.
Я тёрла его плечи, спину, смывала пятнадцать лет одиночества. Он закрыл глаза и, кажется, молился. А потом он поднял на меня взгляд, полный такого благоговения и боли, что у меня перехватило дыхание.
Я всего лишь зашла в пещеру переждать дождь. А нашла там дроу, который пятнадцать лет провёл в заточении и теперь целует мои кроссовки, называя посланницей звёзд. Он ждал богиню. Он верит, что я — его спасение. Вот только я не знаю, что страшнее: проклятие, которое держит нас обоих, или то, как он на меня смотрит. Потому что в его безумном благоговении есть что-то, от чего я уже не хочу бежать.
Молодой вдове тяжело обходиться без любви. Чтобы скрасить одиночество, я покупаю себе в дом мужчину для утех, но мой телохранитель почему-то очень злится из-за покупки нового невольника. Да он просто в бешенстве! Рвет и мечет! А потом решает доказать, что он, эльфийский боевой маг, способен ублажить меня лучше любого постельного раба.
Лидия - боевой маг империи, всю жизнь ненавидит эльфов. Когда ей удается поймать знаменитого эльфийского шпиона Тариэна Лунопада, она готова на все ради получения информации.
Ритуал связи душ должен был сломить волю пленника, связав их сознания до рассвета. Но магия обернулась против самой Лидии — ее человеческая страсть обрушивается на эльфа, привыкшего к холодной сдержанности своей расы. Пятьсот лет целомудрия не подготовили древнего воина к силе желания, которое испытывает смертная женщина.
Одна ночь в камере меняет их обоих навсегда. Границы между врагом и любовником стираются, когда гордый эльфийский воин рушится под натиском неизведанных ощущений, а суровая магичка открывает, что месть — лишь оборотная сторона страсти.
Ритуал связи душ должен был сломить волю пленника, связав их сознания до рассвета. Но магия обернулась против самой Лидии — ее человеческая страсть обрушивается на эльфа, привыкшего к холодной сдержанности своей расы. Пятьсот лет целомудрия не подготовили древнего воина к силе желания, которое испытывает смертная женщина.
Одна ночь в камере меняет их обоих навсегда. Границы между врагом и любовником стираются, когда гордый эльфийский воин рушится под натиском неизведанных ощущений, а суровая магичка открывает, что месть — лишь оборотная сторона страсти.
— Если ты умрешь в моем доме, мне придется тебя хоронить. А я не люблю копать могилы.
Он не ответил. Только дышал все реже.
Я вылила на его рану отцовский эликсир. И тогда вспыхнула руна. На моем запястье и на его шее — алый узор, пульсирующий в такт сердцу. Якорь Жизни. Древняя магия долга.
Он пришел в себя и смотрел на меня так, будто я была то ли спасением, то ли новой ловушкой.
— Ты спасла мне жизнь, женщина. Теперь я твоя тень, пока не отплачу равноценно.
— Отлично. Тогда начнешь с мытья полов.
Я вытащила умирающего дроу из болота, и теперь он — мой раб. Магия связала нас древним долгом, но его глаза говорят о большем: он не привык подчиняться, а я не привыкла уступать. Лорд, воин, мужчина, который может сломать меня одной рукой, — и он будет мыть полы, пока не докажет, что его место не у моих ног, а в моем сердце.
Он не ответил. Только дышал все реже.
Я вылила на его рану отцовский эликсир. И тогда вспыхнула руна. На моем запястье и на его шее — алый узор, пульсирующий в такт сердцу. Якорь Жизни. Древняя магия долга.
Он пришел в себя и смотрел на меня так, будто я была то ли спасением, то ли новой ловушкой.
— Ты спасла мне жизнь, женщина. Теперь я твоя тень, пока не отплачу равноценно.
— Отлично. Тогда начнешь с мытья полов.
Я вытащила умирающего дроу из болота, и теперь он — мой раб. Магия связала нас древним долгом, но его глаза говорят о большем: он не привык подчиняться, а я не привыкла уступать. Лорд, воин, мужчина, который может сломать меня одной рукой, — и он будет мыть полы, пока не докажет, что его место не у моих ног, а в моем сердце.
АННОТАЦИЯ:
Я думала, что свобода — это развод. Но истинная свобода оказалась в объятиях одноклассника, который превращается в зверя. Наш первый танец был десять лет назад. Наша первая ночь — только начало. И когда бывший муж переходит черту, я понимаю: ради любви готова сама стать хищницей.
Я думала, что свобода — это развод. Но истинная свобода оказалась в объятиях одноклассника, который превращается в зверя. Наш первый танец был десять лет назад. Наша первая ночь — только начало. И когда бывший муж переходит черту, я понимаю: ради любви готова сама стать хищницей.
Никогда в жизни я не смогла бы подумать, что…
…моим супругом станет эльф.
…он будет из жрецов леса, поклявшихся всю жизнь хранить целибат.
…я куплю его на аукционе в мужском борделе.
Это история нашего горячего знакомства.
…моим супругом станет эльф.
…он будет из жрецов леса, поклявшихся всю жизнь хранить целибат.
…я куплю его на аукционе в мужском борделе.
Это история нашего горячего знакомства.
Обычно чудовища не отпускают своих жертв. Особенно, если между ними развивается что-то гораздо опаснее страха.
Объехав ремонт на дороге, я попала на болота, где тут же была принесена в жертву местной нежити — испещренному уродливыми шрамами двухметровому чудовищу, в котором нет ни капли сострадания к людям. Но у меня есть шанс на спасение. Смогу ли я им воспользоваться или сгину на болотах, не сумев выбраться из объятий смерти?
Объехав ремонт на дороге, я попала на болота, где тут же была принесена в жертву местной нежити — испещренному уродливыми шрамами двухметровому чудовищу, в котором нет ни капли сострадания к людям. Но у меня есть шанс на спасение. Смогу ли я им воспользоваться или сгину на болотах, не сумев выбраться из объятий смерти?
Деревню сожгли ночью. Я запомнила запах горящей соломы и то, как отец лежал на пороге с топором в руке. Меня не убили. Один из дроу посмотрел на меня слишком долго, будто увидел что-то. Потом меня связали и повезли в замок, как подарок лорду.
Он сидел на троне из черного камня. Высокий, бледный, с фиолетовыми глазами и зрачком, как у кошки. На меня смотрел без интереса.
— Имя, — бросил он.
Я не собиралась отвечать. Но язык сработал сам.
— Ария.
Советник потребовал опустить глаза. Я не опустила. Вейл отвернулся, будто меня уже не существовало. Но я запомнила его взгляд. И его холод.
Старуха-служанка сказала в первую же ночь:
— Ты не понимаешь. Он проклят. И ты будешь проклята, если останешься.
Я — всего лишь служанка в его замке, вещь, подаренная лорду дроу, чтобы убирать покои и молчать. Но он умирает, и только мои прикосновения снимают его боль, только рядом со мной его проклятие отступает. И теперь он не отпустит меня — потому что я стала нужна ему больше, чем воздух.
Он сидел на троне из черного камня. Высокий, бледный, с фиолетовыми глазами и зрачком, как у кошки. На меня смотрел без интереса.
— Имя, — бросил он.
Я не собиралась отвечать. Но язык сработал сам.
— Ария.
Советник потребовал опустить глаза. Я не опустила. Вейл отвернулся, будто меня уже не существовало. Но я запомнила его взгляд. И его холод.
Старуха-служанка сказала в первую же ночь:
— Ты не понимаешь. Он проклят. И ты будешь проклята, если останешься.
Я — всего лишь служанка в его замке, вещь, подаренная лорду дроу, чтобы убирать покои и молчать. Но он умирает, и только мои прикосновения снимают его боль, только рядом со мной его проклятие отступает. И теперь он не отпустит меня — потому что я стала нужна ему больше, чем воздух.
Мне поручили найти источник магической утечки. Зейран не помогал — стоял и смотрел с насмешкой. Я пыталась сдвинуть шкаф. Бесполезно.
— Помоги мне.
— Я не слуга.
И тогда я вспомнила его слова: «Я исполняю приказы».
— Зейран. Помоги мне. Это приказ.
Он вздрогнул, как от удара. Его лицо исказилось — унижение, ярость, беспомощность. Но тело подчинилось. Он сдвинул шкаф и отошёл, не глядя на меня. А я впервые поняла: его культура — клетка. И он в ней заперт.
Я — обычная студентка-историк, попавшая в академию, где эльфы презирают людей, а дроу носят серебряные цепи рабов. Зейран, мой проводник с красными глазами и ледяным презрением, должен ненавидеть меня — но каждое наше столкновение обжигает сильнее, чем любая магия. Между нами нет ничего общего, кроме одного: он так же пойман в клетку, как я — в этот мир.
— Помоги мне.
— Я не слуга.
И тогда я вспомнила его слова: «Я исполняю приказы».
— Зейран. Помоги мне. Это приказ.
Он вздрогнул, как от удара. Его лицо исказилось — унижение, ярость, беспомощность. Но тело подчинилось. Он сдвинул шкаф и отошёл, не глядя на меня. А я впервые поняла: его культура — клетка. И он в ней заперт.
Я — обычная студентка-историк, попавшая в академию, где эльфы презирают людей, а дроу носят серебряные цепи рабов. Зейран, мой проводник с красными глазами и ледяным презрением, должен ненавидеть меня — но каждое наше столкновение обжигает сильнее, чем любая магия. Между нами нет ничего общего, кроме одного: он так же пойман в клетку, как я — в этот мир.
Мой муж сослал меня в Белую Межу за попытку убить его. Проблема в том, что это сделала не я.
Я умерла в своём мире и очнулась в теле Элианы Вейр — жены ледяного дракона, который до сих пор не может простить ей предательство.
Теперь у меня есть чужая жизнь, редкий дар целительницы и старая лечебница на границе двух враждующих земель. Когда к её дверям начинают приносить раненых, я просто делаю то, что умею: спасаю людей, не спрашивая, под чьим знаменем они воевали.
Пока однажды Кайрен Вейр не приезжает в Белый Фонарь и не застаёт меня за лечением человека, которого предпочёл бы видеть мёртвым.
Тогда я узнаю, что прежняя Элиана ни разу не использовала свою магию, чтобы спасти собственного мужа.
Но покушение — далеко не единственное, чего он не может ей простить. Пять лет назад его жена забрала у него то, что он ищет до сих пор.
Я умерла в своём мире и очнулась в теле Элианы Вейр — жены ледяного дракона, который до сих пор не может простить ей предательство.
Теперь у меня есть чужая жизнь, редкий дар целительницы и старая лечебница на границе двух враждующих земель. Когда к её дверям начинают приносить раненых, я просто делаю то, что умею: спасаю людей, не спрашивая, под чьим знаменем они воевали.
Пока однажды Кайрен Вейр не приезжает в Белый Фонарь и не застаёт меня за лечением человека, которого предпочёл бы видеть мёртвым.
Тогда я узнаю, что прежняя Элиана ни разу не использовала свою магию, чтобы спасти собственного мужа.
Но покушение — далеко не единственное, чего он не может ей простить. Пять лет назад его жена забрала у него то, что он ищет до сих пор.
Подборка откровенного эротического фэнтези
Выберите полку для книги