Книги в жанре «Фэнтези» по тегу «slushat-fentezi&page=3187»

Василиса Васильевна мечтала о спокойной жизни на пенсии. Ну, или хотя бы о тихой смерти после суток в операционной. Но судьба зашвырнула её в мир, где магия реальна, духи лезут из Нави, а деревенские упорно называют её ведьмой только за то, что она умеет штопать раны и принимать роды.

И вот, вместо заслуженного покоя ее ждет изба на отшибе, пациенты с вилами и подозрительный оборотень, которого она вытащила из-под куста с серебряной стрелой в боку. Теперь он смотрит на неё как на центр вселенной и на любое замечание отвечает бархатным «да, моя госпожа».

А ведь ещё есть охотник, который когда-то за ней ухаживал, а теперь охотится на её пациента. Деревенские, которые мечтают сжечь ведьму. И древние духи, решившие, что сейчас самое время устроить апокалипсис.

Он — альфа, потерявший право на детей. Она — беременная от предателя. Он предлагает ей защиту. Она принимает помощь. Ни один из них не ожидает, что это станет началом семьи.
Роман о том, как прошлое перестаёт определять будущее. О выборе, который важнее судьбы. И о любви, которая рождается не из страсти, а из уважения.

— Зачем я тебе? — Ева отложила вилку. — У вас же есть женщины-оборотни. Волчицы.

Лицо Кая мгновенно изменилось. Золото в глазу вспыхнуло ярче, ноздри дрогнули. Он сжал кулак так, что побелели костяшки.

— Наши женщины рожают мёртвых, — процедил он. — Или умирают сами на третьем месяце. Проклятие крови. Наш ген слишком агрессивен, он убивает человеческую оболочку плода. Последние три десятка лет ни одна сука моего вида не выносила щенка. Мы вымираем, поедая друг друга в брачных поединках.

Он подался вперёд, упираясь локтями в стол. Теперь его лицо было совсем близко.

— А потом мой отец нашёл твою мать. Обычная медсестра из районной поликлиники. Родильная горячка, сепсис. Она умерла, дав жизнь тебе. Но прежде чем закрыть глаза навсегда, она родила здорового человеческого ребёнка. Без мутации. Идеальный сосуд. Гены твоей матери смогли подавить яд нашего семени. Ты — первый шанс за тридцать лет получить живое потомство.

Анна Ковалёва привыкла работать там, где ошибка стоит жизни. Реаниматолог с пятнадцатилетним стажем, она знает: между "жив" и "мёртв" — минуты и трезвая голова, а не молитвы.
Она умирает на операционном столе — своём собственном — и просыпается в чужом теле, в чужом мире, посреди операции, которую вот-вот превратят в убийство из милосердия.
Перед ней — генерал, которого лечат заклинаниями, зная, что он умрёт. Так удобнее тем, кто ждёт его должность. У неё — знания, которые здесь называют ересью, и клятва ученичества, по которой за его смерть ответит она сама. Не отставкой. Головой.

Я провалилась сквозь старую витрину и оказалась в заброшенном Стекольном дворе, который город собирался закрыть навсегда.

Денег нет. Документов нет. Зато на складе находят счетное окно с клеймом мастерской, не работавшей семь лет. И именно это стекло утверждает, что здесь недавно велось производство.

Старший поверенный Арден Сольвей дает мне три дня, чтобы доказать обратное.

Проблема в том, что я почти ничего не знаю о местной магии. Зато пятнадцать лет работала со стеклом и хорошо знаю одну вещь: производство всегда оставляет следы.

Чем внимательнее я изучаю городские счетные окна, тем хуже становится картина. Они не просто ошибаются. Кто-то годами заставляет их лгать — и с помощью этих ошибок отнимает у людей мастерские, склады и лавки.

Теперь мне предстоит вернуть к жизни разоренный Стекольный двор, найти заказчиков, разобраться с чужими долгами и доказать городу, что его безупречная система построена на подделке.

Она пришла из другого мира — в чужое тело, в чужую эпоху, в чужую жизнь. Врач, привыкший спасать, оказалась в теле пышки, над которой смеётся весь дворец.
Он — император-дракон, обречённый на смерть. Его род убивает Огненная хворь, и никто не знает, как её остановить. Лекари лишь ускоряют конец.
Она — единственная, кто видит правду. Он — единственный, кто видит её.

Мне остался только год в академии и я решила подшутить над профессором, но кто же знал, что из-за этой шутки мои тайные чувства перестанут быть грязным секретом. И кто бы мог подумать, что этот профессор окажется таким невероятно горячим?

Шестнадцать лет назад море замолчало, и теперь мой народ угасает вместе с его магией.
Чтобы спасти последних морских драконов, я должна проникнуть в огненную столицу, найти запечатанные врата и обмануть Тарвена Вейра — правителя, который замечает каждую мою ложь и слишком быстро становится единственным, кому хочется сказать правду. Я приехала за тайной, способной вернуть морю силу, но чем ближе подбираюсь к ней, тем яснее понимаю: спасение моего народа может погубить его.
Тогда почему Тарвен ведёт меня прямо к вратам, если, возможно, с самого начала знает, зачем я пришла?

Анна, обычная современная девушка, соглашается на новогодний квест с полным погружением и внезапно оказывается в королевстве Алларис, где правят драконы и интриги. Её новое тело принадлежит Маре Уотерс, бедной циркачке-акробатке, чья жизнь висит на волоске. Среди золота дворцовых залов и мрачных городских улочек Мара встречает наследного принца Фэйтона - обаятельного, ветренного и опасного. Их вспыхнувшая страсть становится яблоком раздора между братьями. Старший дарит любовь, младший, одержимый ревностью, желает её любой ценой. Когда предательство рушит всё, Маре приходится бежать. Но драконы всегда находят свою добычу. Сможет ли она вырваться? Или останется игрушкой в руках сильных мира сего?

— С Лео, — просто ответил Николас. — Ему исполнилось пять лет месяц назад. У него мои глаза, Эмили. И аллергия на серебро проявляется точно такими же ожогами, как этот след на пергаменте. Только у него они проходят за час, а не за столетия.
Комната поплыла перед глазами. Инкунабула, черный бархат сейфа, самодовольное лицо Николаса — все смазалось в одно серое пятно. Пять лет. Пять лет я строила эту стену из независимости, работала на износ, читала Лео сказки на ночь, лечила его разбитые коленки и объясняла, почему нельзя выпускать когти в детском саду. Пять лет я убеждала себя, что поступила правильно, оставив его отца в неведении. Что мир сверхъестественного сожрет моего сына, если почует.
А Николас знал. Или вычислил. Или купил информацию.