Книги в жанре «Любовное фэнтези» по тегу «luchshie»
В сорок пять я умею отличать драгоценность от красивой подделки. Жаль, что в новом мире это приходится доказывать за прилавком чужого ломбарда, который через двенадцать дней заберут за долги.
Теперь меня зовут Веста Нарн. В кассе почти пусто, работники разбежались, а кредитор уже считает лавку своей.
Но во время описи в тайном сейфе обнаруживаются семь драконьих реликвий. Каждая принята в залог ровно на одну монету ниже суммы, после которой сделку обязаны были зарегистрировать. Случайность? Я слишком долго работала оценщиком, чтобы верить в такие совпадения.
Хуже другое: старейшая реликвия принадлежит семье дракона-арбитра Арвеля Санта. А под документом стоит его подпись.
Арвель утверждает, что никогда ничего не подписывал.
Мне остается выяснить, кто годами собирал в моем ломбарде чужие реликвии, зачем одному человеку понадобились права семи старых драконьих родов и какое отношение ко всему этому имела прежняя Веста.
Теперь меня зовут Веста Нарн. В кассе почти пусто, работники разбежались, а кредитор уже считает лавку своей.
Но во время описи в тайном сейфе обнаруживаются семь драконьих реликвий. Каждая принята в залог ровно на одну монету ниже суммы, после которой сделку обязаны были зарегистрировать. Случайность? Я слишком долго работала оценщиком, чтобы верить в такие совпадения.
Хуже другое: старейшая реликвия принадлежит семье дракона-арбитра Арвеля Санта. А под документом стоит его подпись.
Арвель утверждает, что никогда ничего не подписывал.
Мне остается выяснить, кто годами собирал в моем ломбарде чужие реликвии, зачем одному человеку понадобились права семи старых драконьих родов и какое отношение ко всему этому имела прежняя Веста.
- Вы что с Казаковым одну любовницу на двоих делите?- спросила спокойно, хотя все внутренности тряслись словно холодец, а руки чтобы не дрожали, сцепила в замок.
Вытаращив глаза Арсений смотрел на нее несколько минут , словно искал слова для своего оправдания. Но сообразив, что на этот раз навешать на уши лапшу не получится, прикрыл глаза и тяжело вздохнул.
Вытаращив глаза Арсений смотрел на нее несколько минут , словно искал слова для своего оправдания. Но сообразив, что на этот раз навешать на уши лапшу не получится, прикрыл глаза и тяжело вздохнул.
Знаете, к чему приводит несоблюдение техники безопасности на рабочем месте? К разному. Но в моём случае — к попаданию в новый мир и чужое тело. Была пустышкой, а стала магическим лекарем.
Казалось бы — живи да радуйся. Магия, драконы, красивые платья. Но нет. В один прекрасный день на мою голову свалился целый генерал империи: как пациент — несносен, как человек — ужасен. И ведь не откажешь в лечении, хотя так хочется. А может, мне самой пора к лекарю? Сердце что-то странно колотится
Казалось бы — живи да радуйся. Магия, драконы, красивые платья. Но нет. В один прекрасный день на мою голову свалился целый генерал империи: как пациент — несносен, как человек — ужасен. И ведь не откажешь в лечении, хотя так хочется. А может, мне самой пора к лекарю? Сердце что-то странно колотится
Эльф-следопыт Рейван приходит в человеческий трактир по заданию, но встречает там Лиару — пышную трактирщицу с рыжими кудрями и дерзким языком.
Она раздражает его, её тело кажется ему слишком земным, но мысли о ней не отпускают.
От презрения до одержимости — один шаг, и Рейван готов забыть о долге, лишь бы остаться в её постели.
Она раздражает его, её тело кажется ему слишком земным, но мысли о ней не отпускают.
От презрения до одержимости — один шаг, и Рейван готов забыть о долге, лишь бы остаться в её постели.
Я пришла в себя у алтаря — в чужом теле и перед мужчиной, которого весь двор называет дракон-командором.
В букете меня ждала записка: «Не произноси третью клятву».
Поэтому я сделала единственное разумное — сказала жениху «нет» и сорвала свадьбу.
Проблема в том, что теперь меня подозревают в предательстве, командора собираются убить, а наша несостоявшаяся свадьба оказалась частью куда более опасного заговора.
Чтобы найти виновного, нам придётся изображать влюблённых жениха и невесту ещё семь дней.
Главное — раскрыть тайну изменённых клятв, пережить вторую свадьбу и не совершить самую большую ошибку.
Не влюбиться в собственного жениха.
В букете меня ждала записка: «Не произноси третью клятву».
Поэтому я сделала единственное разумное — сказала жениху «нет» и сорвала свадьбу.
Проблема в том, что теперь меня подозревают в предательстве, командора собираются убить, а наша несостоявшаяся свадьба оказалась частью куда более опасного заговора.
Чтобы найти виновного, нам придётся изображать влюблённых жениха и невесту ещё семь дней.
Главное — раскрыть тайну изменённых клятв, пережить вторую свадьбу и не совершить самую большую ошибку.
Не влюбиться в собственного жениха.
Семь лет назад Кайрен Роваль отправил моего отца на плаху. Теперь Пепельный Тиран запер меня в своей цитадели и решил, что объявление о нашей помолвке спасет мне жизнь.
Он ошибся.
Я сбежала в ночь перед церемонией, прихватив его кинжал, материнский медальон и тайну, за которую королевство готово захлебнуться кровью. За мной идут наемники, люди канцлера и сам генерал, чье имя я ненавижу сильнее любого проклятия.
Но чем ближе столица, тем страшнее правда. Мой отец был невиновен, король связан чужой волей, а Кайрен не просто чудовище из моих воспоминаний. Он единственный, кто способен остановить войну... и единственный мужчина, рядом с которым моя ненависть превращается в желание.
Я не собиралась прощать его. Не собиралась спасать. Не собиралась любить!
Только сердце редко спрашивает разрешения... особенно когда тиран готов положить к моим ногам не корону, а собственную свободу.
Он ошибся.
Я сбежала в ночь перед церемонией, прихватив его кинжал, материнский медальон и тайну, за которую королевство готово захлебнуться кровью. За мной идут наемники, люди канцлера и сам генерал, чье имя я ненавижу сильнее любого проклятия.
Но чем ближе столица, тем страшнее правда. Мой отец был невиновен, король связан чужой волей, а Кайрен не просто чудовище из моих воспоминаний. Он единственный, кто способен остановить войну... и единственный мужчина, рядом с которым моя ненависть превращается в желание.
Я не собиралась прощать его. Не собиралась спасать. Не собиралась любить!
Только сердце редко спрашивает разрешения... особенно когда тиран готов положить к моим ногам не корону, а собственную свободу.
~БⲈⲤПЛⲀⲦⲎⲞ~
Никогда не произносите свои заветные желания вслух. Иначе они могут сбыться.Так и я неожиданно оказалась в новом для себя мире, в чужом теле и в опале опасного черного дракона - местного графа.Бегство и поступление в Магическую Академию показалось мне идеальным выходом.Вот только я не могла знать, что ректор этой Академии тот самый опасный черный дракон. теперь я в его полной власти и он меня не отпустит.
Никогда не произносите свои заветные желания вслух. Иначе они могут сбыться.Так и я неожиданно оказалась в новом для себя мире, в чужом теле и в опале опасного черного дракона - местного графа.Бегство и поступление в Магическую Академию показалось мне идеальным выходом.Вот только я не могла знать, что ректор этой Академии тот самый опасный черный дракон. теперь я в его полной власти и он меня не отпустит.
Их было двое.
Первый — как гроза. Чёрные волосы до плеч, острые скулы, серебряные глаза с вертикальными зрачками. И хвост. Живой, чешуйчатый, бьющий по камню.
Второй — как пламя. Золотой, огромный, молчаливый. С глазами цвета расплавленного мёда. Он смотрел так, будто видел меня насквозь.
— Вы кто? — прохрипела я, вжимаясь в золото.
— Кайден, — ответил хвостатый, и голос у него был низкий, с хрипотцой. — А это Валериус. Мы — те, кто тебя призвал.
— Меня никто не звал!
— Амулет выбора, — сухо произнёс Валериус. — Он не выбирает случайных. Он выбирает истинных.
Я не поняла. А потом Кайден подошёл ближе и вдохнул. Просто вдохнул — и его зрачки расширились, став почти круглыми.
— Она пахнет ванилью, — прорычал он. — Тёплой выпечкой. Мёдом. Боги, я хочу её сожрать.
Я проснулась на горе золота — в логове двух драконов, которые триста лет ждали свою истинную пару. Они говорят, что я — их единственная, их сладкая пышка, их дом. И этой ночью они намерены доказать это раз и навсегда.
Первый — как гроза. Чёрные волосы до плеч, острые скулы, серебряные глаза с вертикальными зрачками. И хвост. Живой, чешуйчатый, бьющий по камню.
Второй — как пламя. Золотой, огромный, молчаливый. С глазами цвета расплавленного мёда. Он смотрел так, будто видел меня насквозь.
— Вы кто? — прохрипела я, вжимаясь в золото.
— Кайден, — ответил хвостатый, и голос у него был низкий, с хрипотцой. — А это Валериус. Мы — те, кто тебя призвал.
— Меня никто не звал!
— Амулет выбора, — сухо произнёс Валериус. — Он не выбирает случайных. Он выбирает истинных.
Я не поняла. А потом Кайден подошёл ближе и вдохнул. Просто вдохнул — и его зрачки расширились, став почти круглыми.
— Она пахнет ванилью, — прорычал он. — Тёплой выпечкой. Мёдом. Боги, я хочу её сожрать.
Я проснулась на горе золота — в логове двух драконов, которые триста лет ждали свою истинную пару. Они говорят, что я — их единственная, их сладкая пышка, их дом. И этой ночью они намерены доказать это раз и навсегда.
Дарья Ковалёва научилась печь хлеб и зашивать раны без магии. Но прошлое не отпускает тех, кто думал, что с ним покончено.
Три месяца спокойной жизни в Рейнхолде — и память Элиры Вейн начала возвращаться. Не как воспоминание. Как фантомная боль. Как серый свет в руках, который больше не слушается. Как чужие сны, в которых ей режут горло.
Дарья ставит себе диагноз: реинтеграционный синдром. Две личности в одном теле отторгают друг друга, как непринятый трансплантат. Если не вмешаться хирургически, через месяц от Дарьи не останется ничего. Только Элира, которая не помнит, что умерла.
Чтобы выжить, нужно вернуться в подземелье столицы. В камеру, где Элира провела тридцать дней. Прожить то, что она не дожила. Принять правду, которую Кайден скрывал три года: Элиру казнили не мечом. Она умерла сама, за час до площади. А Кайден поднял лезвие над мёртвым телом, чтобы спасти Север.
Но интеграция — это только начало. Потому что Книга Судеб переписала себя.
Три месяца спокойной жизни в Рейнхолде — и память Элиры Вейн начала возвращаться. Не как воспоминание. Как фантомная боль. Как серый свет в руках, который больше не слушается. Как чужие сны, в которых ей режут горло.
Дарья ставит себе диагноз: реинтеграционный синдром. Две личности в одном теле отторгают друг друга, как непринятый трансплантат. Если не вмешаться хирургически, через месяц от Дарьи не останется ничего. Только Элира, которая не помнит, что умерла.
Чтобы выжить, нужно вернуться в подземелье столицы. В камеру, где Элира провела тридцать дней. Прожить то, что она не дожила. Принять правду, которую Кайден скрывал три года: Элиру казнили не мечом. Она умерла сама, за час до площади. А Кайден поднял лезвие над мёртвым телом, чтобы спасти Север.
Но интеграция — это только начало. Потому что Книга Судеб переписала себя.
Дариан вернулся на несколько шагов назад.
Остановился напротив.
— Ты, — произнёс он.
Голос оказался ниже, чем она ожидала.
Спокойный.
Но в нём чувствовалась такая уверенность, что у большинства людей наверняка сразу возникало желание подчиниться.
У Элианы возникло другое.
Раздражение.
— Я?
Его бровь едва заметно приподнялась.
— Ты знаешь правила столицы?
— Некоторые.
— Тогда почему не поклонилась?
Элиана оглянулась на людей вокруг.
— Вы не просили.
Кто-то рядом тихо ахнул.
Дариан несколько секунд молчал.
Элиана успела подумать, что, возможно, только что совершила огромную ошибку.
Но отступать было поздно.
— Ты знаешь, с кем разговариваешь?
— Судя по тому, как все вас боятся, — Элиана слегка пожала плечами, — с человеком, которому слишком часто говорят «да».
Остановился напротив.
— Ты, — произнёс он.
Голос оказался ниже, чем она ожидала.
Спокойный.
Но в нём чувствовалась такая уверенность, что у большинства людей наверняка сразу возникало желание подчиниться.
У Элианы возникло другое.
Раздражение.
— Я?
Его бровь едва заметно приподнялась.
— Ты знаешь правила столицы?
— Некоторые.
— Тогда почему не поклонилась?
Элиана оглянулась на людей вокруг.
— Вы не просили.
Кто-то рядом тихо ахнул.
Дариан несколько секунд молчал.
Элиана успела подумать, что, возможно, только что совершила огромную ошибку.
Но отступать было поздно.
— Ты знаешь, с кем разговариваешь?
— Судя по тому, как все вас боятся, — Элиана слегка пожала плечами, — с человеком, которому слишком часто говорят «да».
ТОП лучших книг
Выберите полку для книги