Книги в жанре «Любовное фэнтези» по тегу «romany»
(41)
Еще вчера я была экспертом по поддельным документам в Москве. Сегодня я — Саира Норвен, хозяйка почти разоренного траурного дома в чужом мире.
И мой первый рабочий день начинается с оглашения завещания влиятельного дракона Рейдана Керра.
Есть лишь одна проблема.
Покойник приходит на собственное оглашение живым.
Рейдан утверждает, что никогда не составлял завещание. Его личный знак настоящий. Государственные печати настоящие. Подписи настоящие. А огромная часть его состояния почему-то достается... мне.
Теперь он официально мертв, я выгляжу идеальной мошенницей, а кто-то очень влиятельный умеет убивать людей не оружием, а одной записью в государственном реестре.
Чтобы спасти свое имя и «Черную ленту», мне придется доказать невозможное: самые опасные подделки состоят из настоящих документов.
Вот только чем ближе мы с Рейданом к истине, тем сложнее понять, что опаснее — заговор, лишивший его имени и состояния, или доверие между нами, которого не должно было быть.
И мой первый рабочий день начинается с оглашения завещания влиятельного дракона Рейдана Керра.
Есть лишь одна проблема.
Покойник приходит на собственное оглашение живым.
Рейдан утверждает, что никогда не составлял завещание. Его личный знак настоящий. Государственные печати настоящие. Подписи настоящие. А огромная часть его состояния почему-то достается... мне.
Теперь он официально мертв, я выгляжу идеальной мошенницей, а кто-то очень влиятельный умеет убивать людей не оружием, а одной записью в государственном реестре.
Чтобы спасти свое имя и «Черную ленту», мне придется доказать невозможное: самые опасные подделки состоят из настоящих документов.
Вот только чем ближе мы с Рейданом к истине, тем сложнее понять, что опаснее — заговор, лишивший его имени и состояния, или доверие между нами, которого не должно было быть.
— Зачем ты это делаешь? — спросила я.
— Потому что вы устали.
— Но ты не обязан.
Он поднял голову. В его аметистовых глазах не было ни покорности, ни страха. Только что-то, от чего мое сердце забилось быстрее.
— Я делаю это не потому, что обязан, — сказал он. — А потому, что вижу, как вам тяжело. Как вы несете все на себе. И я хочу помочь.
Я молчала, глядя на него. Его руки снова коснулись моей ноги, и по телу побежали мурашки.
— Аэрион...
— Да?
— А если я скажу, что не заслуживаю такой заботы?
Он наклонился и коснулся губами моего колена. Легко, невесомо, как касаются молитвы.
— Тогда я проведу остаток жизни, доказывая, что вы ошибаетесь.
Я выиграла его в споре — и не знала, что делать с живым трофеем. Но он опустился передо мной на колени не потому, что был рабом. А потому, что видел мою усталость, мою боль, мое одиночество — и хотел забрать их. Его прикосновения исцеляли. Его забота стала моим воздухом.
— Потому что вы устали.
— Но ты не обязан.
Он поднял голову. В его аметистовых глазах не было ни покорности, ни страха. Только что-то, от чего мое сердце забилось быстрее.
— Я делаю это не потому, что обязан, — сказал он. — А потому, что вижу, как вам тяжело. Как вы несете все на себе. И я хочу помочь.
Я молчала, глядя на него. Его руки снова коснулись моей ноги, и по телу побежали мурашки.
— Аэрион...
— Да?
— А если я скажу, что не заслуживаю такой заботы?
Он наклонился и коснулся губами моего колена. Легко, невесомо, как касаются молитвы.
— Тогда я проведу остаток жизни, доказывая, что вы ошибаетесь.
Я выиграла его в споре — и не знала, что делать с живым трофеем. Но он опустился передо мной на колени не потому, что был рабом. А потому, что видел мою усталость, мою боль, мое одиночество — и хотел забрать их. Его прикосновения исцеляли. Его забота стала моим воздухом.
🎧 АУДИОСПЕКТАКЛЬ 🎄 Новогодняя литоткрытка из цикла Глуаровый камень. Юнкера🎻 Симфонический оркестр | 🎙️ Женский голос | ❄️ Зимняя сказка |
Громила-врач. Лапы хирурга. Такт носорога. Пять лет - ни одной женщины. Думал - всё, отлюбил своё. Пока не облил шампанским жену командира. Не схватил за грудь - при всех. При муже. И не пропал - насмерть. Мгновенно. Безнадёжно. Она - полковая королева. Острый язык. Фальшивая улыбка. Двадцать лет в золотой клетке. Почти сдалась. Почти смирилась. Пока этот медведь не ворвался в её жизнь - с бокалом в руке и руками не там.
Он её бесит. Она его убивает. Вместе - они пожар.
"Доктор, это было медицинское обследование? На наличие опухолей?"
Две недели до Нового года. Рождественский лазарет. Работать - вместе. Каждый день - скандал. Каждый вечер - искры. Каждую ночь - мысли друг о друге. Чёрт. Чёрт. Чёрт. 😈
И почему между ними такое электричество - что впору вызывать пожарных? 🚒
А ещё - секреты.
Громила-врач. Лапы хирурга. Такт носорога. Пять лет - ни одной женщины. Думал - всё, отлюбил своё. Пока не облил шампанским жену командира. Не схватил за грудь - при всех. При муже. И не пропал - насмерть. Мгновенно. Безнадёжно. Она - полковая королева. Острый язык. Фальшивая улыбка. Двадцать лет в золотой клетке. Почти сдалась. Почти смирилась. Пока этот медведь не ворвался в её жизнь - с бокалом в руке и руками не там.
Он её бесит. Она его убивает. Вместе - они пожар.
"Доктор, это было медицинское обследование? На наличие опухолей?"
Две недели до Нового года. Рождественский лазарет. Работать - вместе. Каждый день - скандал. Каждый вечер - искры. Каждую ночь - мысли друг о друге. Чёрт. Чёрт. Чёрт. 😈
И почему между ними такое электричество - что впору вызывать пожарных? 🚒
А ещё - секреты.
Тридцать лет у руля санатория научили Варвару Михайловну главному: нет безвыходных ситуаций, есть плохие главврачи и недостаток финансирования. Вот только умереть от инфаркта на планёрке из-за прорванной трубы и очнуться в теле опозоренной баронессы в магическом мире — это даже для неё перебор...
В наследстве новой хозяйки — разрушенная усадьба, огромные долги, хромая лошадь и проклятое болото, в котором, по слухам, живут демоны. А первым пациентом оказывается... Верховный инквизитор Он привык повелевать и сжигать еретиков, но в «Сосновом бору» свои законы.
В наследстве новой хозяйки — разрушенная усадьба, огромные долги, хромая лошадь и проклятое болото, в котором, по слухам, живут демоны. А первым пациентом оказывается... Верховный инквизитор Он привык повелевать и сжигать еретиков, но в «Сосновом бору» свои законы.
Пятнадцать лет Иллиана жила одной целью — убить колдуна, который стёр её семью в пепел. И вот он мёртв: стрела в сердце, кровь на полу библиотеки, удовлетворение, которого она ждала полжизни.
А потом из тени вышел он.
Худой, как скелет, в грязных лохмотьях, с потухшими глазами. Дроу. Слуга убитого колдуна.
— Хозяйка?
— Что ты сказал?
— Вы убили Хозяина. Значит, теперь вы — Хозяйка.
— Ты, видимо, не в себе. Я не твоя хозяйка. Я вообще не собираюсь здесь оставаться.
— Госпожа не понимает. Я не могу быть свободным. Так не работает.
Она хотела только мести. Она не просила ни о какой ответственности. Но когда он упал к её ногам и умолял не бросать, она не смогла уйти.
А потом из тени вышел он.
Худой, как скелет, в грязных лохмотьях, с потухшими глазами. Дроу. Слуга убитого колдуна.
— Хозяйка?
— Что ты сказал?
— Вы убили Хозяина. Значит, теперь вы — Хозяйка.
— Ты, видимо, не в себе. Я не твоя хозяйка. Я вообще не собираюсь здесь оставаться.
— Госпожа не понимает. Я не могу быть свободным. Так не работает.
Она хотела только мести. Она не просила ни о какой ответственности. Но когда он упал к её ногам и умолял не бросать, она не смогла уйти.
— Я заплатил вдвое больше. В чём проблема?
— Проблема в том, что так не делается! Ты должен был спросить, есть ли свободные комнаты, я должна была сказать «да, есть», ты должен был спросить, сколько стоит…
Он смотрел на меня, и в его глазах, в этих холодных серых глубинах, мелькнуло что-то похожее на веселье.
— Ты всегда так много говоришь?
— Я всегда говорю всё, что думаю, — отрезала я. — И если ты думаешь, что можешь войти в мой трактир, бросить мне на стойку кошелёк и уйти, как будто это гостиница для призраков, то ты ошибаешься, эльф.
— Каэлен, — представился он. — И я не призрак.
Так я познакомилась с правой рукой Сумеречной Гильдии. Он остался. И с первого дня между нами что-то искрило.
В мой трактир заселился эльф с холодными глазами и репутацией убийцы — правая рука Сумеречной Гильдии. Он остался, влез в мои долги и в мою жизнь. А я, кажется, влезла в его сердце, хотя он этого совсем не хотел.
— Проблема в том, что так не делается! Ты должен был спросить, есть ли свободные комнаты, я должна была сказать «да, есть», ты должен был спросить, сколько стоит…
Он смотрел на меня, и в его глазах, в этих холодных серых глубинах, мелькнуло что-то похожее на веселье.
— Ты всегда так много говоришь?
— Я всегда говорю всё, что думаю, — отрезала я. — И если ты думаешь, что можешь войти в мой трактир, бросить мне на стойку кошелёк и уйти, как будто это гостиница для призраков, то ты ошибаешься, эльф.
— Каэлен, — представился он. — И я не призрак.
Так я познакомилась с правой рукой Сумеречной Гильдии. Он остался. И с первого дня между нами что-то искрило.
В мой трактир заселился эльф с холодными глазами и репутацией убийцы — правая рука Сумеречной Гильдии. Он остался, влез в мои долги и в мою жизнь. А я, кажется, влезла в его сердце, хотя он этого совсем не хотел.
Я вампир, проклятый с рождения. Когда Тьма поднимает голову, жажда заставляет меня бросаться на все, в чем есть хоть капля крови, а сила вполне позволяет справиться с кем угодно. Снять проклятие невозможно, потому что для этого нужно жениться. А кто согласиться стать невестой того, кто съел уже четверых? Поэтому я смирился.
Но кто бы мог подумать, что однажды одиночество заставит меня спасти беззащитную зверушку...
Но кто бы мог подумать, что однажды одиночество заставит меня спасти беззащитную зверушку...
Семь столетий назад люди стояли на краю гибели. Спасение пришло от тех, кого они боялись больше смерти, — вампиров. Ценой мира стал древний договор: каждые двадцать лет человеческая принцесса должна становиться женой одного из бессмертных.
Теперь настала моя очередь.
Меня зовут Аделина Вальмонт, и я отправляюсь в Ноктариум, чтобы стать женой мужчины, о котором знаю лишь то, что он вампир, наследник престола и мой будущий кошмар.
Я надеялась пережить этот брак, не потеряв себя. Но за стенами мрачного замка скрываются тайны, способные разрушить всё, во что я верила.
А самое страшное — возможно, чудовища вовсе не те, кого нас учили бояться.
И если древний договор был заключён на крови, то сколько крови потребуется, чтобы его разорвать?
Теперь настала моя очередь.
Меня зовут Аделина Вальмонт, и я отправляюсь в Ноктариум, чтобы стать женой мужчины, о котором знаю лишь то, что он вампир, наследник престола и мой будущий кошмар.
Я надеялась пережить этот брак, не потеряв себя. Но за стенами мрачного замка скрываются тайны, способные разрушить всё, во что я верила.
А самое страшное — возможно, чудовища вовсе не те, кого нас учили бояться.
И если древний договор был заключён на крови, то сколько крови потребуется, чтобы его разорвать?
Лика Туманова приехала в родовое поместье, чтобы встретить Новый год с подругами. Но подруги не приехали, метель отрезала дороги, а бабушкина магия, которую Лика так и не унаследовала, осталась лишь в скрипе половиц и запахе трав.
В полночь на крыльцо падает дракон.
Римогард, сын владыки северного клана, летел в цитадель — доказать свою невиновность. Защита поместья сбила его, магический снаряд лишил силы, и теперь он застрял в человеческом теле, беспомощный, раненый и невыносимо высокомерный.
Он требует снять защиту. Она требует наколоть дров.
Он угрожает сжечь дом. Она предлагает кладовку с вениками.
Он не привык просить. Она не привыкла сдаваться.
Семь дней. Один дом. Одна метель за окном и одно правило: пока ты здесь — делаешь, что я говорю.
В полночь на крыльцо падает дракон.
Римогард, сын владыки северного клана, летел в цитадель — доказать свою невиновность. Защита поместья сбила его, магический снаряд лишил силы, и теперь он застрял в человеческом теле, беспомощный, раненый и невыносимо высокомерный.
Он требует снять защиту. Она требует наколоть дров.
Он угрожает сжечь дом. Она предлагает кладовку с вениками.
Он не привык просить. Она не привыкла сдаваться.
Семь дней. Один дом. Одна метель за окном и одно правило: пока ты здесь — делаешь, что я говорю.
Не мешай.
Самый гениальный из всех законов. Им можно и нужно пользоваться и в отношении себя, и в отношении других людей. Фраза «Не мешай, пожалуйста» способна творить настоящие чудеса. Главное — сказать её прежде, чем вы начнёте испытывать раздражение.
Агата столько раз произносила эту волшебную фразу во время Игр, что и не счесть.
Самый гениальный из всех законов. Им можно и нужно пользоваться и в отношении себя, и в отношении других людей. Фраза «Не мешай, пожалуйста» способна творить настоящие чудеса. Главное — сказать её прежде, чем вы начнёте испытывать раздражение.
Агата столько раз произносила эту волшебную фразу во время Игр, что и не счесть.
Полностью завершенные романы
Выберите полку для книги