Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»
После предательства жены, жизнь Андрея разделилась надвое: в одной её части он любящий отец-одиночка, а в другой — строгий, вечно пропадающий на службе опер Иванов. Несочетаемо! Да ещё и няни, как назло, сбегают одна за другой, не выдержав и пары месяцев в сумасшедшей семейке.
Хотя нет, одна, похоже, хочет остаться... Вот только теперь сам Иванов против: эта няня слишком молода, слишком красива, слишком добра и внимательна к нему и его детям!
Что это - разбитое мужское сердце боится снова ожить?
...Или интуиция бывалого опера правильно шепчет, что эта няня не так проста, как кажется?
Хотя нет, одна, похоже, хочет остаться... Вот только теперь сам Иванов против: эта няня слишком молода, слишком красива, слишком добра и внимательна к нему и его детям!
Что это - разбитое мужское сердце боится снова ожить?
...Или интуиция бывалого опера правильно шепчет, что эта няня не так проста, как кажется?
Решив поддержать подругу и сходить с ней на аукцион девушек, я и представить себе не могла, что сама окажусь товаром. Ведь хотела лишь побыть в зале и посмотреть, чтобы всё прошло гладко…
Но у судьбы свои планы. Теперь я вынуждена провести семь долгих ночей с незнакомцем, чьё недовольство может стоить жизни мне и моим близким. Он слишком влиятелен и опасен. И мне ясно дают понять, что выбора нет.
Никакой надежды. Никакой веры. Никакой любви…
Но у судьбы свои планы. Теперь я вынуждена провести семь долгих ночей с незнакомцем, чьё недовольство может стоить жизни мне и моим близким. Он слишком влиятелен и опасен. И мне ясно дают понять, что выбора нет.
Никакой надежды. Никакой веры. Никакой любви…
Мои пальцы нервно дрожали, перелистывая тонкие листы медицинской карты ребёнка. Сама не понимала, чего испугалась, ну подумаешь, полные тёзки, такое бывает.
В конце папки лежали вложенные ксерокопии документов – медицинский полис, свидетельство о рождении…
Взгляд в очередной раз пробежался по графе отец. Нечаев Илья Николаевич. Сердце болезненно сжалось, а в голове крутилось лишь одно: «Пожалуйста, пусть это будет совпадение!»
Но последними в стопке копий оказались паспорта родителей. С фотографий которых на меня смотрели мой муж и его бывшая помощница.
Папка вылетела из моих рук, усеяв пол веером бумаг. Я же продолжала стоять на месте и смотрела немигающим взглядом в пустоту.
Наверное, чисто теоретически, мой муж мог иметь пятилетнего сына. Если бы не одна небольшая загвоздка: мы были женаты четырнадцать лет и ни о чём таком я даже не догадывалась.
В конце папки лежали вложенные ксерокопии документов – медицинский полис, свидетельство о рождении…
Взгляд в очередной раз пробежался по графе отец. Нечаев Илья Николаевич. Сердце болезненно сжалось, а в голове крутилось лишь одно: «Пожалуйста, пусть это будет совпадение!»
Но последними в стопке копий оказались паспорта родителей. С фотографий которых на меня смотрели мой муж и его бывшая помощница.
Папка вылетела из моих рук, усеяв пол веером бумаг. Я же продолжала стоять на месте и смотрела немигающим взглядом в пустоту.
Наверное, чисто теоретически, мой муж мог иметь пятилетнего сына. Если бы не одна небольшая загвоздка: мы были женаты четырнадцать лет и ни о чём таком я даже не догадывалась.
Он — священник, она — проститутка. Раз в неделю она исповедуется, рассказывая откровенные подробности своей работы. Падре остается только напоминать себе, что это очередное испытание его веры, пока однажды Маддалена, запачканная кровью, не просит приют...
"— Бог не согреет вас в постели, падре. Не доведет до оргазма. Не заставит кричать ночью и драть простынь. Не приготовит бульон, если вы заболеете. Не будет смеяться над глупой комедией. Если вы не фанатик-извращенец, конечно. Были и такие.
— Я не говорил, что это легкий путь. Но это необходимость ради достижения высшей цели".
"— Бог не согреет вас в постели, падре. Не доведет до оргазма. Не заставит кричать ночью и драть простынь. Не приготовит бульон, если вы заболеете. Не будет смеяться над глупой комедией. Если вы не фанатик-извращенец, конечно. Были и такие.
— Я не говорил, что это легкий путь. Но это необходимость ради достижения высшей цели".
Сборник разрозненных и разноплановых рассказов эсхатологической тематики. Токсичный руссреал, но не только.
Если Агентство вынесло приговор, то человека можно считать мертвецом. И Майк Холл прекрасно это понимал, когда ему приказали присматривать за доктором, пока ей готовят замену. Прекрасно и сам видел, что Тесса Фоер — бомба замедленного действия со сломанной начинкой.
– Вадим, это правда, что ты бесплоден?
– Правда, – разрывает сердце ответ.
– Так значит в ту ночь… был не ты? Ты ничего не хочешь объяснить?
– Прости. Я думал, что так будет лучше.
– Лучше? А ты меня спросил?
– Ириша, – зовёт Вадим, но я его не слышу.
– И говорить мне, конечно, ты не собирался?
– Нет, – звучит в ответ. – Клянусь, что такого больше не повторится.
– Не повторится, Вадим. Я ухожу.
***
Вставая на учёт по беременности, я неожиданно узнаю, что мой муж не может иметь детей. Тогда как объяснить моё положение, если других мужчин, кроме мужа, у меня никогда не было?
– Правда, – разрывает сердце ответ.
– Так значит в ту ночь… был не ты? Ты ничего не хочешь объяснить?
– Прости. Я думал, что так будет лучше.
– Лучше? А ты меня спросил?
– Ириша, – зовёт Вадим, но я его не слышу.
– И говорить мне, конечно, ты не собирался?
– Нет, – звучит в ответ. – Клянусь, что такого больше не повторится.
– Не повторится, Вадим. Я ухожу.
***
Вставая на учёт по беременности, я неожиданно узнаю, что мой муж не может иметь детей. Тогда как объяснить моё положение, если других мужчин, кроме мужа, у меня никогда не было?
Гротескная история о том, как застуженная доярка Люсинда Спесивцева об Оскаре мечтала, и что из этого получилось.
Александре шел тридцатый год, а замужем она ещё не была. Но точно знала, что каждая правильная девушка хоть раз сходить туда обязана. А Саша была очень правильной, поэтому молчаливо страдала от отсутствия штампа в своем паспорте. Но оказалось, страдала слишком громко.
Пороки существуют вне эпохи. Тысячелетиями список изъянов человечества не сокращается, а пополняется новыми изощрёнными формами: игрозависимость и замещение реального мира виртуальным дополнили измены, предательства, насилие, отношения по расчёту, ненависть к собственным детям…
«Пороки. Мир в серых тонах» – сборник, где рассказы в жанрах фантастика и фэнтези соседствуют с историями, основанными на реальных событиях. Объединяет все произведения одно: человеческие слабости. Без морализаторства, без поучений, всего лишь попытка разобраться – а так ли всё очевидно, как кажется на первый взгляд?..
Мир с трудом делится на чёрное и белое, и не всегда легко сказать, кто «хороший», а кто – нет. Составьте своё суждение о героях тринадцати увлекательных рассказов
«Пороки. Мир в серых тонах» – сборник, где рассказы в жанрах фантастика и фэнтези соседствуют с историями, основанными на реальных событиях. Объединяет все произведения одно: человеческие слабости. Без морализаторства, без поучений, всего лишь попытка разобраться – а так ли всё очевидно, как кажется на первый взгляд?..
Мир с трудом делится на чёрное и белое, и не всегда легко сказать, кто «хороший», а кто – нет. Составьте своё суждение о героях тринадцати увлекательных рассказов
Выберите полку для книги