Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
- Твоя жена с дефектом, раз три года забеременеть не может, - говорит свекор тоном, не терпящим возражений.
- Пап, но мы хотим попробовать ЭКО, - тихо отвечает муж, как бы оправдываясь.
- В нашем роду детей из пробирки не будет! - обрывает его отец, - Ты женишься на другой и точка! Я уже нашел замену...
Я стою за дверью и слышу это именно в тот день, когда собиралась им сообщить, что под моим сердцем уже бьется маленькое сердечко.
Они ждут наследника. А я для них просто инструмент. Но я не позволю своему ребенку стать показателем их успешности.
Я ухожу навсегда, но одна случайная встреча меняет все...
- Пап, но мы хотим попробовать ЭКО, - тихо отвечает муж, как бы оправдываясь.
- В нашем роду детей из пробирки не будет! - обрывает его отец, - Ты женишься на другой и точка! Я уже нашел замену...
Я стою за дверью и слышу это именно в тот день, когда собиралась им сообщить, что под моим сердцем уже бьется маленькое сердечко.
Они ждут наследника. А я для них просто инструмент. Но я не позволю своему ребенку стать показателем их успешности.
Я ухожу навсегда, но одна случайная встреча меняет все...
РАССКАЗ ЗАВЕРШЕН! НОВИНКА
– Понимаешь… Мы с Олегом… – Лиза запинается, подбирая слова. Но я уже все понимаю. Достаточно было услышать, как она произносит «мы». – Мы встречаемся уже год. Я хотела тебе сказать, но он был против. А это нечестно!
Я собиралась поделиться с лучшей подругой своими опасениями о том, что муж мне изменяет. А она призналась: да, изменяет. С ней же. Я разом потеряла двух людей, которых считала близкими, но вскоре выяснилось, что могу потерять гораздо больше. Мой подлец муж решил обобрать меня до нитки!
– Понимаешь… Мы с Олегом… – Лиза запинается, подбирая слова. Но я уже все понимаю. Достаточно было услышать, как она произносит «мы». – Мы встречаемся уже год. Я хотела тебе сказать, но он был против. А это нечестно!
Я собиралась поделиться с лучшей подругой своими опасениями о том, что муж мне изменяет. А она призналась: да, изменяет. С ней же. Я разом потеряла двух людей, которых считала близкими, но вскоре выяснилось, что могу потерять гораздо больше. Мой подлец муж решил обобрать меня до нитки!
— Это приглашение на мою свадьбу, Эсмира. Я женюсь на Алине. Прими это достойно.
— Три недели назад я родила тебе сына! Как ты можешь?!
— Я просто пользуюсь своим правом. Ты по-прежнему моя жена.
Он говорит так спокойно, будто ничего не случилось. Будто я должна улыбаться и радоваться за него.
— Хорошо, Исмаил, я приду на твою свадьбу и приму её.
Но простить его предательство я не смогу никогда. И она ещё пожалеет, что решила забрать моего мужа.
— Три недели назад я родила тебе сына! Как ты можешь?!
— Я просто пользуюсь своим правом. Ты по-прежнему моя жена.
Он говорит так спокойно, будто ничего не случилось. Будто я должна улыбаться и радоваться за него.
— Хорошо, Исмаил, я приду на твою свадьбу и приму её.
Но простить его предательство я не смогу никогда. И она ещё пожалеет, что решила забрать моего мужа.
Пять лет назад он не мог сказать ни слова, когда увидел меня в белом платье. Сегодня спокойно целует любовницу в моей квартире.
Хватаю банку цветочного мёда, что привезла свекровь, диванную подушку и нож. Голубки переходят в спальне от прелюдии к активным действиям. Что ж, время для появления обманутой жены.
БУ.
- Ты идиотка?! – кричит брюнетка, хватаясь за волосы, когда я щедро поливаю её мёдом.
- Лиза, что ты тут делаешь? – типичная фраза для неверного мужа, натягивающего штаны.
В руках подушка, так бы и придушила обоих!
Отбрасываю банку, вонзаю нож в бархатную ткань и дёргаю вниз. Материал трещит под лезвием, обнажая внутренности.
- Сюрприз, - произношу и вытряхиваю на любовницу мужа перья, которые тут же прилипают на голову, лицо и дорогое платье. Выметайся, дорогуша, за тобой Руслан подъехал, - извещаю, потому что успела оповестить и её мужа о том, что тут происходит. Брюнетка испуганно смотрит в мою сторону. - А ты, Олежка, собирай свои вещи, здесь ты больше не живёшь!
Хватаю банку цветочного мёда, что привезла свекровь, диванную подушку и нож. Голубки переходят в спальне от прелюдии к активным действиям. Что ж, время для появления обманутой жены.
БУ.
- Ты идиотка?! – кричит брюнетка, хватаясь за волосы, когда я щедро поливаю её мёдом.
- Лиза, что ты тут делаешь? – типичная фраза для неверного мужа, натягивающего штаны.
В руках подушка, так бы и придушила обоих!
Отбрасываю банку, вонзаю нож в бархатную ткань и дёргаю вниз. Материал трещит под лезвием, обнажая внутренности.
- Сюрприз, - произношу и вытряхиваю на любовницу мужа перья, которые тут же прилипают на голову, лицо и дорогое платье. Выметайся, дорогуша, за тобой Руслан подъехал, - извещаю, потому что успела оповестить и её мужа о том, что тут происходит. Брюнетка испуганно смотрит в мою сторону. - А ты, Олежка, собирай свои вещи, здесь ты больше не живёшь!
Я провожу ладонью по каменной плите, под которой уже год лежит наш сын.
— Артур, — шепчу я мужу, — мне кажется, он нас сегодня услышал.
— Надя, — вдруг говорит он. — Послушай меня.
Я поворачиваюсь. Что-то нехорошее в его голосе.
— Хватит.
Что «хватит»? Дышать? Помнить?
— Я ухожу от тебя.
Мир не рушится со звоном.
Он просто теряет цвет, становясь серым, как это небо. Кажется, даже вороны на ветках замолчали разом.
— Что?
Я переспрашиваю, потому что звуки не складываются в смысл.
— Прости. Я больше не могу смотреть на твое лицо. Ты плачешь по ночам, я же слышу. Я… я хочу жить.
— Ты серьезно? Сейчас? Здесь?
Тянусь к нему, хочу коснуться плеча, но он дергается.
— Не надо, Надь.
Машина тормозит в трех метрах от нас.
Марина.
Крестная Димки. В руках нет ничего. Ни цветов, ни игрушек.
Она приехала не к Димке.
Она приехала за Артуром.
— Ты… — воздух в легких заканчивается. — Вы…
— Артур, — шепчу я мужу, — мне кажется, он нас сегодня услышал.
— Надя, — вдруг говорит он. — Послушай меня.
Я поворачиваюсь. Что-то нехорошее в его голосе.
— Хватит.
Что «хватит»? Дышать? Помнить?
— Я ухожу от тебя.
Мир не рушится со звоном.
Он просто теряет цвет, становясь серым, как это небо. Кажется, даже вороны на ветках замолчали разом.
— Что?
Я переспрашиваю, потому что звуки не складываются в смысл.
— Прости. Я больше не могу смотреть на твое лицо. Ты плачешь по ночам, я же слышу. Я… я хочу жить.
— Ты серьезно? Сейчас? Здесь?
Тянусь к нему, хочу коснуться плеча, но он дергается.
— Не надо, Надь.
Машина тормозит в трех метрах от нас.
Марина.
Крестная Димки. В руках нет ничего. Ни цветов, ни игрушек.
Она приехала не к Димке.
Она приехала за Артуром.
— Ты… — воздух в легких заканчивается. — Вы…
- Юль, ну оставайся, - услышала я обхаживающий голос мужа. - Серьёзно! Янка только через два дня прилетает, куда ты торопишься?
- Неудобно как-то...
- Что неудобно? Не в первый же раз! Оставайся, я с утра омлет сделаю.
- Ого! Ты и омлет умеешь? - женский голос засмеялся. - Раз уж ты зашёл с омлета, то отказаться не могу.
Я сразу узнала и этот голос и этот смех, потому что слышала их сотни раз, если не больше: на своей кухне, в динамике своего телефона, на прошедшем недавно дне рождения.
Это была Юлька Некрасова - подруга, с которой мы познакомились ещё на первом курсе, двадцать лет назад, и с тех пор были неразлучны.
Та, которой я всегда помогала, чем могла.
Та, которую я вытащила практически за уши из депрессии после её кошмарного развода.
Та, которая каждый раз повторяла мне: “Янка, женская солидарность сильнее любых обстоятельств!”
- Неудобно как-то...
- Что неудобно? Не в первый же раз! Оставайся, я с утра омлет сделаю.
- Ого! Ты и омлет умеешь? - женский голос засмеялся. - Раз уж ты зашёл с омлета, то отказаться не могу.
Я сразу узнала и этот голос и этот смех, потому что слышала их сотни раз, если не больше: на своей кухне, в динамике своего телефона, на прошедшем недавно дне рождения.
Это была Юлька Некрасова - подруга, с которой мы познакомились ещё на первом курсе, двадцать лет назад, и с тех пор были неразлучны.
Та, которой я всегда помогала, чем могла.
Та, которую я вытащила практически за уши из депрессии после её кошмарного развода.
Та, которая каждый раз повторяла мне: “Янка, женская солидарность сильнее любых обстоятельств!”
— Настя, это не то, что ты думаешь, — говорит он.
Из меня вырывается смех.
— Серьёзно, Тимур? — Мой голос спокоен.
Надя вскакивает, хватает платье. Руки дрожат, пальцы не попадают в лямки.
— Это случайно получилось, мы просто…
— Случайно? Ты случайно оказалась в моей квартире? В моей постели? С моим женихом? Что именно было случайным, Надя?
— Хватит драматизировать, — бросает он. — Ты всё равно это раздуешь.
— Она — никто, — вдруг добавляет он, даже не глядя на неё.
Надя вздрагивает всем телом. На её лице боль женщины, которую назвал «никем» мужчина, ради которого она предала подругу.
***
Вы предали меня, растоптали. И снова, как в детстве, только скрипка и дикий, звериный холод, от которого сводит пальцы. Музыку, как и любовь, можно заглушить криком, унижением, ложью. Но она не исчезнет. Уйдет вглубь. Затаится. И когда все голоса замолкнут — вернётся. Потому что эта мелодия — я сама. И когда молчание закончится, я зазвучу так громко, что вы оба пожалеете.
Из меня вырывается смех.
— Серьёзно, Тимур? — Мой голос спокоен.
Надя вскакивает, хватает платье. Руки дрожат, пальцы не попадают в лямки.
— Это случайно получилось, мы просто…
— Случайно? Ты случайно оказалась в моей квартире? В моей постели? С моим женихом? Что именно было случайным, Надя?
— Хватит драматизировать, — бросает он. — Ты всё равно это раздуешь.
— Она — никто, — вдруг добавляет он, даже не глядя на неё.
Надя вздрагивает всем телом. На её лице боль женщины, которую назвал «никем» мужчина, ради которого она предала подругу.
***
Вы предали меня, растоптали. И снова, как в детстве, только скрипка и дикий, звериный холод, от которого сводит пальцы. Музыку, как и любовь, можно заглушить криком, унижением, ложью. Но она не исчезнет. Уйдет вглубь. Затаится. И когда все голоса замолкнут — вернётся. Потому что эта мелодия — я сама. И когда молчание закончится, я зазвучу так громко, что вы оба пожалеете.
– Кто вы такая? И что делаете в палате моего мужа?
Незнакомка смотрит на меня презрительно, крепко держа за руку ребенка.
– Я его жена! – сообщает высокомерно. – Вторая… я бы сказала, что приятно познакомиться, но как-то не очень…
Стою, не в силах поверить в сюр ситуации, пока не слышу стон со стороны кровати. Муж открывает глаза и видит перед собой незнакомку.
– Лена, – хрипит он, фокусируя взгляд сначала на ней, потом на мне. — Марина… Как хорошо, что обе мои женщины рядом. Я получу двойную порцию заботы…
-----------------
ХЭ
Незнакомка смотрит на меня презрительно, крепко держа за руку ребенка.
– Я его жена! – сообщает высокомерно. – Вторая… я бы сказала, что приятно познакомиться, но как-то не очень…
Стою, не в силах поверить в сюр ситуации, пока не слышу стон со стороны кровати. Муж открывает глаза и видит перед собой незнакомку.
– Лена, – хрипит он, фокусируя взгляд сначала на ней, потом на мне. — Марина… Как хорошо, что обе мои женщины рядом. Я получу двойную порцию заботы…
-----------------
ХЭ
– У меня вторая семья. Для моего статуса это норма. Лера родила мне сына, не порть настроение и порадуйся в этот счастливый день.
– Это и есть твоя командировка, Кирилл? – спрашиваю его глухим голосом, слушая в трубке писк младенца.
– Да, это мой сын, Вячеслав, – отзывается муж с нотками гордости. – Прошу любить и жаловать.
Муж сорвался в срочную командировку в наш особенный день. В тот самый, когда я хотела сообщить ему долгожданную новость.
А утром следующего дня мне позвонила довольная женщина и под звук детского плача сообщила:
– У нас с твоим мужем родился малыш, три шестьсот, очень похож на него! Прям копия!
Я перезваниваю мужу, и всё встает на свои места…
– Это и есть твоя командировка, Кирилл? – спрашиваю его глухим голосом, слушая в трубке писк младенца.
– Да, это мой сын, Вячеслав, – отзывается муж с нотками гордости. – Прошу любить и жаловать.
Муж сорвался в срочную командировку в наш особенный день. В тот самый, когда я хотела сообщить ему долгожданную новость.
А утром следующего дня мне позвонила довольная женщина и под звук детского плача сообщила:
– У нас с твоим мужем родился малыш, три шестьсот, очень похож на него! Прям копия!
Я перезваниваю мужу, и всё встает на свои места…
- У нас сегодня какой-то праздник? - беря с кровати комплект белья, спрашиваю у мужа.
- Праздник? Никакого. И раз уж ты увидела, какой комплект больше порождает фантазии, мысли и желания? -муж встает за моей спиной, поворачивает меня к кровати, и теперь мы оба смотрим на комплекты.
- Ода хороши. Только…
- Что?
- Только ты с размером ошибся. Мне это будет мало. Даже до родов было бы мало, - я посмеиваюсь, как бы стараясь намекнуть, что он переоценил мою стройность.
- А с чего ты взяла, что я ошибся с размером?
- Но, если не ошибся, тогда кому ты это купил? У тебя ведь есть только одна жена, и это я. Мы с тобой не в какой-нибудь там восточной стране, чтобы у тебя был целый гарем.
- Ангелина, эти комплекты белья я купил любовнице.
- Нет. Я так не смогу. Ты меня предал, и мы уйдем с Лизой, освободим тебе место для той, которая смирится с такой жизнью. Но я мириться с подобным не готова.
Вот только судьба решила показать мне свое скверное чувство юмора.
- Праздник? Никакого. И раз уж ты увидела, какой комплект больше порождает фантазии, мысли и желания? -муж встает за моей спиной, поворачивает меня к кровати, и теперь мы оба смотрим на комплекты.
- Ода хороши. Только…
- Что?
- Только ты с размером ошибся. Мне это будет мало. Даже до родов было бы мало, - я посмеиваюсь, как бы стараясь намекнуть, что он переоценил мою стройность.
- А с чего ты взяла, что я ошибся с размером?
- Но, если не ошибся, тогда кому ты это купил? У тебя ведь есть только одна жена, и это я. Мы с тобой не в какой-нибудь там восточной стране, чтобы у тебя был целый гарем.
- Ангелина, эти комплекты белья я купил любовнице.
- Нет. Я так не смогу. Ты меня предал, и мы уйдем с Лизой, освободим тебе место для той, которая смирится с такой жизнью. Но я мириться с подобным не готова.
Вот только судьба решила показать мне свое скверное чувство юмора.
Подборка романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги