Эмоциональные романы о неверности читать онлайн
Я возвращаюсь с ночной смены, а через двадцать минут — раздается звонок в дверь. Муж вернётся из командировки только завтра.
На пороге стоит девушка — молодая и красивая. Она жуёт жвачку, причмокивает и говорит:
— Оставьте его в покое, женщина.
Я растерянно моргаю.
— Кого?
— Андрея. — Она выдувает розовый пузырь, и он лопается с мокрым щелчком прямо у моего лица. — Вы мешаете нашему счастью.
— Вы… любовница Андрея?
Она хохочет на весь подъезд.
— Вы что, совсем с ума сошли? Фу! Ну и фантазия у вас!
Она наклоняется ко мне почти вплотную:
— Я его внебрачная дочь, — говорит она, глядя мне прямо в глаза. — Старшая, между прочим.
Муж приезжает из «командировки» и не скрывает:
— Ну да, ты одна не справлялась. А две женщины — как раз. Меня такой расклад полностью устраивает. Поэтому ты останешься и никакого развода не будет.
На пороге стоит девушка — молодая и красивая. Она жуёт жвачку, причмокивает и говорит:
— Оставьте его в покое, женщина.
Я растерянно моргаю.
— Кого?
— Андрея. — Она выдувает розовый пузырь, и он лопается с мокрым щелчком прямо у моего лица. — Вы мешаете нашему счастью.
— Вы… любовница Андрея?
Она хохочет на весь подъезд.
— Вы что, совсем с ума сошли? Фу! Ну и фантазия у вас!
Она наклоняется ко мне почти вплотную:
— Я его внебрачная дочь, — говорит она, глядя мне прямо в глаза. — Старшая, между прочим.
Муж приезжает из «командировки» и не скрывает:
— Ну да, ты одна не справлялась. А две женщины — как раз. Меня такой расклад полностью устраивает. Поэтому ты останешься и никакого развода не будет.
Смотрю на часы - четырнадцать десять. Думаю, что приготовить на стол.
Оливье или столичный?
Гриша любит с колбасой, дети - с курицей. Может, два сразу?
Может, пирог?
Ведь сегодня не только мой день рождения.
Сегодня - наша годовщина. Сорок лет. Ровно сорок.
Я опускаю глаза на телефон. На экране загорается сообщение.
«Любимый».
Открываю.
И замираю.
Вся моя жизнь рушится за пару секунд.
Я даже представить не могу, как вечером моя жизнь изменится навсегда…
***
- Алло! - рявкаю. - Что надо?
- Ростов Григорий Олегович? - спокойный мужской голос на том конце.
- Да. Чего нужно? - рычу.
- Ростова Лидия Михайловна - ваша жена?
Что-то внутри сжимается.
- Да. И что?
- Так вот, она...
Он говорит. И его слова превращаются в нечто вязкое. Я слышу отдельные слова, и не слышу ни одного.
Из кухни - смех детей. Стук ножа. Запах колбасы.
- Нет, - выдавливаю из себя. - Не может быть...
Оливье или столичный?
Гриша любит с колбасой, дети - с курицей. Может, два сразу?
Может, пирог?
Ведь сегодня не только мой день рождения.
Сегодня - наша годовщина. Сорок лет. Ровно сорок.
Я опускаю глаза на телефон. На экране загорается сообщение.
«Любимый».
Открываю.
И замираю.
Вся моя жизнь рушится за пару секунд.
Я даже представить не могу, как вечером моя жизнь изменится навсегда…
***
- Алло! - рявкаю. - Что надо?
- Ростов Григорий Олегович? - спокойный мужской голос на том конце.
- Да. Чего нужно? - рычу.
- Ростова Лидия Михайловна - ваша жена?
Что-то внутри сжимается.
- Да. И что?
- Так вот, она...
Он говорит. И его слова превращаются в нечто вязкое. Я слышу отдельные слова, и не слышу ни одного.
Из кухни - смех детей. Стук ножа. Запах колбасы.
- Нет, - выдавливаю из себя. - Не может быть...
— У меня к вам разговор… — женщина делает паузу. — Личного характера.
— Личного? — я выпрямляюсь, не понимая, что у нас с ней может быть личного. — Слушаю.
— Вы, видимо, не в курсе, Валерия… но почти двадцать лет мы с вами делим одного мужчину.
— Вы, должно быть, ошиблись кабинетом. У нас с мужем…
— Прекрасный брак, я знаю, — перебивает Аида и резко переходит на “ты”. — Ты официальная жена. Трофейная русская девочка, умница-врач, которую он с гордостью выводит в свет. Но я его жена перед Аллахом. Мы прочитали никах за неделю до вашей свадьбы.
Почти двадцать лет брака, взрослая дочь, и я узнаю, что у мужа другая жена. Там, куда он ездит по бизнесу, на самом деле у него еще одна семья.
— Личного? — я выпрямляюсь, не понимая, что у нас с ней может быть личного. — Слушаю.
— Вы, видимо, не в курсе, Валерия… но почти двадцать лет мы с вами делим одного мужчину.
— Вы, должно быть, ошиблись кабинетом. У нас с мужем…
— Прекрасный брак, я знаю, — перебивает Аида и резко переходит на “ты”. — Ты официальная жена. Трофейная русская девочка, умница-врач, которую он с гордостью выводит в свет. Но я его жена перед Аллахом. Мы прочитали никах за неделю до вашей свадьбы.
Почти двадцать лет брака, взрослая дочь, и я узнаю, что у мужа другая жена. Там, куда он ездит по бизнесу, на самом деле у него еще одна семья.
– Завтра мы идем в ЗАГС. Разводимся, – произносит он так, словно сообщает прогноз погоды на неделю.
– Что ты такое говоришь? Какой развод? Почему? – мой голос срывается на шепот.
Иван наконец смотрит мне в глаза, и я вижу там только холодный расчет.
– Всё очень просто, Наташа. Это бизнес-логика. Для слияния моей компании с холдингом Светланы всё должно быть оформлено идеально. Слияние произойдет только при условии нашего брака. Её отец поставил жесткое условие: огромная корпорация должна остаться внутри одной семьи.
– То есть ты... ты просто меня меняешь на компанию?
Иван раздраженно вздыхает.
– Не драматизируй. Я проявляю щедрость. Ты остаешься в этой квартире, я продолжаю тебя обеспечивать. Единственное условие – мы будем видеться раз в неделю. Я буду приходить к тебе для выполнения супружеского долга. Ты получаешь комфорт, я – бизнес.
– Что ты такое говоришь? Какой развод? Почему? – мой голос срывается на шепот.
Иван наконец смотрит мне в глаза, и я вижу там только холодный расчет.
– Всё очень просто, Наташа. Это бизнес-логика. Для слияния моей компании с холдингом Светланы всё должно быть оформлено идеально. Слияние произойдет только при условии нашего брака. Её отец поставил жесткое условие: огромная корпорация должна остаться внутри одной семьи.
– То есть ты... ты просто меня меняешь на компанию?
Иван раздраженно вздыхает.
– Не драматизируй. Я проявляю щедрость. Ты остаешься в этой квартире, я продолжаю тебя обеспечивать. Единственное условие – мы будем видеться раз в неделю. Я буду приходить к тебе для выполнения супружеского долга. Ты получаешь комфорт, я – бизнес.
🔥 ЗАВЕРШЕНО! 20 СЕНТЯБРЯ ПОВЫШЕНИЕ ЦЕНЫ ДО 159 РУБЛЕЙ! 🔥
Фотография.
Округлый гладкий беременный живот. Чужой. В пупке – пирсинг-капелька.
Листаю наверх.
Чтобы добить себя. Пропитаться болью. Увидеть всё и сразу, даже если лёгкие горят огнём.
«Нашему малышу 27 недель. Он пинается. Смотри».
И видео.
Тот же живот, который… двигается. Потому что там внутри – ребёнок.
А у меня – ничего.
Пустота.
Я читала переписку своего мужа-генерала с любовницей.
Он не стал отпираться.
– Я устал, Тась. От слёз. От твоего бесплодия. Я мужчина. Мне нужен наследник. Ты не выполнила поставленную перед тобой задачу.
– И ты, Ефим, изменяешь мне, потому что я не родила?!
– Да. Жена, которая не может родить – обуза.
Пятнадцать лет бесплодного брака. Беременная дочь друга семьи.
Мы с генералом развелись.
А потом я узнала, что беременна. Родила дочь.
Отомстила мужу.
Но через год после развода генерал видит меня с коляской…
Фотография.
Округлый гладкий беременный живот. Чужой. В пупке – пирсинг-капелька.
Листаю наверх.
Чтобы добить себя. Пропитаться болью. Увидеть всё и сразу, даже если лёгкие горят огнём.
«Нашему малышу 27 недель. Он пинается. Смотри».
И видео.
Тот же живот, который… двигается. Потому что там внутри – ребёнок.
А у меня – ничего.
Пустота.
Я читала переписку своего мужа-генерала с любовницей.
Он не стал отпираться.
– Я устал, Тась. От слёз. От твоего бесплодия. Я мужчина. Мне нужен наследник. Ты не выполнила поставленную перед тобой задачу.
– И ты, Ефим, изменяешь мне, потому что я не родила?!
– Да. Жена, которая не может родить – обуза.
Пятнадцать лет бесплодного брака. Беременная дочь друга семьи.
Мы с генералом развелись.
А потом я узнала, что беременна. Родила дочь.
Отомстила мужу.
Но через год после развода генерал видит меня с коляской…
🔥КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🔥 СКИДКА!
— Давай без сцен, Нин. Ты умная женщина. Один вопрос — один ответ. Потом закроем тему.
— Ты с ней спишь?
— Да.
— Как ты можешь так спокойно… — говорю шёпотом.
— Потому что ты спросила. Я не буду тебе врать.
— Не будешь? Пять месяцев, Глеб. Пять месяцев ты приходил от неё и ложился рядом со мной. Это — «не врать»?
— Я не врал о главном, — говорит он тише, жёстче. — Я полюбил другую. Ей тридцать один. Это не пройдёт.
— Сегодня наша серебряная свадьба. За стеклом сорок гостей. Твоя мать. Наши дети.
— Поэтому я говорю сейчас, а не после клятв. Я не буду стоять перед всеми и врать. Скажи им, что у меня давление. Я всё оплачу.
— Ресторан оплачен. Мной. — Я беру его за руку. — Тогда пойдём. Скажем это всем.
— Давай без сцен, Нин. Ты умная женщина. Один вопрос — один ответ. Потом закроем тему.
— Ты с ней спишь?
— Да.
— Как ты можешь так спокойно… — говорю шёпотом.
— Потому что ты спросила. Я не буду тебе врать.
— Не будешь? Пять месяцев, Глеб. Пять месяцев ты приходил от неё и ложился рядом со мной. Это — «не врать»?
— Я не врал о главном, — говорит он тише, жёстче. — Я полюбил другую. Ей тридцать один. Это не пройдёт.
— Сегодня наша серебряная свадьба. За стеклом сорок гостей. Твоя мать. Наши дети.
— Поэтому я говорю сейчас, а не после клятв. Я не буду стоять перед всеми и врать. Скажи им, что у меня давление. Я всё оплачу.
— Ресторан оплачен. Мной. — Я беру его за руку. — Тогда пойдём. Скажем это всем.
— Скажи, что я ошиблась. Скажи хоть что-нибудь.
Муж смотрит на меня ровно, почти бесстрастно.
— Алина, не начинай истерику.
— Я застала тебя с другой женщиной в твоём кабинете. И ты говоришь мне не начинать истерику?
— А что ты хочешь? Сцену? Ты в клинике. Возьми себя в руки.
— Ты мне изменяешь, пока я беременна.
— Не надо делать из этого больше, чем есть.
Меня будто бьют по лицу.
— Больше, чем есть?
— Да. Это не роман, не семья на стороне, не трагедия века. Это способ решить вопрос, который дома сейчас решён быть не может.
— Что?
— Врач тебе запретил близость. Или ты уже забыла? У тебя тяжёлая беременность, постоянная угроза, тонус, таблетки, запреты. Я не собираюсь рисковать ни тобой, ни ребёнком.
— Поэтому ты спишь с другой? — шепчу я.
— Поэтому я удовлетворяю свои потребности там, где это никому не вредит.
Муж смотрит на меня ровно, почти бесстрастно.
— Алина, не начинай истерику.
— Я застала тебя с другой женщиной в твоём кабинете. И ты говоришь мне не начинать истерику?
— А что ты хочешь? Сцену? Ты в клинике. Возьми себя в руки.
— Ты мне изменяешь, пока я беременна.
— Не надо делать из этого больше, чем есть.
Меня будто бьют по лицу.
— Больше, чем есть?
— Да. Это не роман, не семья на стороне, не трагедия века. Это способ решить вопрос, который дома сейчас решён быть не может.
— Что?
— Врач тебе запретил близость. Или ты уже забыла? У тебя тяжёлая беременность, постоянная угроза, тонус, таблетки, запреты. Я не собираюсь рисковать ни тобой, ни ребёнком.
— Поэтому ты спишь с другой? — шепчу я.
— Поэтому я удовлетворяю свои потребности там, где это никому не вредит.
Подборка эмоциональных романов о неверности
Выберите полку для книги