Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»
Не верю своим глазам!
Мой муж на ходу заправляет рубашку в брюки, приглаживает волосы и оглядывается по сторонам.
Следом появляется Катя, румяная и растрепанная. На губах размазанная помада, волосы всклокочены.
Я не слепая и не дура. Нет сомнений, чем эти двое занимались в уборной.
В моей голове воет сирена, но вокруг все остается прежним. Люди, музыка, смех.
На голову предателю не рухнул потолок, его не пронзило молнией, и вообще мир поразительно безразличен к моей трагедии.
Было бы приятно, если бы кто-нибудь хотя бы завопил что-то вроде: «Внимание! Здесь только что умер один брак! Просим всех сохранять спокойствие».
Ты заигрался, милый. И ты пожалеешь.
Мой муж на ходу заправляет рубашку в брюки, приглаживает волосы и оглядывается по сторонам.
Следом появляется Катя, румяная и растрепанная. На губах размазанная помада, волосы всклокочены.
Я не слепая и не дура. Нет сомнений, чем эти двое занимались в уборной.
В моей голове воет сирена, но вокруг все остается прежним. Люди, музыка, смех.
На голову предателю не рухнул потолок, его не пронзило молнией, и вообще мир поразительно безразличен к моей трагедии.
Было бы приятно, если бы кто-нибудь хотя бы завопил что-то вроде: «Внимание! Здесь только что умер один брак! Просим всех сохранять спокойствие».
Ты заигрался, милый. И ты пожалеешь.
- Я с тобой больше жить не могу. Мне с тобой рядом тошно! - заявил мне муж, собирая чемодан, чтобы уйти из дома после двадцати семи лет в браке.
Счастливом, как я, наивная, думала.
- А позавчера в ресторане тебя не тошнило, когда ты в любви мне при гостях объяснялся?
- Да, я скотина, ухожу от тебя через два дня после юбилея, который ты мне устроила. Но радуйся, что это я из дома ухожу, а не тебя выгоняю. Что я сюда не привел никого!
- А, что, уже есть, кого приводить, Вить?.. - с трудом выговорила я.
- Да, я ухожу к кому-то. Тебя устраивает такой ответ?!
Уходя, муж был уверен, что что после его ухода из моей жизни, она полностью разрушится, рассыплется в пыль.
Но он ошибся, и сам пожалеет о своем решении. Только будет поздно!
Счастливом, как я, наивная, думала.
- А позавчера в ресторане тебя не тошнило, когда ты в любви мне при гостях объяснялся?
- Да, я скотина, ухожу от тебя через два дня после юбилея, который ты мне устроила. Но радуйся, что это я из дома ухожу, а не тебя выгоняю. Что я сюда не привел никого!
- А, что, уже есть, кого приводить, Вить?.. - с трудом выговорила я.
- Да, я ухожу к кому-то. Тебя устраивает такой ответ?!
Уходя, муж был уверен, что что после его ухода из моей жизни, она полностью разрушится, рассыплется в пыль.
Но он ошибся, и сам пожалеет о своем решении. Только будет поздно!
На фоне яркого экрана появились силуэты двух опоздавших. Мужчина и девушка. Они быстро прошли по проходу, стараясь никому не мешать смотреть фильм.
Парочка села именно на те места, которые находились передо мной.
Я нахмурилась.
На экране мелькнул яркий кадр. Свет на мгновение осветил профиль мужчины. И в эту секунду сердце словно перестало биться.
Вася. Мой муж.
Он сидел прямо передо мной. Не на работе, как говорил, а в кинотеатре с какой-то девушкой.
Ещё секунда и они начали целоваться.
Я медленно наклонилась вперёд. Голос прозвучал тихо. Но отчётливо.
Каждое слово я произнесла спокойно, без истерики. Без крика. Без слёз.
– Бывает же... Пришла на комедию, а попала на низкопробную мелодраму.
Поцелуй оборвался мгновенно.
Парочка села именно на те места, которые находились передо мной.
Я нахмурилась.
На экране мелькнул яркий кадр. Свет на мгновение осветил профиль мужчины. И в эту секунду сердце словно перестало биться.
Вася. Мой муж.
Он сидел прямо передо мной. Не на работе, как говорил, а в кинотеатре с какой-то девушкой.
Ещё секунда и они начали целоваться.
Я медленно наклонилась вперёд. Голос прозвучал тихо. Но отчётливо.
Каждое слово я произнесла спокойно, без истерики. Без крика. Без слёз.
– Бывает же... Пришла на комедию, а попала на низкопробную мелодраму.
Поцелуй оборвался мгновенно.
В день, когда я увидела две полоски на тесте, мне впервые за три года показалось, что мой брак ещё можно спасти. Я хотела подарить мужу новость, ради которой готова была простить холод, унижения и молчание за завтраком. Но на его благотворительном вечере я поняла: в нашей семье уже давно есть место для другой женщины, а для меня приготовлена роль красивой, удобной и лишней жены. В ту ночь всё, во что я верила, треснуло так страшно, что вместе с любовью во мне умерла прежняя я. И если раньше я молила Артёма выбрать меня, то теперь мне придётся выбрать себя.
💥КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
💥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Ульяна, ты хоть понимаешь, что если ты подпишешь этот договор, ты останешься без штанов?! Мало того, ты будешь без крыши над головой. Он тебя просто выкинет из квартиры, как использованную вещь.
— Как так может быть? — шепчу я, и голос срывается на хрип. — Как он мог? Я же любила его. Я правда любила.
— Дура, — шепчет Лика, и в этом слове — и боль, и нежность, и ярость. — Они все такие. И всегда будут такими. Красиво разводятся лишь мосты.
Муж хочет развод, и он состоится, но на моих условиях.
Хочет разойтись красиво?!
Тогда пусть играет честно.
Хотя Лика права – красиво разводятся лишь мосты.
💥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Ульяна, ты хоть понимаешь, что если ты подпишешь этот договор, ты останешься без штанов?! Мало того, ты будешь без крыши над головой. Он тебя просто выкинет из квартиры, как использованную вещь.
— Как так может быть? — шепчу я, и голос срывается на хрип. — Как он мог? Я же любила его. Я правда любила.
— Дура, — шепчет Лика, и в этом слове — и боль, и нежность, и ярость. — Они все такие. И всегда будут такими. Красиво разводятся лишь мосты.
Муж хочет развод, и он состоится, но на моих условиях.
Хочет разойтись красиво?!
Тогда пусть играет честно.
Хотя Лика права – красиво разводятся лишь мосты.
— Ты должна выслушать меня прямо сейчас, — Макар попытался преградить мне путь к выходу из ресторана. Во взгляде дикая паника.
— Мои глаза видели достаточно грязных подробностей на экране, — я стянула обручальное кольцо. Десятилетие слепой женской покорности оборвалось в эту самую секунду.
— Конкуренты подставили меня ради победы на завтрашних торгах, — он продолжал искать жалкие оправдания своему поведению. Великий лидер напрочь отказывался брать ответственность за разрушенный брак.
— Твоя необузданная похоть выполнила за твоих врагов всю самую сложную работу.
Я бросила кольцо на стол с облегчением от принятого жесткого решения.
— Подумай о репутации холдинга перед иностранными инвесторами!
— Разгребай завалы своего рухнувшего королевства самостоятельно, — я развернулась спиной к поверженному тирану.
— Мои глаза видели достаточно грязных подробностей на экране, — я стянула обручальное кольцо. Десятилетие слепой женской покорности оборвалось в эту самую секунду.
— Конкуренты подставили меня ради победы на завтрашних торгах, — он продолжал искать жалкие оправдания своему поведению. Великий лидер напрочь отказывался брать ответственность за разрушенный брак.
— Твоя необузданная похоть выполнила за твоих врагов всю самую сложную работу.
Я бросила кольцо на стол с облегчением от принятого жесткого решения.
— Подумай о репутации холдинга перед иностранными инвесторами!
— Разгребай завалы своего рухнувшего королевства самостоятельно, — я развернулась спиной к поверженному тирану.
Я опускаю козырёк.
Я делаю это машинально — жест, который я повторяла тысячу раз.
Но сегодня я не успеваю достать помаду, потому что моя рука замирает на полпути к сумке. На маленьком зеркальце козырька — отпечаток. Чёткий, наглый, отпечаток чужих губ, и помада — ярко-красная, алая, вызывающая, такого оттенка нет ни в одной моей косметичке, потому что этот след — не мой.
Я закрываю козырёк. Медленно, спокойно, так, чтобы Костя не обернулся.
Весь вечер я играю роль – как будто ничего не произошло. Костя сидит на кухне, что-то смотрит в телефоне, пьёт чай
Маша засыпает в девять. Я закрываю дверь в детскую, иду на кухню, сажусь напротив Кости и говорю:
— Нам нужно поговорить.
— Кто ездил в нашей машине сегодня?
— Никто, — он пожимает плечами.
— Тогда объясни мне, пожалуйста, чья помада на козырьке.
— Какая помада? — он усмехается, но усмешка кривая, и она ему не идёт. — Ты о чём?
— Костя, — Кто она?
— Хорошо, — говорит он. — Я скажу правду.
— Но ты пожалеешь, что спросила.
Я делаю это машинально — жест, который я повторяла тысячу раз.
Но сегодня я не успеваю достать помаду, потому что моя рука замирает на полпути к сумке. На маленьком зеркальце козырька — отпечаток. Чёткий, наглый, отпечаток чужих губ, и помада — ярко-красная, алая, вызывающая, такого оттенка нет ни в одной моей косметичке, потому что этот след — не мой.
Я закрываю козырёк. Медленно, спокойно, так, чтобы Костя не обернулся.
Весь вечер я играю роль – как будто ничего не произошло. Костя сидит на кухне, что-то смотрит в телефоне, пьёт чай
Маша засыпает в девять. Я закрываю дверь в детскую, иду на кухню, сажусь напротив Кости и говорю:
— Нам нужно поговорить.
— Кто ездил в нашей машине сегодня?
— Никто, — он пожимает плечами.
— Тогда объясни мне, пожалуйста, чья помада на козырьке.
— Какая помада? — он усмехается, но усмешка кривая, и она ему не идёт. — Ты о чём?
— Костя, — Кто она?
— Хорошо, — говорит он. — Я скажу правду.
— Но ты пожалеешь, что спросила.
Но вместо такси мое внимание привлек знакомый темно-синий автомобиль. Сначала я даже не поверила своим глазам.
Сережина машина.
Я улыбнулась.
Первая мысль оказалась настолько естественной, что я даже не подвергла ее сомнению. Наверное, он решил сделать сюрприз.
Я почувствовала, как губы сами растянулись в улыбке. Муж умеет иногда приятно удивить.
Сережа вышел из машины, а я подняла руку, чтобы помахать ему.
И именно в эту секунду мимо меня почти бегом пронеслась девушка, которая несколько минут назад рассказывала в уборной про своего замечательного мужчину.
– Любимый, ты приехал!
В следующую секунду девушка буквально повисла у Сережи на шее, а потом они поцеловались.
Сережина машина.
Я улыбнулась.
Первая мысль оказалась настолько естественной, что я даже не подвергла ее сомнению. Наверное, он решил сделать сюрприз.
Я почувствовала, как губы сами растянулись в улыбке. Муж умеет иногда приятно удивить.
Сережа вышел из машины, а я подняла руку, чтобы помахать ему.
И именно в эту секунду мимо меня почти бегом пронеслась девушка, которая несколько минут назад рассказывала в уборной про своего замечательного мужчину.
– Любимый, ты приехал!
В следующую секунду девушка буквально повисла у Сережи на шее, а потом они поцеловались.
— Послушай, Оксана. Дай ему развод, хватит его мучить. Пожалей хотя бы ребенка, — чеканила любовница мужа.
— Что ты несешь? — я задохнулась от возмущения.
— Захар всё рассказал, — продолжала она. — То, что ты, наблюдаешься у психиатра. А твой сын тебя боится…Он терпит тебя из жалости, но у нас будет ребенок. Смирись, он давно не твой.
Внутри всё рухнуло. Пока Захар врал мне про «командировки» и завалы на работе, он строил другую жизнь на чудовищной лжи о моей вменяемости. А ведь еще вчера он спал со мной в нашей постели!
— Ты понимаешь, что он лжет? — мой голос сорвался на крик. — Какая психушка? Он живет со мной! Он придумал этот бред для тебя, дура!
— Хватит истерик, — отрезала она. — Захар предупреждал, что ты манипулируешь здоровьем и держишь его в заложниках. Мне жаль тебя, но я не лишу своего ребенка отца. Мы будем счастливы, Оксана. Этому быть. А ты иди лечись, с Богом…
— Что ты несешь? — я задохнулась от возмущения.
— Захар всё рассказал, — продолжала она. — То, что ты, наблюдаешься у психиатра. А твой сын тебя боится…Он терпит тебя из жалости, но у нас будет ребенок. Смирись, он давно не твой.
Внутри всё рухнуло. Пока Захар врал мне про «командировки» и завалы на работе, он строил другую жизнь на чудовищной лжи о моей вменяемости. А ведь еще вчера он спал со мной в нашей постели!
— Ты понимаешь, что он лжет? — мой голос сорвался на крик. — Какая психушка? Он живет со мной! Он придумал этот бред для тебя, дура!
— Хватит истерик, — отрезала она. — Захар предупреждал, что ты манипулируешь здоровьем и держишь его в заложниках. Мне жаль тебя, но я не лишу своего ребенка отца. Мы будем счастливы, Оксана. Этому быть. А ты иди лечись, с Богом…
— Я от тебя ухожу, Наташа.
— В смысле... уходишь?
— В прямом. Я больше не хочу жить так, как мы живем.
— А как мы живем? — медленно спрашиваю я. — Может, ты сейчас просто очень деликатно называешь этим словом то, что уже нашел себе молодую замену?
— Вот видишь. Ты и сама все понимаешь.
— То есть я правильно понимаю, — говорю я очень ровно, — что я прихожу к тебе и говорю, что у меня подозрение на опухоль, а ты в ответ сообщаешь, что уходишь к молодой любовнице?
— Во-первых, не нужно ставить диагнозы раньше времени.
— Спасибо, — киваю я. — Потрясающий совет от врача.
— Во-вторых, не нужно использовать это как аргумент.
— Использовать... что?
— Свою болезнь. Если она вообще подтвердится, или, может, ты это выдумала, чтобы я проявлял к тебе больше заботы.
— Господи, Костя... — говорю я. — А ты всегда был таким мерзавцем, или это у вас с молоденькими стажерками побочный эффект?
— Не переходи на оскорбления.
— В смысле... уходишь?
— В прямом. Я больше не хочу жить так, как мы живем.
— А как мы живем? — медленно спрашиваю я. — Может, ты сейчас просто очень деликатно называешь этим словом то, что уже нашел себе молодую замену?
— Вот видишь. Ты и сама все понимаешь.
— То есть я правильно понимаю, — говорю я очень ровно, — что я прихожу к тебе и говорю, что у меня подозрение на опухоль, а ты в ответ сообщаешь, что уходишь к молодой любовнице?
— Во-первых, не нужно ставить диагнозы раньше времени.
— Спасибо, — киваю я. — Потрясающий совет от врача.
— Во-вторых, не нужно использовать это как аргумент.
— Использовать... что?
— Свою болезнь. Если она вообще подтвердится, или, может, ты это выдумала, чтобы я проявлял к тебе больше заботы.
— Господи, Костя... — говорю я. — А ты всегда был таким мерзавцем, или это у вас с молоденькими стажерками побочный эффект?
— Не переходи на оскорбления.
Подборка романов о неверности
Выберите полку для книги