Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»

— Максим, ну ты даёшь. Четыре месяца уже, серьёзно?
Я замерла с чашкой на полпути ко рту.
Максим — имя моего мужа. И голос, произнёсший его, я узнала сразу. Илья. Коллега.
— Не смешно, Илья, — ответил второй голос. Спокойный, чуть усталый, бархатный. Голос Максима. — Я не планировал. Просто… так вышло.
— «Так вышло», — повторил Илья и растянул слова. — Ага. И что теперь?
Пауза. Шорох — как будто он поставил чашку. Максим, скорее всего, пил свой американо без сахара. Эта мелочь ударила особенно мерзко: слишком знакомое, слишком домашнее.
— Не знаю, — сказал он тише. — Юля… она другая. Понимаешь? С ней легко. Никаких вопросов. Никаких претензий. Никакого напряжения.
Имя — короткое, чужое — будто царапнуло изнутри. Юля.

🔥🔥ФИНАЛ 7 ИЮЛЯ🔥🔥

– Таня! Поздравляю!
Лучшая подруга улыбается и ставит на стол тортик.
– Спасибо, – удивляюсь. – А с чем?
– Ну как же. Вы с Димой молодцы. Всё же решились на ЭКО.
– Что? – нож в сердце. – Какое ЭКО?
– Я видела Диму в отделении ЭКО. Он плакал от счастья. Я слышала, как он сказал:
– Наконец-то у меня будет ребёнок от любимой женщины.
Я его поздравляю. Вот только мы не делали ЭКО.
А вечером муж добивает:
– Я хочу, чтобы ты знала: у нас с Аллой будет двойня.
Рассыпаюсь. На осколки.
– Я тринадцать лет умоляла тебя о ребёнке! Ты говорил: надо встать на ноги. И прочую чепуху.
– Не драматизируй, – морщится.
– Я была беременна. Ты женился на мне. Зачем?
– Ну я же не козёл. Ты залетела. Я женился.
– Но ты остался, когда я потеряла нашего сына!
– Потому что если бы я тогда ушёл, а с тобой потом что-нибудь случилось, мне бы вечно тыкали в спину, какая я тварь! – бросает в сердцах. – А ты содержала дом, создавала мне имидж, воспитывала Кристинку. С тобой

Спальня в конце коридора. Я толкаю дверь.
Секунда – и я понимаю всё.
Их двое. В нашей постели. Леонид, мой муж, и женщина. Светловолосая. Она лежит рядом с моим мужем, и это так очевидно, так обыденно, так – будто они здесь у себя дома, а чужая здесь я.
Леонид просыпается – наверное, от звука двери. Поднимает голову. Видит меня.
Первые секунды – тишина.
А потом что-то внутри меня лопается.
Я не помню, как беру вазу. Не помню замаха. Помню только звук – оглушительный треск, когда фарфор встречается со стеной, и белые осколки летят по тёмному полу.
– Что ты делаешь?! – голос Леонида – резкий, злой, совсем не испуганный.
– Кто она?

- У нас сегодня какой-то праздник? - беря с кровати комплект белья, спрашиваю у мужа.
- Праздник? Никакого. И раз уж ты увидела, какой комплект больше порождает фантазии, мысли и желания? -муж встает за моей спиной, поворачивает меня к кровати, и теперь мы оба смотрим на комплекты.
- Ода хороши. Только…
- Что?
- Только ты с размером ошибся. Мне это будет мало. Даже до родов было бы мало, - я посмеиваюсь, как бы стараясь намекнуть, что он переоценил мою стройность.
- А с чего ты взяла, что я ошибся с размером?
- Но, если не ошибся, тогда кому ты это купил? У тебя ведь есть только одна жена, и это я. Мы с тобой не в какой-нибудь там восточной стране, чтобы у тебя был целый гарем.
- Ангелина, эти комплекты белья я купил любовнице.
- Нет. Я так не смогу. Ты меня предал, и мы уйдем с Лизой, освободим тебе место для той, которая смирится с такой жизнью. Но я мириться с подобным не готова.

Вот только судьба решила показать мне свое скверное чувство юмора.

Три дня в деревне... Константин, мой муж, сказал: «Съезди к родителям, расслабься наконец».
Возвращаюсь домой и в коридоре чувствую запах…
Не наш. Не мой, не Костин терпкий, к которому я привыкла настолько, что перестала замечать. Это что-то сладкое, приторное, с нотками ванили и каких-то цветов.
Я иду на кухню.
Два бокала. На столе, возле окна…
Я набираю номер Кости. Гудки. Один, второй, третий. Пожалуйста, не бери трубку. Пожалуйста, пусть всё это окажется глупым недоразумением.
– Надь! Привет! – голос бодрый, весёлый даже. – Как съездила?

— Я смотрю, тут мне не рады, — рычит муж. — Значит, поеду туда, где мне окажут самый тёплый приём.
— У адмирала? — шепчу, холодея.
— С адмиралом я всё уладил, — хмыкает Игорь. — А вот с дочкой его не успел.
Гнев меня ослепил, и я хлестнула Дрёмова по лицу.
Его крутая скула мгновенно вспыхнула алым.
— А ты в разлуке стала ревнивой, — тянет супруг. — И неблагодарной. Мало тебе того, что я тебя обеспечиваю? Ты ещё и внимание моё ни с кем не хочешь делить.
— Ты… подонок, Дрёмов. Циничный, жестокий подонок!
— Следи за своими словами, — усмешка сползает с его жёстких губ. — Иначе рискуешь потерять меня навсегда.

- ХЭ

Дверь в спальню была приоткрыта. Милена просто коснулась её ладонью, и дверь отошла.
В спальне были двое — ее муж и жгучая брюнетка.
Скомканные простыни, запах любви и вина — всё это ударило в нос, в глаза, в самую душу.
— Что происходит? — выдохнула Милена. Голос прозвучал сипло, чуждо, будто был не её.
Роман увидел её первым. На его лице промелькнула тень испуга. Он сел, нервным жестом провёл рукой по волосам и посмотрел на Милену с неприкрытой злобой.
— О, явилась — не запылилась, — процедил он сквозь зубы. — Света, не обращай внимания, я сейчас выставлю её за дверь.
В груди Милены что-то оборвалось. Она даже не сразу поняла смысл его слов.
— Роман… — голос её дрогнул, сорвался, она сделала шаг вперёд, всё ещё сжимая в руке тюльпаны. — Ты же должен быть на работе. Ты… ты написал мне, что будешь поздно!
— О, Господи, только не начинай! — он закатил глаза с отвращением. — Ты сама меня довела до этого. Я сколько раз говорил — мне тебя не хватает. И вот — я нашел тебе замену...

Наше семейное счастье рушится, как карточный домик, когда я застаю мужа со своей двоюродной сестрой, которой доверяла как себе.
Мой внутренний голос даже не кричит, а агонически хрипит, разрывая душу на части.
Двадцать пять лет брака, разрушенные иллюзии. А дальше что? Развод и точка?

***
- Как вы могли?!
Захлёбываюсь болью. Обида жрёт нервы.
- Что ты здесь делаешь? - Костя отвечает вопросом на вопрос, грубым, незнакомым мне тоном, словно я - непрошеный гость на его территории.
- Тебя только это сейчас волнует? Что я пришла и вам помешала?
- Давай без скандала, - холодно произносит мой муж.
- Скандала не будет, - говорю уверенно. Несмотря на дрожь в голосе, я не плачу, стараясь сохранить остатки гордости. - Я подаю на развод.

Десятая годовщина нашей с Димой свадьбы. Ресторан «Панорама». Серо-зелёные глаза блестят от счастья, от праздника, когда точно знаешь: всё правильно.
— Алинка! — Карина машет мне с противоположного конца стола. — Ты потрясающе выглядишь, и в голосе — странный надлом. Как будто это извинение.
— Ты тоже, — улыбаюсь я.
— Дорогие, — Дима поднимает бокал. — Десять лет назад я сделал лучшее в своей жизни. Я женился на прекрасной женщине. — Пауза. Взгляд на меня. — Алина, ты моя опора, моя гордость. За нас.
— За вас! — подхватывают гости.
Я смотрю на Диму и думаю: как же хорошо. Последние годы были трудными — пять лет ожидания ребёнка, но у нас ничего не получалось. А мы держимся.
— Я тоже хочу сказать, — произносит Карина. — За Диму! — говорит она и смотрит прямо на моего мужа. — Почему ты никому не говоришь, что скоро станешь папой? Поздравляю!
Он смотрит на Карину. Он знает, о чём она говорит.
— За нашу дружбу, — говорю я ровным голосом. Никто ничего не понял, кроме нас троих!

Мы с пятилетней дочерью стоим перед кабинетом, Уля тянется к ручке двери.
— Мам, почему папа не открывает?
Я перехватываю её руку на секунду позже.
Из кабинета стон, а Марк стоит спиной, застёгивая ремень. На кожаном диване управляющая его фитнес-клуба.
— Ты себя в зеркало видела? Заплыла жиром. Кому ты такая будешь нужна? — злится он.
Он выталкивает меня за дверь, я не успеваю убрать пальцы.
Хруст. Боль. Смотрю на него, но ему плевать.
— Не драматизируй, Лер. Мне нужна твоя лицензия, а если подашь на развод, я заберу Ульяну.
Дверь захлопывается.
Я стою в коридоре с распухшей кистью, прижатой к животу, и смотрю на дочь, которая ещё не поняла, что только что увидела.
Он думает, я сломаюсь.
Но он забыл: я врач, я знаю, как вправлять то, что кажется безнадёжным.
И начну с себя.
Без него.