Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»

Я нахожу его случайно. Просто хотела отнести пиджак в химчистку, который Андрей надевал в прошлую пятницу. Сунула руку в карман по привычке, бумажный прямоугольник. Тёплый, чуть помятый. Ресторан «Оливье». Пятница, 7 ноября. Столик на двоих.
Я стою посреди гардеробной и смотрю на него так долго, что буквы начинают двоиться. В прошлую пятницу Андрей написал мне в половине седьмого: «Задержусь. Совещание затянулось, не жди с ужином». Может, встретился с партнёром по работе, — говорю я себе. — Может, клиент позвал. Может, не хотел объяснять. Может...
Я гнала эти мысли. Говорила себе: ты слишком много работаешь, Вика. Ты устала. Ты ищешь проблему там, где её нет. У вас красивая жизнь. Красивый дом. Он любит тебя.
Любит? Я смотрю на чек. В абсолютной тишине нашей красивой спальни, принимаю решение — твёрдое, как фундамент нового дома.
Сначала — я всё узнаю. А потом — видно будет.

Я поднимаюсь на второй этаж и открываю дверь домой, но за ней ничего не слышно, хотя муж точно дома.
— Дима? — зову я.
Тишина.
Я иду по коридору. Дверь в спальню закрыта, поэтому открываю.
Они лежат на кровати.
Мой муж и моя сестра.
Дима на спине, простыня сбилась к ногам, а моя сестра рядом, в моей футболке.
Они смотрят на меня, глаза моего мужа бегают, а руки трясутся.
— Лина, прости, — говорит он.
Катя не спеша поднимается. Поправляет футболку. Даже не стыдится.
— Привет, — говорит она.
Я стою в дверях. Не могу шагнуть. Не могу дышать. Воздух кончился. В груди пустота.
— Давно? — спрашиваю я у Димы.
Он молчит. Смотрит в пол.
— Давно, — отвечает Катя. — Ты просто не замечала. И я беременна, Лина, — говорит она. — От него.
Беременна. Моя сестра беременна от моего мужа.
Я смотрю на ее живот, но он еще плоский.
— Знаешь что? — говорю я. — Я тоже беременна.

Полный текст 🌹

— Это потому что она моложе меня? Тебе захотелось молоденькую?
— Не унижайся, Полина.
— Это ты себя унизил предательством!
— Я бы предпочёл обойтись без сцен.
— Ты хотел второго ребёнка со мной. Говорил, что мечтаешь…
— Говорил. В прошедшем времени.
Муж уходит от нас с сыном. Без сожалений. Хлопок двери, как выстрел в сердце.
Я не буду плакать.
Но и не пущу обратно того, кто однажды ушёл. Даже если он будет умолять на коленях.

Я стою под ее дверью уже пять минут и звоню.
Дверь открывается не сразу. Голос из-за двери — с хрипотцой:
— Кто там?
— Курьер. Подпись нужна.
Она открывает и сразу меня узнает.
Секунда — и зрачки расширяются, рот приоткрывается.
Прямо посередине, где минуту назад лежали мой муж и она. Простыня сбита, на столике — бокал, ее заколка с блестками. Дешево. Вкуса нет.
— Сколько вы спите?
— Четыре месяца, — шепчет Ольга. — С августа.
Андрей в одних джинсах, волосы мокрые. Торс — тот самый, который я гладила четырнадцать лет. Я встаю с дивана, подхожу к нему вплотную.
— Ты врал за завтраком. Ты врал, когда я гладила тебе спину. Ты врал, когда Алиса спрашивала, когда папа вернется.
— Я не буду разводиться. Я люблю тебя, — заявляет муж, когда я ловлю его на измене.
Но это еще не самое страшное. Оказывается, моя 12-летняя дочь знала об измене отца.

Восемь лет я была идеальной, удобной женой, пока случайная встреча с Ферди не перевернула мою жизнь. Запретный роман закончился громким разводом, ненавистью свекрови и беременностью двойней, о которой он так и не узнал, поспешно улетев на родину.Спустя пять лет Ферди возвращается... и впервые видит своих детей, которые растут его точной копией. Но смогу ли я снова поверить мужчине, который однажды бесследно исчез?

Я никогда не думала, что моя жизнь может рухнуть из-за одной смс — но вот я стою посреди нашей кухни, держу в руках телефон Димы, и буквально чувствую, как пол уходит из-под ног.
Мы заказали суши на вечер, он сказал, что сохранил контакт у себя, вот и всё, никакого заговора, никакого предчувствия, ничего такого, о чём пишут в женских журналах под рубрикой «Знаки, которые вы проигнорировали». Экран разблокирован — Дима никогда не ставил пароль, — и прямо поверх иконок приложений горит уведомление: «Скучаю, любимый. Встретимся вечером?»
Я перечитываю несколько раз, потому что какая-то идиотская часть меня всё ещё ищет лазейку: может, это спам, может, какая-то рассылка, может, это его сестра Катя, у неё всегда были странные шутки. Но нет — имя в строке отправителя значится просто «Лена».

Виктор рассмеялся. Этот смех резанул меня по живому хуже ножа.
— Аня — это просто удобная привычка. Скучная, пресная, вечно в каких-то бесформенных свитерах со своими градусниками. Инвесторам нужен примерный семьянин для сделки. Если я сейчас устрою скандальный развод, всё может сорваться. А как только деньги упадут на счет — я подаю на развод.
— А как же бизнес? Вдруг она потребует долю за свои рецепты?
— Пусть требует, — Виктор налил себе воды в стакан. — Брачный контракт я составил так, что при разводе она уходит с пустыми руками. Квартира тоже на моей матери. Моя дорогая женушка соберет свои свитера в пакетик и отправится обратно в деревню.
Мир вокруг меня пошатнулся. Стены коридора поплыли. Человек, которому я отдала свою молодость, свое здоровье и свою любовь, прямо сейчас методично рассчитывал, как вышвырнуть меня на помойку.
Боль, разрывающая грудную клетку, внезапно трансформировалась в холодную, пульсирующую ярость.

— Я ухожу, — говорит Николай.
— Куда уходишь? — переспрашиваю я. Слова рассыпаются во рту, как мел.
— От тебя. Совсем. Я так больше не могу, Таня.
— Почему? — спрашиваю я. Голос чужой. Тонкий и хрупкий, будто не мой.
— Я не могу объяснить, Тань. Не сейчас. Просто... так будет лучше. Для нас обоих.
— Для нас обоих? — повторяю медленно. — Или для тебя?
— Часть своих вещей я уже забрал, пока ты была на работе. Ключи оставлю на тумбочке.
Он проходит мимо. Я слышу, как он снимает куртку с вешалки. Как щёлкает замок.
Как закрывается дверь.
Тихо. Аккуратно. Без хлопка.
Я сижу на кухне одна. И только сейчас я понимаю: он не ответил. Ни на один мой вопрос. Ни «почему». Ни «что случилось».
***
Мой муж не просто ушел от меня, от детей. Он не только ушел из нашей жизни, он буквально исчез из города. Я думала, что хуже уже и быть не может, но один звонок в дверь перевернул мою жизнь ещё раз...

Я стою под дверью квартиры номер пятнадцать. Из-за старой обшитой дерматином двери доносится смех моей дочери — молодой, до боли знакомый.
— Ваня, ну хватит! Ты меня сейчас уронишь!
— Не уроню. Ты легкая, как перышко.
Я нажимаю звонок. Голос Люды звучит настороженно:
— Кто там?
— Доставка суши, — отвечаю я ровно. — Ваш заказ, квартира пятнадцать. Распишитесь, пожалуйста.
Дверь открывается. На пороге — дочь. На ней короткий шелковый халатик — тот самый, который я подарила ей на восемнадцатилетие, и который теперь кажется мне насмешкой. На шее золотой кулон. Она бледнеет, глаза расширяются.
Из глубины выходит Ваня — ее отчим и мой муж, бледный, на ходу застегивает рубашку. Я обвожу взглядом эту убогую квартиру, скомканную постель, разбитую чашку.
— Мама?.. Ты?.. Как ты здесь?..
Я поднимаю руку. Ладонь звонко впечатывается в щеку. Люда отшатывается назад, хватаясь за дверной косяк, и ее глаза наполняются слезами.
— Как ты могла? Ты же моя дочь!

– Я представляю, что у моего мужа есть ребенок от моей лучшей подруги. Попробуй уточнить.
– Не язви.
– А как мне говорить? Спокойно? Деловым тоном? Как при оформлении доставки дивана?
Он поморщился.
– Это не началось как заговор против тебя.
– Как мило.
– Света была одна. Ей было плохо. Она очень хотела ребенка. Нормального ребенка от нормального мужчины, а не от случайного курортного ухажера, который потом исчезнет из ее жизни и неизвестно какие болячки передаст ребенку по наследству.
– И ты решил помочь.
– Я не планировал.
– Но поучаствовал.
Он резко выдохнул.
– Я помогал, Марина. Да. Помогал деньгами, врачами, ремонтом, машиной. Ребенок ни в чем не виноват.
– А я виновата?
Роман сразу закрылся. Я увидела это по его лицу.
– Не надо так.
– Как?
– Выставлять все так, будто я специально хотел тебя унизить.
– А что ты хотел?
– Сохранить нормальную жизнь.
– Для кого?
– Для всех.