Подборка книг по тегу: "двойняшки"
— ОВЭЦ, — недоуменно произносит босс. — Что?
Мой сын стоит рядом с его машиной и старательно водит пальцем по пыли, перемешанной с мокрым снегом.
— А нечего было нашу маму овцой называть! Сам ты… овэц!
— Во-первых, не овэц, а баран, — поправляю и тут же натыкаюсь на возмущенный взгляд босса. —А во-вторых, никто не называл меня овцой, ты что?
— А вот и называл! — грозно топает ногой и обвинительно машет пальцем в сторону мужчины. — Он по телефону сказал, что его машину какая-то овца задела!
— Наша мамочка не овца, — тоненько пищит дочь.
Я думала, что после того, что учудили мои дети, Богдан Лейтес точно меня уволит, но вместо этого он попросил нас сыграть роль его семьи.
— Если, конечно, их настоящий папа не против…
— Не против, — заверяю поспешно. Мне нужна эта работа. А папа… — Папы у них нет.
Мой сын стоит рядом с его машиной и старательно водит пальцем по пыли, перемешанной с мокрым снегом.
— А нечего было нашу маму овцой называть! Сам ты… овэц!
— Во-первых, не овэц, а баран, — поправляю и тут же натыкаюсь на возмущенный взгляд босса. —А во-вторых, никто не называл меня овцой, ты что?
— А вот и называл! — грозно топает ногой и обвинительно машет пальцем в сторону мужчины. — Он по телефону сказал, что его машину какая-то овца задела!
— Наша мамочка не овца, — тоненько пищит дочь.
Я думала, что после того, что учудили мои дети, Богдан Лейтес точно меня уволит, но вместо этого он попросил нас сыграть роль его семьи.
— Если, конечно, их настоящий папа не против…
— Не против, — заверяю поспешно. Мне нужна эта работа. А папа… — Папы у них нет.
- Я хочу предложить тебе сделку, Маша! - Марк коршуном нависает надо мной. - Мне нужна жена, чтобы детей оставили со мной. Тебе крупная сумма на ЭКО.
- Ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж?! – Отшатываюсь от него.
- Фиктивно!!!
Сначала мой нелюдимый сосед затопил меня. Потом заманил в свою квартиру и уговорил поработать няней. После и вовсе позвал замуж.
- Нет! - мотаю головой.
Я не верю мужчинам больше, в прошлом мне было слишком больно. Все, чего я хочу, это родить малыша для себя и заботиться о нем!
- И что?! – он склоняется ниже, пронзая ледяным взглядом. - Позволишь отобрать моих мальчиков и засунуть их в детдом?!
- Ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж?! – Отшатываюсь от него.
- Фиктивно!!!
Сначала мой нелюдимый сосед затопил меня. Потом заманил в свою квартиру и уговорил поработать няней. После и вовсе позвал замуж.
- Нет! - мотаю головой.
Я не верю мужчинам больше, в прошлом мне было слишком больно. Все, чего я хочу, это родить малыша для себя и заботиться о нем!
- И что?! – он склоняется ниже, пронзая ледяным взглядом. - Позволишь отобрать моих мальчиков и засунуть их в детдом?!
— Мама, папа должен жить с нами! — безапелляционно заявляет малышка, уперев руки в бока.
— Да! — поддакивает ей брат, — будет читать нам сказки перед сном, а утром готовить завтрак.
Тоня явно не ожидала такого заявления от детей. Растерянно смотрит на меня. Думает, я откажу?
Напрасно .
— Согласен с вами. Вы сегодня же переедете ко мне.
***
Моей безмятежной жизни пришёл конец, когда ко мне в кабинет ворвались два мелких коллектора. Они требуют вернуть им долг: шесть лет жизни, в которые меня не было рядом. Ведь они утверждают, что я их отец!
— Да! — поддакивает ей брат, — будет читать нам сказки перед сном, а утром готовить завтрак.
Тоня явно не ожидала такого заявления от детей. Растерянно смотрит на меня. Думает, я откажу?
Напрасно .
— Согласен с вами. Вы сегодня же переедете ко мне.
***
Моей безмятежной жизни пришёл конец, когда ко мне в кабинет ворвались два мелких коллектора. Они требуют вернуть им долг: шесть лет жизни, в которые меня не было рядом. Ведь они утверждают, что я их отец!
— Нужная деталь будет через пару дней, — произносит бывший. — Как все поменяю, пригоню тебе машину.
— Вот бы и у нас был такой папа! — вдруг восклицает мой четырехлетний сын. — Мама, этот дядя может все починить, даже твою машину.
— Дядя, а как тебя зовут? — спрашивает дочь.
— Игорь, — отвечает бывший.
— Игорь? — хором восклицают дети. — И наш папа Игорь, но мы его никогда не видели..
— Арина? — Игорь резко меняется в лице, медленно переводя взгляд на меня. — Ты ничего не хочешь мне сказать?
Он выбрал службу, и наши отношения закончились. После его отъезда я узнала о беременности, но дети оказались ему не нужны, впрочем, как и я. Прошло пять лет, и мы снова встретились. У каждого своя жизнь, и он не должен знать о двойняшках. Вот только у моих детей другие планы.
— Вот бы и у нас был такой папа! — вдруг восклицает мой четырехлетний сын. — Мама, этот дядя может все починить, даже твою машину.
— Дядя, а как тебя зовут? — спрашивает дочь.
— Игорь, — отвечает бывший.
— Игорь? — хором восклицают дети. — И наш папа Игорь, но мы его никогда не видели..
— Арина? — Игорь резко меняется в лице, медленно переводя взгляд на меня. — Ты ничего не хочешь мне сказать?
Он выбрал службу, и наши отношения закончились. После его отъезда я узнала о беременности, но дети оказались ему не нужны, впрочем, как и я. Прошло пять лет, и мы снова встретились. У каждого своя жизнь, и он не должен знать о двойняшках. Вот только у моих детей другие планы.
— Вы превратились в снеговиков, — вытаскиваю из сугроба близнецов. — Как вас отличать?
Вглядываюсь в лица мальчишек и замечаю, что они очень сильно на меня похожи. Как будто смотрю на свои детские фотографии. На секунду вспыхивает шальная мысль. Но это невозможно. Они не могут быть моими сыновьями.
— Нас только мама не путает, — серьезно отвечает один из пацанов.
— Тогда ведите меня к ней, — стряхиваю с их шапок снег и веду в гостиницу. — Передам вас из рук в руки.
— Мама, — радостный крик разносится по фойе.
— Где?
— Вон. Прячется за колонной.
Приглядевшись, я замечаю девушку из прошлого, которую безумно любил. Но она предала меня, оставив огромную рану в сердце.
— Марина?
Удивление в ее глазах сменяется страхом. Не очень-то она рада меня видеть.
— Привет. Мальчишки, нам пора на ужин, — переводит взгляд на детей.
— Подожди, ты ничего не хочешь мне сказать?
Вглядываюсь в лица мальчишек и замечаю, что они очень сильно на меня похожи. Как будто смотрю на свои детские фотографии. На секунду вспыхивает шальная мысль. Но это невозможно. Они не могут быть моими сыновьями.
— Нас только мама не путает, — серьезно отвечает один из пацанов.
— Тогда ведите меня к ней, — стряхиваю с их шапок снег и веду в гостиницу. — Передам вас из рук в руки.
— Мама, — радостный крик разносится по фойе.
— Где?
— Вон. Прячется за колонной.
Приглядевшись, я замечаю девушку из прошлого, которую безумно любил. Но она предала меня, оставив огромную рану в сердце.
— Марина?
Удивление в ее глазах сменяется страхом. Не очень-то она рада меня видеть.
— Привет. Мальчишки, нам пора на ужин, — переводит взгляд на детей.
— Подожди, ты ничего не хочешь мне сказать?
Праздничный стол готов. Улыбаюсь, хочу обрадовать мужа. Слышу, как замок в дверях поворачивается. Только до слуха доходит хихиканье, женский вскрик, переходящий в стон:
- Я не дотерплю. Хочу, чтобы сейчас…
- Мила… - рыком и в голосе мужа похоть.
- Осторожнее… в моем положении надо мягче… я тебе сказать должна…
- Что сказать? – опять гортанный звук.
- У нас будет малыш, любимый…
Ноги слабнут, я пошатываюсь и случайно задеваю стеллаж, статуэтка падает и разбивается вдребезги.
- Как ты мог… - банальные слова слетают с губ.
А я перевожу взгляд с мужа своего на любовницу, застывшую рядом с ним, а она губы свои облизывает и победно на меня смотрит…
- Я не дотерплю. Хочу, чтобы сейчас…
- Мила… - рыком и в голосе мужа похоть.
- Осторожнее… в моем положении надо мягче… я тебе сказать должна…
- Что сказать? – опять гортанный звук.
- У нас будет малыш, любимый…
Ноги слабнут, я пошатываюсь и случайно задеваю стеллаж, статуэтка падает и разбивается вдребезги.
- Как ты мог… - банальные слова слетают с губ.
А я перевожу взгляд с мужа своего на любовницу, застывшую рядом с ним, а она губы свои облизывает и победно на меня смотрит…
— Ты предлагаешь подходить к незнакомым мужчинам, просить снимать штаны и демонстрировать ягодицы? — посмеиваюсь над Евой.
— Ну зачем сразу ягодицы? Можно попросить разуться.
— Дарья Сергеевна, вы чем тут занимаетесь? — раздаётся практически над ухом голос босса, и я резко оборачиваюсь.
Рука разжимается, и колба падает на лакированную туфлю Медведева.
— Кислота! — выкрикиваю я. — Быстрее разувайтесь!
Недолго думая, пересаживаюсь поближе к боссу и стаскиваю с его ноги туфлю вместе с носком.
Мой взгляд примагничивается к сросшимся среднему и указательному пальцам. Точно таким же, как у моих двойняшек.
Отказывалась разувать мужчин. И вот – разула.
Теперь в душе миллион вопросов. И главный — может ли мой босс быть отцом моих детей?
— Ну зачем сразу ягодицы? Можно попросить разуться.
— Дарья Сергеевна, вы чем тут занимаетесь? — раздаётся практически над ухом голос босса, и я резко оборачиваюсь.
Рука разжимается, и колба падает на лакированную туфлю Медведева.
— Кислота! — выкрикиваю я. — Быстрее разувайтесь!
Недолго думая, пересаживаюсь поближе к боссу и стаскиваю с его ноги туфлю вместе с носком.
Мой взгляд примагничивается к сросшимся среднему и указательному пальцам. Точно таким же, как у моих двойняшек.
Отказывалась разувать мужчин. И вот – разула.
Теперь в душе миллион вопросов. И главный — может ли мой босс быть отцом моих детей?
— Я тебя разлюбил, Лера. Мы расстаемся, — Кирилл невозмутимо поправляет галстук, стоя спиной ко мне.
— Что? – мне не хватает воздуха, – что ты сказал?
Кир поворачивается. Прокурорская форма на нем как влитая.
— Я сказал, что мы расстаемся, — спокойно повторяет, глядя мне в глаза.
В этот же день я узнаю, что беременна, но он не верит мне и вычеркивает из жизни. А спустя два года мы встречаемся вновь...
— Что? – мне не хватает воздуха, – что ты сказал?
Кир поворачивается. Прокурорская форма на нем как влитая.
— Я сказал, что мы расстаемся, — спокойно повторяет, глядя мне в глаза.
В этот же день я узнаю, что беременна, но он не верит мне и вычеркивает из жизни. А спустя два года мы встречаемся вновь...
Бегу в отдел кадров. Мне нужно уволиться, срочно!
Пробегаю мимо приоткрытой двери генерального директора и замираю, услышав:
— А ну-ка берррите ррручку! И подписывайте заявление мамы на отпуск! — звучит требовательный голос Артёма.
— Плидумали тоже, уже на моле спокойно съездить нельзя! Вы абьюзел! — возмущается Таня. — Даже не подумайте соплотивляться – вы на мушке.
А я чувствуя, как сердце подкатывает к горлу, заглядываю в кабинет босса.
Мой новый начальник стоит и широко распахнутыми глазами смотрит на моих детей. Сейчас они совсем не похожи на ангелочков, скорее на бандитов с большой дороги, пусть и мнят себя тайными агентами.
Прячусь назад, не представляю, как поступать в этой ситуации. Ведь, если я выйду из своего убежища, он меня наверняка узнает.
А потом может сопоставить их возраст с той единственной ночью, что мы провели вместе…
Пробегаю мимо приоткрытой двери генерального директора и замираю, услышав:
— А ну-ка берррите ррручку! И подписывайте заявление мамы на отпуск! — звучит требовательный голос Артёма.
— Плидумали тоже, уже на моле спокойно съездить нельзя! Вы абьюзел! — возмущается Таня. — Даже не подумайте соплотивляться – вы на мушке.
А я чувствуя, как сердце подкатывает к горлу, заглядываю в кабинет босса.
Мой новый начальник стоит и широко распахнутыми глазами смотрит на моих детей. Сейчас они совсем не похожи на ангелочков, скорее на бандитов с большой дороги, пусть и мнят себя тайными агентами.
Прячусь назад, не представляю, как поступать в этой ситуации. Ведь, если я выйду из своего убежища, он меня наверняка узнает.
А потом может сопоставить их возраст с той единственной ночью, что мы провели вместе…
Восемь лет я была идеальной, удобной женой, пока случайная встреча с Ферди не перевернула мою жизнь. Запретный роман закончился громким разводом, ненавистью свекрови и беременностью двойней, о которой он так и не узнал, поспешно улетев на родину.Спустя пять лет Ферди возвращается... и впервые видит своих детей, которые растут его точной копией. Но смогу ли я снова поверить мужчине, который однажды бесследно исчез?
Выберите полку для книги