Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
— Я разделась! – кричу из-за ширмы.
— Отлично! Может выйдешь?
Что я делаю?! Страх, стыд и любопытство смешались во мне в дурманящем коктейле. Делаю шаг, потом второй и выхожу. Рукой прикрываюсь. Тело покрывается гусиной кожей. Поднимаюсь на подиум, под свет разных ламп.
— Теперь опусти руки, дай себе расслабиться.
— Я…
— Не можешь? Тогда давай помогу.
Он берет свой свитер спереди и снимает его. Босые ноги, серые штаны, пояс которых спущен слишком низко. Мощные плечи, сильные руки, кубики пресса, доходящие до спрятанного внутрь пупка.
— Так лучше? – тихий шепот его губ, голубой океан глаз. Мне становится жарко.
— Да…
Глеб берет меня за руки и разводит их. Я послушна как пластилин.
— Мне нужны эмоции. Дашь их мне? – Он проводит одним пальцем вдоль ключицы. Меня бросает в дрожь, которая табуном мурашек несется по мне вниз.
— Да…
— Отлично! Может выйдешь?
Что я делаю?! Страх, стыд и любопытство смешались во мне в дурманящем коктейле. Делаю шаг, потом второй и выхожу. Рукой прикрываюсь. Тело покрывается гусиной кожей. Поднимаюсь на подиум, под свет разных ламп.
— Теперь опусти руки, дай себе расслабиться.
— Я…
— Не можешь? Тогда давай помогу.
Он берет свой свитер спереди и снимает его. Босые ноги, серые штаны, пояс которых спущен слишком низко. Мощные плечи, сильные руки, кубики пресса, доходящие до спрятанного внутрь пупка.
— Так лучше? – тихий шепот его губ, голубой океан глаз. Мне становится жарко.
— Да…
Глеб берет меня за руки и разводит их. Я послушна как пластилин.
— Мне нужны эмоции. Дашь их мне? – Он проводит одним пальцем вдоль ключицы. Меня бросает в дрожь, которая табуном мурашек несется по мне вниз.
— Да…
Уставшая от городской суеты и одиночества Алина отправляется в лесной соло-поход к глухому озеру — в поисках тишины и покоя. Но в первую же ночь у костра её находят четверо незнакомых рыбаков, и внезапная встреча превращается в бурное, дикое и откровенное приключение, которое переворачивает все представления героини о себе и своих желаниях.
– Выйдите немедленно! – кричу на отца своего жениха, прикрываясь халатиком.
– Не смей повышать на меня голос! – рявкает он.
Подходит ко мне, хватает за подбородок и заставляет посмотреть себе в глаза.
– Что вы делаете?! Я невеста вашего сына!
– Ты моя игрушка! И брачная ночь у тебя будет со мной! Это расплата за то, что ты сделала, кукла!
– Не смей повышать на меня голос! – рявкает он.
Подходит ко мне, хватает за подбородок и заставляет посмотреть себе в глаза.
– Что вы делаете?! Я невеста вашего сына!
– Ты моя игрушка! И брачная ночь у тебя будет со мной! Это расплата за то, что ты сделала, кукла!
— Вам очень идёт. Голубой — ваш цвет. И зонтик тоже. Знаете, на кого вы похожи?
— …
— На самовлюблённого павлина в дорогом пиджаке. Только мокрого.
Откуда мне было знать, что это новый владелец клуба? Увольнять он меня не стал. Сказал, что это слишком просто, и предложил сделку. Наглую, как и он сам.
Только правила в этой игре буду диктовать я.
— …
— На самовлюблённого павлина в дорогом пиджаке. Только мокрого.
Откуда мне было знать, что это новый владелец клуба? Увольнять он меня не стал. Сказал, что это слишком просто, и предложил сделку. Наглую, как и он сам.
Только правила в этой игре буду диктовать я.
– Куда мы летим? – спрашиваю отца своего жениха.
Этот властный мужчина сделал меня своей прямо в брачную ночь.
– В одно интересное место. Я покажу тебе свою комнату похоти, детка.
По спине ползут мурашки. Может быть еще больше похоти?
– Как вам не стыдно вести себя так с невестой своего сына.
– Замолчи! – прерывает меня взрослый и привлекательный дьявол. – Ты моя игрушка. И буду играть в тебя, пока мне это не надоест.
Этот властный мужчина сделал меня своей прямо в брачную ночь.
– В одно интересное место. Я покажу тебе свою комнату похоти, детка.
По спине ползут мурашки. Может быть еще больше похоти?
– Как вам не стыдно вести себя так с невестой своего сына.
– Замолчи! – прерывает меня взрослый и привлекательный дьявол. – Ты моя игрушка. И буду играть в тебя, пока мне это не надоест.
– Что вы делаете тут? – тяну край простыни выше. – Ваш сын сейчас придет.
Свекор только снисходительно улыбается и принимается расстегивать свою рубашку.
– Пришел провести брачную ночь.
Меня начинает трясти.
– Как вы смеет?!
– Я смею все в этой жизни, – проговаривает тихо и исключительно. – Будь послушной девочкой и делай, что тебе говорят.
Свекор только снисходительно улыбается и принимается расстегивать свою рубашку.
– Пришел провести брачную ночь.
Меня начинает трясти.
– Как вы смеет?!
– Я смею все в этой жизни, – проговаривает тихо и исключительно. – Будь послушной девочкой и делай, что тебе говорят.
Я сижу в машине своего свекра и чувство унижения бьет по мозгам, потому что смешивается с обволакивающим чувством удовлетворения...
Я смотрю на сильные руки мужчины, сжимающие руль, и понимаю, что готова на всё, лишь бы больше никогда не чувствовать себя той скучной, невидимой женой, которой я была еще сегодня утром.
Внутри меня больше нет стыда — только тёмное, голодное желание, которое они разбудили, и я принимаю его без остатка, потому что это единственное, что делает меня настоящей.
Я смотрю на сильные руки мужчины, сжимающие руль, и понимаю, что готова на всё, лишь бы больше никогда не чувствовать себя той скучной, невидимой женой, которой я была еще сегодня утром.
Внутри меня больше нет стыда — только тёмное, голодное желание, которое они разбудили, и я принимаю его без остатка, потому что это единственное, что делает меня настоящей.
— Я не знаю, чем отдавать вам… долг. — еле слышно прошептала я.
— Придумай,— тихо ответил Леонид Эдуардович, мой отчим. От его спокойной интонации, по спине пробежал холод. — Или мы придумаем за тебя сами.
Пальцы бывшего отчима Виктора Андреевича больно сжали мой подбородок и заставили поднять голову.
— Твоя мамаша кинула нас, — дыхнул табаком он мне в лицо, — И теперь ты отвечаешь за неё. Поняла?
— Придумай,— тихо ответил Леонид Эдуардович, мой отчим. От его спокойной интонации, по спине пробежал холод. — Или мы придумаем за тебя сами.
Пальцы бывшего отчима Виктора Андреевича больно сжали мой подбородок и заставили поднять голову.
— Твоя мамаша кинула нас, — дыхнул табаком он мне в лицо, — И теперь ты отвечаешь за неё. Поняла?
Идея с пари изначально была дурацкой, но я никогда не отступаю от вызова. Мой выбор — Василь, высокий, мощный и как оказалось жесткий.
План был прост: подкараулить его в бане и сделать «тот самый» кадр. Идеальная мишень для моего выигрыша.
Я почти победила. Только он оказался быстрее.
Его рука сжимает моё запястье, а в глазах читается хищный интерес.
– Шпионишь, мышка? – его шёпот страшнее любого крика. – Ну что ж… Раз начала игру, будь добра, играй до конца.
План был прост: подкараулить его в бане и сделать «тот самый» кадр. Идеальная мишень для моего выигрыша.
Я почти победила. Только он оказался быстрее.
Его рука сжимает моё запястье, а в глазах читается хищный интерес.
– Шпионишь, мышка? – его шёпот страшнее любого крика. – Ну что ж… Раз начала игру, будь добра, играй до конца.
Пока муж был в командировке, я гостила у его семьи на Кавказе. Его отец смотрел на меня так, что я забывала, кто я и кому принадлежу. А когда приехали братья мужа, я узнала, что значит быть женщиной в этом доме — и что назад дороги уже не будет.
Подборка жесткой эротики
Выберите полку для книги