Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
Экран телефона слишком яркий, бьет прямо в глаза.
– Юль, посмотри, – Света протягивает мне видео настойчиво. – Мне очень жаль, но ты должна знать.
На записи машина мужа. Алексей за рулем. Рядом блондинка. А сзади мальчик лет пяти.
– Папа, ну пожалуйста...
Папа.
Ребенок называет моего мужа папой.
– У него другая семья, – слова застревают в горле. – Все эти годы.
Рука инстинктивно ложится на живот. Там тест с двумя полосками, который собиралась подарить Алексею. Сюрприз. Романтический ужин. Слова “ты будешь папой”.
Семь лет вместе. Пять лет брака. Один тест на беременность. Его ложь.
И теперь он никогда не узнает, что у него есть ещё один ребёнок. Потому что я исчезну из его жизни.
– Юль, посмотри, – Света протягивает мне видео настойчиво. – Мне очень жаль, но ты должна знать.
На записи машина мужа. Алексей за рулем. Рядом блондинка. А сзади мальчик лет пяти.
– Папа, ну пожалуйста...
Папа.
Ребенок называет моего мужа папой.
– У него другая семья, – слова застревают в горле. – Все эти годы.
Рука инстинктивно ложится на живот. Там тест с двумя полосками, который собиралась подарить Алексею. Сюрприз. Романтический ужин. Слова “ты будешь папой”.
Семь лет вместе. Пять лет брака. Один тест на беременность. Его ложь.
И теперь он никогда не узнает, что у него есть ещё один ребёнок. Потому что я исчезну из его жизни.
– Генеральный скоро бросит свою бесплодную жёнушку! Она только и умеет, что борщи варить! За десять лет брака ни одного ребёнка не родила! Зато я залетела с первого раза, – секретарша моего мужа гладит плоский живот.
– Счастливая ты, Машка! Такого мужика смогла охомутать! Ради наследника Темников на всё согласится!
– Он пообещал мне, что его развод мы отпразднуем нашей свадьбой! Темников заберёт у своей клуши долю бизнеса и подарит её мне! Безбедную старость я себе, считай, обеспечила! – продолжаю подслушивать разговор сплетниц в офисе моего супруга и чувствую, как по щекам текут слёзы.
Хотела обрадовать мужа новостью о долгожданной беременности, но узнала о своём супруге чудовищную правду. Его любовница ждёт ребёнка, а сам он готовится к разводу. Мерзавец не захотел честно делить совместно нажитое имущество, поэтому решил избавиться от меня и нашего ещё неродившегося малыша.
– Счастливая ты, Машка! Такого мужика смогла охомутать! Ради наследника Темников на всё согласится!
– Он пообещал мне, что его развод мы отпразднуем нашей свадьбой! Темников заберёт у своей клуши долю бизнеса и подарит её мне! Безбедную старость я себе, считай, обеспечила! – продолжаю подслушивать разговор сплетниц в офисе моего супруга и чувствую, как по щекам текут слёзы.
Хотела обрадовать мужа новостью о долгожданной беременности, но узнала о своём супруге чудовищную правду. Его любовница ждёт ребёнка, а сам он готовится к разводу. Мерзавец не захотел честно делить совместно нажитое имущество, поэтому решил избавиться от меня и нашего ещё неродившегося малыша.
Последние несколько дней в пятизвездочном отеле превратились в какой-то странный сон. Сергей — мой муж, с которым мы прожили пять лет, был невыносим. Раздражительный, постоянно с телефоном в руках, он как будто находился где угодно, только не со мной.
Я подошла к двери номера. Голос Сергея. Он говорил по телефону. Тихо, но я слышала каждое слово через неплотно прикрытую дверь.
— Я не хотел ехать с ней на этот отдых, понимаешь? Но она настояла. — ...я так скучаю, милая. — Его голос был нежным, таким, каким он давно не говорил со мной. — Хочу обнять тебя, поцеловать каждый сантиметр твоего тела. Потерпи еще немного... — ...я скоро разведусь, переведу все активы, чтобы не делить с ней, — продолжал Сергей. — Брачный договор у нас есть, всё оформлено на меня. Так что проблем не будет... — ...и буду полностью принадлежать тебе. Только ты. И наш малыш...
В ушах зазвенело. Наш малыш. Наш малыш?!
И в этот момент я поняла — моя жизнь, какой я ее знала, только что рухнула!
Я подошла к двери номера. Голос Сергея. Он говорил по телефону. Тихо, но я слышала каждое слово через неплотно прикрытую дверь.
— Я не хотел ехать с ней на этот отдых, понимаешь? Но она настояла. — ...я так скучаю, милая. — Его голос был нежным, таким, каким он давно не говорил со мной. — Хочу обнять тебя, поцеловать каждый сантиметр твоего тела. Потерпи еще немного... — ...я скоро разведусь, переведу все активы, чтобы не делить с ней, — продолжал Сергей. — Брачный договор у нас есть, всё оформлено на меня. Так что проблем не будет... — ...и буду полностью принадлежать тебе. Только ты. И наш малыш...
В ушах зазвенело. Наш малыш. Наш малыш?!
И в этот момент я поняла — моя жизнь, какой я ее знала, только что рухнула!
– Олег? – зову я, и голос звучит странно, натянуто. – Ты дома?
Никакого ответа. Только музыка, дождь за окном и мое собственное дыхание, ставшее прерывистым.
Делаю шаг в сторону гостиной… и тут из ванной комнаты выходит она. В одном полотенце. Мокрые волосы, капельки воды на плечах, румянец на щеках. Она улыбается, глядя в сторону спальни, потом поворачивает голову – и наши глаза встречаются…
Марина.
Моя лучшая подруга. Женщина, с которой я знакома почти всю жизнь.
И тут из спальни, нашей с Олегом спальни, раздается его голос.
– Маринка, ну иди же уже скорей сюда, – смеется он. – Чего застряла? Кровать совсем остыла без тебя.
Я двигаюсь как в замедленной съемке. Открываю дверь в спальню.
Олег лежит на нашей кровати в одном белье, небрежно откинувшись на подушки.
Марина появляется в дверях спальни, теперь завернутая в халат. Мой халат.
– Вика, прости, – всхлипывает она. – Я не хотела... мы не планировали... это просто вышло…
Никакого ответа. Только музыка, дождь за окном и мое собственное дыхание, ставшее прерывистым.
Делаю шаг в сторону гостиной… и тут из ванной комнаты выходит она. В одном полотенце. Мокрые волосы, капельки воды на плечах, румянец на щеках. Она улыбается, глядя в сторону спальни, потом поворачивает голову – и наши глаза встречаются…
Марина.
Моя лучшая подруга. Женщина, с которой я знакома почти всю жизнь.
И тут из спальни, нашей с Олегом спальни, раздается его голос.
– Маринка, ну иди же уже скорей сюда, – смеется он. – Чего застряла? Кровать совсем остыла без тебя.
Я двигаюсь как в замедленной съемке. Открываю дверь в спальню.
Олег лежит на нашей кровати в одном белье, небрежно откинувшись на подушки.
Марина появляется в дверях спальни, теперь завернутая в халат. Мой халат.
– Вика, прости, – всхлипывает она. – Я не хотела... мы не планировали... это просто вышло…
- Пользуясь, случаем, хочу представить вам, мою будущую жену. Прошу любить и жаловать – Анастасия Михайловна, — веско сказал он.
Мой муж, нежно приобняв за талию, вытащил вперёд на всеобщее обозрение свою девку, гордо вывалившую немаленький беременный живот. И поцеловал её при всех в стыдливо алеющую щёчку. А затем приобнял бережно. При этом, не забывая зорко вглядываться в зал. Высматривая в звенящей тишине, кто посмеет что-либо сказать о его выходке.
А я стояла, словно примороженная к полу. И не могла вдохнуть воздух в разрывающиеся от боли лёгкие. И только тонкий звон всё громче звучал в моих ушах.
Что это? Что он придумал? Это шутка такая, да?
Пять лет назад я уехала из Москвы, махнув на все рукой. Униженная, с разбитым сердцем я собирала себя по крупинкам. И вот теперь, когда я научилась жить одна, мне придется вернуться. Свекор умер и сделал меня основной наследницей всего своего состояния.
Я вернусь и полюбуюсь, как сброшенные при разводе маски родственник
Мой муж, нежно приобняв за талию, вытащил вперёд на всеобщее обозрение свою девку, гордо вывалившую немаленький беременный живот. И поцеловал её при всех в стыдливо алеющую щёчку. А затем приобнял бережно. При этом, не забывая зорко вглядываться в зал. Высматривая в звенящей тишине, кто посмеет что-либо сказать о его выходке.
А я стояла, словно примороженная к полу. И не могла вдохнуть воздух в разрывающиеся от боли лёгкие. И только тонкий звон всё громче звучал в моих ушах.
Что это? Что он придумал? Это шутка такая, да?
Пять лет назад я уехала из Москвы, махнув на все рукой. Униженная, с разбитым сердцем я собирала себя по крупинкам. И вот теперь, когда я научилась жить одна, мне придется вернуться. Свекор умер и сделал меня основной наследницей всего своего состояния.
Я вернусь и полюбуюсь, как сброшенные при разводе маски родственник
Дверь в спальню приоткрыта. Из-за нее льется мягкий свет и доносятся звуки – негромкие голоса, смех, шорохи.
Дверь поддается от легкого касания моих пальцев. И мир останавливается.
Максим – мой муж, отец моего ребенка, мужчина, которого я любила пятнадцать лет – лежит в нашей постели. А рядом с ним женщина, которую я никогда раньше не видела. Молодая, с идеальной фигурой. Ее голова покоится на его груди, рука лежит на животе.
Они не замечают меня. Она что-то шепчет ему, и он смеется… Вокруг кровати – разбросанная одежда, на прикроватной тумбочке
– Милая, давай еще раз, у нас ведь все время мира, – говорит Максим, и его голос звучит расслабленно, интимно. Как будто они делали это уже много раз. Как будто они привыкли быть вместе. Здесь. В нашем доме. В нашей постели.
Я не выдерживаю и издаю звук – нечто среднее между вздохом и всхлипом. Максим резко поднимает голову, и наши взгляды встречаются.
– Елена, – произносит он ровным голосом. – Ты должна была быть в городе.
Дверь поддается от легкого касания моих пальцев. И мир останавливается.
Максим – мой муж, отец моего ребенка, мужчина, которого я любила пятнадцать лет – лежит в нашей постели. А рядом с ним женщина, которую я никогда раньше не видела. Молодая, с идеальной фигурой. Ее голова покоится на его груди, рука лежит на животе.
Они не замечают меня. Она что-то шепчет ему, и он смеется… Вокруг кровати – разбросанная одежда, на прикроватной тумбочке
– Милая, давай еще раз, у нас ведь все время мира, – говорит Максим, и его голос звучит расслабленно, интимно. Как будто они делали это уже много раз. Как будто они привыкли быть вместе. Здесь. В нашем доме. В нашей постели.
Я не выдерживаю и издаю звук – нечто среднее между вздохом и всхлипом. Максим резко поднимает голову, и наши взгляды встречаются.
– Елена, – произносит он ровным голосом. – Ты должна была быть в городе.
❤️– Закрой дверь! Не видишь, мы заняты?! Я хочу показать твоей подруге, как выглядят настоящие мужчины. – Вика противно захихикала, когда Кирилл, опустил руки к её бёдрам.
– Ты пьян, ты не понимаешь, что делаешь! Мы женаты уже 5 лет! Кирюша... — дрожа от шока проговорила я.
Он перебил меня, его голос перешёл на крик.
– Проваливай из моего дома, Анастасия! Я тебя бросаю! Бросаю, слышишь?! И даже не умоляй меня передумать, хоть ноги мне целуй!
– Да как ты можешь так говорить?! – слёзы всё-таки предательски хлынули, – Посмотри, я жду ребёнка!
– Ты – моя ошибка! – муж кричал. – Она в сто раз лучше тебя, всё при ней! А тебе тридцать! Ребёнка, я заберу, как только ты его выносишь.
Да, он может. Кирилл заберёт моего ребёнка. Ничто его не остановит…
Если только…
– Это не твой ребёнок… - тихо, но уверенно солгала я.
– Ты пьян, ты не понимаешь, что делаешь! Мы женаты уже 5 лет! Кирюша... — дрожа от шока проговорила я.
Он перебил меня, его голос перешёл на крик.
– Проваливай из моего дома, Анастасия! Я тебя бросаю! Бросаю, слышишь?! И даже не умоляй меня передумать, хоть ноги мне целуй!
– Да как ты можешь так говорить?! – слёзы всё-таки предательски хлынули, – Посмотри, я жду ребёнка!
– Ты – моя ошибка! – муж кричал. – Она в сто раз лучше тебя, всё при ней! А тебе тридцать! Ребёнка, я заберу, как только ты его выносишь.
Да, он может. Кирилл заберёт моего ребёнка. Ничто его не остановит…
Если только…
– Это не твой ребёнок… - тихо, но уверенно солгала я.
Особняк Регины – это что-то. Современная архитектура, много стекла, плоская крыша, идеальный газон. Я паркуюсь и выхожу из машины.
Входная дверь приоткрыта. Странно. Звоню, жду. Никто не отвечает. Захожу внутрь.
– Регина? Вы здесь?
Слышу звук. Откуда-то сверху. Приглушенный смех. Женский. Потом мужской голос – низкий, знакомый.
Ноги сами несут меня к лестнице. Широкие ступени из светлого дерева, перила из стекла и хромированной стали. Я поднимаюсь на второй этаж. Здесь коридор с несколькими дверями. Одна из них приоткрыта.
Иду туда. В груди всё сжимается, дышать тяжело. Толкаю дверь.
Спальня. Огромная. Кровать с серым бархатным изголовьем, прикроватные тумбы из мрамора, торшеры с позолоченными абажурами. Панорамные окна от пола до потолка, через которые виден весь сад.
На кровати – Регина.
И… мой муж.
Он поворачивает голову и видит меня. На лице застывает выражение, которое я не могу описать. Шок? Страх?
– Валерия, – говорит он, вставая с кровати. – Что ты тут делаешь?
Входная дверь приоткрыта. Странно. Звоню, жду. Никто не отвечает. Захожу внутрь.
– Регина? Вы здесь?
Слышу звук. Откуда-то сверху. Приглушенный смех. Женский. Потом мужской голос – низкий, знакомый.
Ноги сами несут меня к лестнице. Широкие ступени из светлого дерева, перила из стекла и хромированной стали. Я поднимаюсь на второй этаж. Здесь коридор с несколькими дверями. Одна из них приоткрыта.
Иду туда. В груди всё сжимается, дышать тяжело. Толкаю дверь.
Спальня. Огромная. Кровать с серым бархатным изголовьем, прикроватные тумбы из мрамора, торшеры с позолоченными абажурами. Панорамные окна от пола до потолка, через которые виден весь сад.
На кровати – Регина.
И… мой муж.
Он поворачивает голову и видит меня. На лице застывает выражение, которое я не могу описать. Шок? Страх?
– Валерия, – говорит он, вставая с кровати. – Что ты тут делаешь?
— А на что у тебя есть время?! — кричу я. — На работу? А на нас? На дочь? А я что ей скажу? Что у папы опять «срочная сделка»?!
Виктор не двигается. Стоит и смотрит на меня с ледяным, невозмутимым спокойствием, от которого кровь стынет в жилах. Мне хочется швырнуть в него чем-то тяжелым, разбить эту ужасную, мертвую маску.
— Хорошо. Хочешь правду? — он говорит медленно, отчеканивая каждое слово, вбивая его мне в сознание. — Да, ты мне надоела. Надоели твои вечные упреки и это нытье. Надоело это вечное «ты нам не уделяешь внимания».
У меня перехватывает дыхание. Сердце колотится в висках, оглушая.
Это сон. Кошмар.
— И да, — он добивает. — У меня есть другая. Которая не достает меня по пустякам. Усвоила?
Виктор не двигается. Стоит и смотрит на меня с ледяным, невозмутимым спокойствием, от которого кровь стынет в жилах. Мне хочется швырнуть в него чем-то тяжелым, разбить эту ужасную, мертвую маску.
— Хорошо. Хочешь правду? — он говорит медленно, отчеканивая каждое слово, вбивая его мне в сознание. — Да, ты мне надоела. Надоели твои вечные упреки и это нытье. Надоело это вечное «ты нам не уделяешь внимания».
У меня перехватывает дыхание. Сердце колотится в висках, оглушая.
Это сон. Кошмар.
— И да, — он добивает. — У меня есть другая. Которая не достает меня по пустякам. Усвоила?
- Мам, ты не должна туда идти. Поехали со мной. У меня к тебе важный разговор.
Не понимаю, почему он не дает мне пройти.
- Захар, тебе известно, что твой отец изменяет?
Молчит, как партизан, но не позволяет обойти.
Перевожу взгляд на здание и через панорамное окно вижу, что внутри происходит.
Мой муж… Мой любимый… С блондинкой, которая повисла на его шее и расцеловывает его щеки.
- Кто тебя просил?! – обреченно произносит сын и хватается за голову. – Почему не сиделось дома?
Мало того, что муж изменил, так еще и ребенок предал…
Моя семья разрушена. Подаю на развод и не сообщаю мужу важную новость.
***
А спустя время он возвращается и заявляет:
- Я вернулся. Начнем все сначала. Вместе. Ты должна проявить мудрость, и создать комфортные условия… Для нас троих. Уверен, что у тебя получится.
Не понимаю, почему он не дает мне пройти.
- Захар, тебе известно, что твой отец изменяет?
Молчит, как партизан, но не позволяет обойти.
Перевожу взгляд на здание и через панорамное окно вижу, что внутри происходит.
Мой муж… Мой любимый… С блондинкой, которая повисла на его шее и расцеловывает его щеки.
- Кто тебя просил?! – обреченно произносит сын и хватается за голову. – Почему не сиделось дома?
Мало того, что муж изменил, так еще и ребенок предал…
Моя семья разрушена. Подаю на развод и не сообщаю мужу важную новость.
***
А спустя время он возвращается и заявляет:
- Я вернулся. Начнем все сначала. Вместе. Ты должна проявить мудрость, и создать комфортные условия… Для нас троих. Уверен, что у тебя получится.
Подборка женских романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги