Книги в жанре «Романы о молодых героях» по тегу «besplatnie»
Слепо смотрю на конверт с баснословной суммой денег в нём и чувствую, что не могу сделать вдох.
- Вторую часть в таком же размере получишь, когда избавишься от ребёнка и предоставишь мне доказательства.
Голос матери любимого мужчины звучит так, будто она говорит о чём‑то обыденном и совсем не важном. Вот только я всё равно не могу поверить в происходящее. Не могу подавить в себе глупую надежду со слепой верой в человека, которому подарила всю себя. Не могу наивно не спросить:
- Тамерлан… Знает, что вы мне предлагаете сейчас?
Женщина, сидящая напротив, холодно усмехается, и мой мир рассыпается на части, когда она отвечает.
- А ты думаешь, по чьей воле я здесь? Слово и желание сына для меня - закон.
- Вторую часть в таком же размере получишь, когда избавишься от ребёнка и предоставишь мне доказательства.
Голос матери любимого мужчины звучит так, будто она говорит о чём‑то обыденном и совсем не важном. Вот только я всё равно не могу поверить в происходящее. Не могу подавить в себе глупую надежду со слепой верой в человека, которому подарила всю себя. Не могу наивно не спросить:
- Тамерлан… Знает, что вы мне предлагаете сейчас?
Женщина, сидящая напротив, холодно усмехается, и мой мир рассыпается на части, когда она отвечает.
- А ты думаешь, по чьей воле я здесь? Слово и желание сына для меня - закон.
— Вот… — тянет мне смартфон. — Смотри. Даже историю скинул. Никогда так не делал… А если у них все серьезно, Вась? — взгляд подруги становится безумным.
У меня мурашки высыпаются из своих укрытий и нагло заселяют кожу. Бр-р-р!
— И? Лёль, вот зачем ты так убиваешься? Скинул всевышний с тебя блоху, так радуйся.
— Вася-я-я… — заливается плачем повторно, размазывает тушь по щекам, уродуя себя ещё больше. — Саша не блоха. Он…. Он…
— Козёл. Мудак. Бабник.
***
И мне «посчастливилось» с ним связаться по глупости и из-за повышенного чувства справедливости. Кто же знал, что Кот так сладко мурлычет, и у меня нет шансов устоять?!
У меня мурашки высыпаются из своих укрытий и нагло заселяют кожу. Бр-р-р!
— И? Лёль, вот зачем ты так убиваешься? Скинул всевышний с тебя блоху, так радуйся.
— Вася-я-я… — заливается плачем повторно, размазывает тушь по щекам, уродуя себя ещё больше. — Саша не блоха. Он…. Он…
— Козёл. Мудак. Бабник.
***
И мне «посчастливилось» с ним связаться по глупости и из-за повышенного чувства справедливости. Кто же знал, что Кот так сладко мурлычет, и у меня нет шансов устоять?!
Обычная соседка, забравшая с мусорки коробки с чужими вещами, невольно становится хранительницей истории первой большой любви, которую тайно всё это время писала жизнь двух подростков — Аси, спокойно взрослеющей девушки, и Демьяна, юного артиста, чья карьера начала расти быстрее, чем он успевал удерживать рядом самого близкого человека. Среди старых тетрадей и творческих наборов Валя находит загадочный плеер с записями выступлений и ночник со скрытым шифром — и не может удержаться от соблазна разгадать чужую тайну, придумывая по пути собственную, куда более драматичную версию событий. Но чем глубже она погружается в чужую жизнь, тем яснее понимает: не всякая помощь нужна, не всякая тайна — повод вмешаться, а иногда самое честное, что можно сделать, — просто вернуть человеку его собственный голос.
Кир. Со всеми однажды случается первая любовь. От которой сердце в клочья и гордость в дребезги. От которой нутро жгутом и кожа в мурашках. От которой похмелье потом ещё несколько месяцев и мысли ни о чём и ни о ком, кроме неё. Вот только Кир Авдеев о подобной участи не мечтал и влюбляться намертво в девчонку, которая его, кажется, также намертво ненавидит, не собирался. Она не для него и не его. Она каждый раз смотрит с презрением, словно он не сын мэра, а блоха под её ногами, и это причиняет почти физическую боль. И выкинуть бы её, чужую, сложную, неприступную из головы, да только легче этой самой головой, из которой Алёна Отрадная даже покурить не выходит, с разбега и о ближайшую стену. Но поможет ли? Вряд ли.
Поэтому, Отрадная, лучше отпусти из омута глаз своих сама. Пожалуйста. Иначе… Иначе он превратит твою жизнь в ещё больший ад.
Поэтому, Отрадная, лучше отпусти из омута глаз своих сама. Пожалуйста. Иначе… Иначе он превратит твою жизнь в ещё больший ад.
Кирилл Соловьев – самый популярный парень университета. Аида Самойлова – недотрога, которая не настроена на любовные отношения. Их пути не должны были пересечься, но всё решил один спор. И теперь Кирилл должен влюбить Аиду в себя, циника и бабника, за семь свиданий.
***
- Любишь меня? – спрашивает, будто с вызовом.
- Люблю, - глажу его лицо, но он дергает головой и отходит.
- Я же недостоин таких, как ты и твоя подружка, - хмыкает, скалится.
В его голосе издевка, но я слышу и отчаяние. У меня перехватывает дыхание. Нет-нет, он не мог слышать те мои слова, не мог…
- Как банально, - хватает жестко пальцами меня за подбородок и приближает к себе, выдыхая мне в губы, - ты оказалась легкой добычей, Аида.
***
- Любишь меня? – спрашивает, будто с вызовом.
- Люблю, - глажу его лицо, но он дергает головой и отходит.
- Я же недостоин таких, как ты и твоя подружка, - хмыкает, скалится.
В его голосе издевка, но я слышу и отчаяние. У меня перехватывает дыхание. Нет-нет, он не мог слышать те мои слова, не мог…
- Как банально, - хватает жестко пальцами меня за подбородок и приближает к себе, выдыхая мне в губы, - ты оказалась легкой добычей, Аида.
Мне с детства было известно, что я полукровка, но вот чья капля крови смешалась с ангельской никто не знал. И всё шло гладко до того момента, пока в мою жизнь не ворвался дерзкий незнакомец с очаровательной улыбкой и скверным характером. После знакомства с ним пришло требование, чтобы я немедленно явилась в академию драконов и прошла там обучение. Я Дракон? Серьёзно? Хуже быть не может… Или всё-таки может?
— Простите... — все, что могу выдать в этот момент.
— Нет, так не пойдет, — ощущаю большую ладонь на спине и мгновенно трезвею, — мы с другом хотели повеселиться с этой девчонкой, а ты все испортила. Займешь ее место.
До меня не сразу доходит, что этот парень не спрашивает, а констатирует факт.
— Нет, я не... — порываюсь встать, но он рывком усаживает меня к себе на колени.
— Не «нет» а «да, Алекс», — хохочет он.
Содержит информацию о наркотических или психотропных веществах, употребление которых опасно для здоровья. Их незаконный оборот влечет уголовную ответственность!
— Нет, так не пойдет, — ощущаю большую ладонь на спине и мгновенно трезвею, — мы с другом хотели повеселиться с этой девчонкой, а ты все испортила. Займешь ее место.
До меня не сразу доходит, что этот парень не спрашивает, а констатирует факт.
— Нет, я не... — порываюсь встать, но он рывком усаживает меня к себе на колени.
— Не «нет» а «да, Алекс», — хохочет он.
Содержит информацию о наркотических или психотропных веществах, употребление которых опасно для здоровья. Их незаконный оборот влечет уголовную ответственность!
-А ты не слишком увлеклась своим альтер эго? Понимаю волосы покрасить, шмотки поменять, с незнакомцем на байк прыгнуть. Но притащить мужика с помойки?! – Лера нахмурился нос, переводя пристыжающий взгляд с меня на парня.
-Вообще-то меня Матвей зовут, – парень решительно шагнул в квартиру мимо меня, заставив мою подружку отступить. Та воинствующи держала дистанцию. – И я не с помойки. Просто Вера утащила мои старые ботинки, и мне стало интересно, зачем ей.
-А то я не видела! – фыркнула подруга, скрестив руки и дожидаясь от меня ответа.
-Ему жить негде, – пожала я плечами и тут же выпрямилась. – И вообще, моя квартира, хочу старье притаскиваю, хочу мужиков подбираю. Без обид Матвей, – задрав нос, хлопнула парня по плечу, проходя между ними.
После недолгой паузы, Лерок выдохнула.
-Ну что, проходи. В наш маленький приют психов.
-Вообще-то меня Матвей зовут, – парень решительно шагнул в квартиру мимо меня, заставив мою подружку отступить. Та воинствующи держала дистанцию. – И я не с помойки. Просто Вера утащила мои старые ботинки, и мне стало интересно, зачем ей.
-А то я не видела! – фыркнула подруга, скрестив руки и дожидаясь от меня ответа.
-Ему жить негде, – пожала я плечами и тут же выпрямилась. – И вообще, моя квартира, хочу старье притаскиваю, хочу мужиков подбираю. Без обид Матвей, – задрав нос, хлопнула парня по плечу, проходя между ними.
После недолгой паузы, Лерок выдохнула.
-Ну что, проходи. В наш маленький приют психов.
— Не много ли мужского внимания в твои неполные восемнадцать лет? — с явным ехидством спросил Вадим.
— Можно поинтересоваться, каким образом это касается тебя? — последнее слово я зло проговорила.
— Ты еще мала! — заявил этот хам.
— Послушай, не тебе решать, когда я повзрослею!
Мой мир казался почти идеальным, пока Вадим Львовский не увидел во мне девушку. Стремясь преподнести этому самоуверенному мужчине жизненный урок, обманом втягиваю в паутину брачных уз, но неожиданно для себя сталкиваюсь с противостоянием собственных эмоций. В этом путешествии, через хитросплетения любви и лжи, я открываю для себя истинное значение чувств, которые ранее мне были неведомы.
— Можно поинтересоваться, каким образом это касается тебя? — последнее слово я зло проговорила.
— Ты еще мала! — заявил этот хам.
— Послушай, не тебе решать, когда я повзрослею!
Мой мир казался почти идеальным, пока Вадим Львовский не увидел во мне девушку. Стремясь преподнести этому самоуверенному мужчине жизненный урок, обманом втягиваю в паутину брачных уз, но неожиданно для себя сталкиваюсь с противостоянием собственных эмоций. В этом путешествии, через хитросплетения любви и лжи, я открываю для себя истинное значение чувств, которые ранее мне были неведомы.
День разваливается на части, а парень, который давно мне нравится, просто проходит мимо… и внутренний телепат вопиет: «Вернись! Поцелуй меня!»
И он вдруг разворачивается. Садится рядом и ТАК смотрит, что я проваливаюсь сквозь землю, ракетой вылетаю где-то в Бразилии, мчусь мимо Бетельгейзе – и приземляюсь ровно здесь, на старых качелях в родной подворотне.
Расстояние между нами в полметра. Можно случайно столкнуться локтями. Лёшин рюкзак падает на песок. Я машинально смотрю вниз. Упс. Одна нога обута в расшнурованный ботинок, другая – в мамину балетку с бантиком. Я поджимаю ноги. Вдруг этот симпатичный парень не заметит, какая клуша с ним рядом сидит?..
– Я Лёша, – зачем-то говорит он.
А то я не знаю! Мне и фамилия его известна, и название факультета, на котором он учится, и в какую тренажерку ходит, где работают его родители, и то, что наши с ним спальни разделяет лишь одна кирпичная стена – тоже знаю… Если вам кто-то нравится, ваши шпионские навыки резко активизируются, верно?
И он вдруг разворачивается. Садится рядом и ТАК смотрит, что я проваливаюсь сквозь землю, ракетой вылетаю где-то в Бразилии, мчусь мимо Бетельгейзе – и приземляюсь ровно здесь, на старых качелях в родной подворотне.
Расстояние между нами в полметра. Можно случайно столкнуться локтями. Лёшин рюкзак падает на песок. Я машинально смотрю вниз. Упс. Одна нога обута в расшнурованный ботинок, другая – в мамину балетку с бантиком. Я поджимаю ноги. Вдруг этот симпатичный парень не заметит, какая клуша с ним рядом сидит?..
– Я Лёша, – зачем-то говорит он.
А то я не знаю! Мне и фамилия его известна, и название факультета, на котором он учится, и в какую тренажерку ходит, где работают его родители, и то, что наши с ним спальни разделяет лишь одна кирпичная стена – тоже знаю… Если вам кто-то нравится, ваши шпионские навыки резко активизируются, верно?
Подборка книг
Выберите полку для книги