Книги в жанре «Романы о молодых героях» по тегу «besplatnie»

- Купи себе другую, - выплёвываю едко. - Я не продаюсь. Запиши себе на лбу, чтобы каждый раз перед зеркалом вспоминать.
- Правда? - делает шаг ко мне. - Ты хотела сказать: больше не продаёшься, София? - слова, как острые дротики бьют точно в цель.
Полгода назад Саид Акелов, звёздный защитник "Северных Волков", сказал, что любит меня, а через день исчез без объяснений. Просто вычеркнул меня из своей жизни как неудачную сделку.
Теперь он снова здесь. И хочет не прощения - он хочет меня.
Он думает, что контролирует игру, но правила изменились. Теперь я диктую условия и мне нужна правда.

— Только попробуй ещё раз назвать меня сестрой, — шиплю я, упираясь ладонями ему в грудь.
Лис опускает взгляд на мои руки, потом медленно поднимает глаза.
— А что такое, сестрёнка? Нервничаешь?
— От тебя меня тошнит.
— В глаза посмотри и скажи.
Поднимаю взгляд. Зря. Потому что он больше не улыбается.
— Я тебя ненавижу!
— А я тебя нет, ангел.

Три года назад Елисей Грановский разбил мне сердце. Я почти научилась жить так, будто его никогда не существовало. А потом моя мама решила выйти замуж за его отца.

18+! Мат проскакивает!

КНИГА БЕСПЛАТНАЯ!
Этот мрачный тип хватает меня за руку, резко дергает к себе на колени и приглушенно рычит, касаясь губами моего уха:
- Ну что, детка, попалась?
Я испугано замираю.
- Вы меня с кем-то путаете… Отпустите!
- Нет, тебя я ни с кем не перепутаю. - Опаляет мою шею своим горячим дыханием и внезапно впивается губами в нежную кожу, заставляя меня вздрогнуть, как от разряда тока.
- Нет! – ору в ужасе, пытаясь встать.
- Нет? – угрожающе шипит мне на ухо. – Я здесь буду решать, что да, а что – нет…

Обязательно ХЭ!
В книге есть постельные сцены и ненормативная лексика.

– Как тебе новенькая?
– Новенькая? Да ни о чём, – небрежно отозвался обо мне Алексей Романов, мой новый одноклассник, в которого я имела неосторожность влюбиться.
– А по-моему, она ничего, – заявил Артём, его брат, немного снизив градус моего унижения. – Помоги мне к ней подкатить, а?
– Так понравилась, что ли? – удивился Лёша. – Да что там подкатывать. Подойди, спроси как дела, и всё, она твоя.
– Это ты так можешь, а мне нужен план понадёжнее.
– Ладно, помогу, так уж и быть, – усмехнулся этот гад. – Считай, что новенькая уже твоя.

Я случайно подслушала разговор двух своих новых одноклассников, один из которых считал, будто меня можно легко соблазнить, и даже взялся помочь в этом своему брату. По хорошему мне стоило сразу послать этих двоих куда подальше, но идея проучить парней оказалась слишком заманчивой. Я сделала вид, будто ничего не знаю об их разговоре, чтобы сначала подыграть, а потом устроить эпический облом.

— Спасибо, что помог, — говорю я, отворачиваясь.
Ну? Сейчас же он уйдёт, наконец? И я выдохну спокойно. Как же тяжело рядом с ним находиться! Я всё время жду какого-то подвоха!
— Мало, — вдруг слышу его голос. Тихий такой.
Опять поднимаю на него взгляд.
— Мало простого «спасибо», — добавляет он.
Чуть хмурюсь и внимательно слежу за ним.
— Сколько? — спрашиваю серьёзно.
— Пф! Ты деньги мне, что ли, решила предложить? — приподнимает бровь.
— А что ты хочешь?
Пауза. Оба молчим. Смотрим в глаза друг другу и молчим. Взгляд Басманова медленно сползает с моих глаз вниз и останавливается на губах.
И они как будто ожог получают. От одного его взгляда. Хочется облизать, но боюсь.
— Поцелуй, — хриплый шёпот. — Я хочу поцелуй.

Мы слишком разные.
Он привык получать всё, что захочет.
Я привыкла сама карабкаться к своей цели.
Нам нельзя быть вместе. Будет больно. И я знала это.
Но он решил за меня, не оставив мне выбора.

«Он решил её судьбу за минуту. Без суда. Без права голоса. Просто потому что поверил лжи».
Одна роковая ошибка — и её тихая и спокойная жизнь больше не принадлежит ей.
Ярослав Холодов привык всё контролировать. Его семья — имя, его слово — закон. Узнав, что прислуга из его дома замешана в скандале с мужем горячо любимой сестры, он действует мгновенно: брак станет щитом и гарантией, что жизнь самого дорогого ему человека не будет отравлена предательством, которое она не переживёт. Холодный расчёт, жёсткие условия, никаких эмоций.
Но Мирослава не вписывается в его безупречный план. Она не умоляет, не плачет, не старается ему понравиться. Вместо этого она смотрит прямо и говорит то, чего он не хочет слышать: «Вы женитесь на лжи».
Чем ближе правда, тем страшнее Ярославу признаться: он мог сломать жизнь той, кто этого не заслуживала. А Мирославе всё труднее скрывать, что под маской покорности зреет не только обида, но и притяжение к тому, кто лишил её выбора…

Когда он лёг рядом, вспотевший и всё ещё тяжело дышавший, она прошептала:
– Ты просто не представляешь, как я люблю тебя!
– Не представляю, – усмехнулся он.
– Я серьёзно!
Она повернулась к нему и привстала, чтобы видеть его глаза. Волосы золотым дождём накрыли её плечи и грудь, и Артём, как зачарованный, не мог отвести от неё глаз.
– И как же ты меня любишь? – наконец произнёс он.
Она посмотрела на него взглядом, в котором была такая невероятная нежность, и улыбнулась.
– Я люблю тебя всем сердцем, всей душой... – она задумалась. – Я люблю тебя вся... До кончиков пальцев....
– Как это?
– Ну, без остатка, всем своим существом… Каждой клеточкой своего тела…
Он прижал её к себе.
– Так красиво в любви мне ещё никто не признавался.

✔️ ЗАВЕРШЕНО ✔️

— Спасибо за танец.
— Ты торопишься?
— Нет, но… Мы здесь своей компанией. Извини…
Она разворачивается и уходит. Просто уходит. А у меня выпрыгивает сердце и несётся за ней...
***
Когда-то — три года назад — я сам все испортил. Но сейчас судьба подарила мне второй шанс...

✔️ ЗАВЕРШЕНА ✔️

— Скажи, ты совсем меня не помнишь?
Рассматриваю удивлённо молодого мужчину перед собой. То, что мы одни на берегу, напрягает, но я не чувствую исходящей от него угрозы или агрессии. Если он отлично притворяется, значит, грош цена всей моей хваленой интуиции.
Высокий. Очень высокий. Тёмные волосы коротко подстрижены и только бунтарская длинная чёлка задорно падает на лоб, прикрывая один глаз. Он постоянно её сдувает и этот жест кажется знакомым, но… Нет, не могу сообразить.

Бывший, замкнутое пространство, и только правда между ними.
Им предстоит спасти свой научный проект, а заодно и любовь.
- Что ты чувствуешь? - голос Леры прозвучал чуть тише, чем она хотела, будто сама фраза была слишком откровенной для протокола.
- Злость, - ответил Даня не раздумывая. - Я злюсь потому, что все гораздо сложнее, чем мы думали. И… расстроен, что у нас ничего не получается.
Лера усердно записывала данные, делала собственные заметки, стараясь не поднимать глаз от экрана. Строчки сливались, но она упрямо вводила буквы, цепляясь за эту рутину, как за спасательный круг.
- А еще..., - его голос вдруг стал хриплым. - Я хочу тебя поцеловать...