Расплачиваюсь за мандаринки, и тут кто-то дергает меня за рукав.
Оборачиваюсь. Пацан. Мелкий. Но на рожицу школьник.
— Дядь, дай мандаринку, — лицо делает жалостливое.
Шапка съехала на бок, весь в снегу, перчатка одна, за спиной санки.
— Держи, — протягиваю ему весь пакет.
— Ого! Вот это ты исполнитель мечт! Может, ты помощник деда Мороза?
Хмыкаю.
— Может.
Верит, пусть верит.
— Тогда можно я тебе желание загадаю, что для него припас?
— Ну давай своё желание.
Готовлюсь услышать про велик или компьютер.
— Я хочу папу! — заявляет парень.
— Чего? — теряю настрой творить чудеса.
— Папу. Мне очень надо. Желательно богатого, чтобы мог маме операцию оплатить. Да и на всякий случай… Если мама не поправится, бабка меня точно в детдом сдаст. А кто туда хочет-то?
— С чего ты решил? — ситуация накаляется.
— Из-за меня мама и заболела.
Голос у него вздрагивает, нос краснеет, но не ревёт. Шмыгает чуть.
— А что ты сделал то?
— Родился… — звучит на выдохе.