— Ваши лекалства, больной, — светловолосый мальчуган в медицинском халате деловито протягивает мне блистер но-шпы.
Он важно восседает за рабочим столом моей бывшей, пока его брат-близнец сунет мне под мышку градусник.
— Вы чьи? — задаю резонный вопрос.
Алла сказала, что решила проблему. Справку мне принесла!
— Мамы Аллы, она влач! — мальчишка пытается удержать огромные мамины очки на носу и смешно морщится.
— А папа где? — холодею я.
— На севеле пингвинов лечит! Он не мозет с нами быть!
— Вот как? — разворачиваюсь к двери, где застыла бледная Алла. — Ничего не хочешь мне рассказать? — требую резко.
— Заявление на увольнение у вас на столе! Дети, мы уходим!
— Стоять! — командую я. — Клиника теперь моя, и все в ней тоже мое! Никаких увольнений не будет, пока я не разберусь с тобой и с ними!