Подборка книг по тегу: "анатомия_развода_литмоб"

- Даша! – кричит Толя, подбегая ближе.
- А-та-та, Толик, стой, - говорю ему, указывая в сторону камеры. – Ещё один шаг и завтра же вылетишь. И не думай, что лишний пик удовольствия Аллы поможет тебе сохранить место. Тут даже она будет бессильна.
- Отдай телефон или удали фотографии. По-хорошему.
- По-хорошему? А что ты мне сделаешь, Толя?
- Не я. Она.
- Да плевать я на неё хотела. Она – твоя начальница.
- Ты же понимаешь, что она может пойти к главному?
- И? Что она ему скажет? Что она спит с моим мужем, а я посмела помешать, ещё и фото сделала? Реально думаешь, что крайней останусь я?
- Думаю, она найдёт способ от тебя избавиться, - уверенно заявляет Толя, а я грустно усмехаюсь.
- Знаешь, что печально? Вот мы же сейчас совершенно о другом должны говорить. Точнее говорить должен ты. Сказать банальное: «Зай, это не то, что ты подумала» или «Зай, я стараюсь для нашей семьи».
- Ну, ты всё правильно говоришь.

— Твое расписание на завтра, Стриж, — его голос звучит сухо, хрипло, без единой эмоции. — Завтра в восемь ноль-ноль жду тебя во второй операционной. Главврач уже подписал приказ. Теперь ты работаешь со мной.

— Я работаю на клинику, а не на тебя лично, — парирую, встречая его взгляд с ледяным вызовом. — И если ты думаешь, что эта бумажка что-то изменит между нами, ты глубоко заблуждаешься.

***
Я пришла в эту клинику ради карьеры, но угодила в ловушку. Мой бывший муж — заведующий экстренной хирургией. И он добился того, чтобы перевести меня в свой личный штат.

Никаких разговоров по душам. Никаких извинений за прошлую измену. Только тяжелые взгляды поверх операционных масок и дикое, удушающее напряжение между нами каждый раз, когда чья-то жизнь висит на волоске.

Мы умеем спасать чужие сердца.

Но как спасти свои, если между нами пять лет льда и одна непрощенная ошибка?

– Оля, я мужик, и у меня есть потребности! – кричит муж и натягивает штаны.
– Да уж вижу, – презрительно бросаю, зажимая рот от накатывающих приступов тошноты.
«Потребностями» муж скромно назвал мерзость, которой он с клиенткой занимался в подсобке нашей клиники.
Разворачиваюсь и ухожу – страдать и плакать не будут, хоть после такого мне и придется собирать самооценку по кусочкам…

- К нам на "скорой" привезли девушку с отеком Квинке, - странным тоном сообщила мне подруга. - Она была голой и завернутой в простыню - приступ случился у нее во время секса…
- И зачем ты мне это рассказываешь? Как это относится ко мне? - хлопала я глазами, не понимая.
- А так, что вместе с ней на "скорой" приехал твой муж!

С этих слов моя жизнь пошла под откос. Оказалось, мой брак смертельно болен и приговорен к разводу.
Муж собирался обмануть меня и оставить ни с чем, но он просчитался.
И отдаст нам с дочерью все и даже больше.

- Да, мы переспали и не раз, - признаётся Катя, что они любовники с моим мужем. – Но это сейчас не главное. Ты должна спасти его, слышишь? Сделай операцию, умоляю тебя! Ну хочешь, я перед тобой на колени встану? – она действительно опускается на пол, а все вокруг смотрят на эту сцену. - Ты его любишь, я его люблю, дети его любят.
- Какие дети? – пытаюсь сглотнуть, но горло пересохло.
- Зоя и Марк, - называет она имя нашей с Игорем дочери и своего сына. – Да, Аня, так вышло, что Марк не от Дениса, а от нашего Игоря.
*****
Когда погиб брат мужа, а Игорь стал помогать его жене, я решила, что у него доброе сердце. Теперь я знаю правду, и во мне два голоса: обманутой жены и кардиолога-хирурга, который должен выполнить свой долг.
Господи, дай мне силы всё пережить. Ведь сильные женщины не плачут.

- Извините! Я ищу свою жену, - останавливает меня мужчина. - Она устроилась к вам несколько дней назад, работает медсестрой. Зовут Романова Ксения. Вы не подскажете, где я могу её найти?
- Должна быть в сестринской, - отвечаю. - Могу проводить, мне как раз по пути.
Мы направляемся в сторону сестринской, сворачиваем в коридор. Открываю дверь. Сначала я слышу стоны, затем почти сразу замечаю пару.
Мой муж стоит у стола, наклонив над столешницей девушку в белом халате.

Мой муж изменил мне с медсестрой прямо на рабочем месте, а затем пообещал, что уничтожит мою репутацию, если я подам на развод.

— Развода тебе не видать, Ань, — муж захлопывает дверь за спиной и тащится вперед.
Я отступаю, пока не упираюсь в стену. Его ладонь ложится на меня, отрезая путь к бегству.
— Убери руки, Вить! — шиплю я, глядя ему в лицо. — После всех своих измен ты еще смеешь ко мне прикасаться?
Он наклоняется ниже. Слишком близко. Слишком нагло.
— Ты моя жена. И останешься моей.
Смотрю в глаза мужчине, которому отдала двадцать лет жизни, и впервые не чувствую ничего, кроме злобы и ненависти.
— Слишком долго я была паинькой. Надоело.
Финита ля комедия, милый. Маски сорваны. Лимит попыток сохранить семью исчерпан.
Не хочешь давать мне развод? Хорошо.
Тогда за каждую ложь, за каждую измену, которыми ты растоптал меня, придется заплатить.
Дорого заплатить.

Слышу нежный женский смех, как колокольчик. Следом мужской голос, в котором без труда узнаю мужа.
Рывком открываю дверь.
Вижу спину мужа, а за ним – сидящую на столе женщину. Дима резко отшатывается от любовницы, как будто его ударили. Оборачивается и смотрит на меня.
– А что, мы больше не стучимся перед тем, как зайти в чужой кабинет? – спрашивает отрывисто.
– А что, мы больше не запираем дверь перед тем, как развлекаться с любовницей?
Он поджимает губы. Его дыхание учащается, ноздри раздуваются.
– Выйди, Алина. Мы обо всём поговорим дома.
Минуту назад я была уверена, что у нас с мужем счастливый брак, а теперь наконец открыла глаза...

– Артур, что всё это значит? – тихо спрашиваю, потому что горло саднит от боли, а глаза сами по себе наливаются горькими слезами. – Ты что целуешь свою пациентку? Ты с ума сошел или что?
Девушка под ним вздрагивает. Резко садится, хватается за край стола, чтобы прикрыться. Её лицо становится белым, а потом идет красными пятнами. Она что-то лепечет — кажется, «извините, Галина Александровна, это не то, что вы думаете», — но я уже не слышу.
Я смотрю только на него. На своего мужа, который смотрит на меня так, будто я – надоедливая муха, которая влетела в кабинет в самый неподходящий момент. Ни тени стыда, ни капли раскаяния. Он просто поправляет лацканы своего белого халата и произносит:
– Галь, выйди и закрой за собой дверь. У нас сеанс физиотерапии, и он ещё не закончен.

- Какой же ты у меня классный! Я так скучаю по тебе, милый! – Писклявым голосом произносит его любовница.
- Анжел, ну что ты?! Мы всю ночь провели у меня, а теперь тут продолжаем. - Произносит ей Денис, и я ахаю.
Любовники тут же застывают, и переводят на меня взгляд, а я в этот момент нахожусь в таком состоянии, когда мозги отключаются.
Подбегаю к кувшину с водой, что стоит у него на столе, бросаю взгляд на бокал, а потом понимаю, что одного бокала будет мало, и повернувшись к мужу предателю, и его любовнице, выливаю всю воду на их головы. Потом хватаю их вещи, сброшенные на кресло, подхожу к открытому окну, и выбрасываю все на улицу, даже не подозревая какие последствия меня ждут впереди.