Подборка книг по тегу: "бандит"
Если бы Зигмунд Фрейд дожил до наших дней и каким-то чудом оказался сейчас рядом, он бы заплакал. А потом, скорее всего, поставил бы диагноз: «острая суицидальная глупость на фоне Эдипова комплекса и топографического кретинизма».
Я сбежала с унизительных смотрин, которые устроил мне отец, в очередной раз нагло вторгаясь в мою жизнь. Но видимо, бежала я слишком быстро, потому что оказалась одна посреди ночи в глухом лесу.
Хотя нет, не одна...
Ещё здесь обитает здоровенный бритоголовый амбал — явно бандюга с вытесненной агрессией и проблемами с доверием.
Отличная компания на Новый год, Надя!
Я сбежала с унизительных смотрин, которые устроил мне отец, в очередной раз нагло вторгаясь в мою жизнь. Но видимо, бежала я слишком быстро, потому что оказалась одна посреди ночи в глухом лесу.
Хотя нет, не одна...
Ещё здесь обитает здоровенный бритоголовый амбал — явно бандюга с вытесненной агрессией и проблемами с доверием.
Отличная компания на Новый год, Надя!
- Устроишь мне жаркие каникулы, а, Катюха? — и вдруг похлопывает по ноге нагло.
Я тут же вспыхиваю, краснею стремительно и скидываю бандитскую пятерню со своей ляжки.
- Руки!
- Ух, какие мы недотроги, — издевательски комментирует Олег и съезжает с трассы в город, — Адрес говори.
______________________
Куда подевалась Катя? Случайная встреча на дороге уводит задорную толстушку в свою историю любви.
Я тут же вспыхиваю, краснею стремительно и скидываю бандитскую пятерню со своей ляжки.
- Руки!
- Ух, какие мы недотроги, — издевательски комментирует Олег и съезжает с трассы в город, — Адрес говори.
______________________
Куда подевалась Катя? Случайная встреча на дороге уводит задорную толстушку в свою историю любви.
— Простите... — все, что могу выдать в этот момент.
— Нет, так не пойдет, — ощущаю большую ладонь на спине и мгновенно трезвею, — мы с другом хотели повеселиться с этой девчонкой, а ты все испортила. Займешь ее место.
До меня не сразу доходит, что этот парень не спрашивает, а констатирует факт.
— Нет, я не... — порываюсь встать, но он рывком усаживает меня к себе на колени.
— Не «нет» а «да, Алекс», — хохочет он.
Содержит информацию о наркотических или психотропных веществах, употребление которых опасно для здоровья. Их незаконный оборот влечет уголовную ответственность!
— Нет, так не пойдет, — ощущаю большую ладонь на спине и мгновенно трезвею, — мы с другом хотели повеселиться с этой девчонкой, а ты все испортила. Займешь ее место.
До меня не сразу доходит, что этот парень не спрашивает, а констатирует факт.
— Нет, я не... — порываюсь встать, но он рывком усаживает меня к себе на колени.
— Не «нет» а «да, Алекс», — хохочет он.
Содержит информацию о наркотических или психотропных веществах, употребление которых опасно для здоровья. Их незаконный оборот влечет уголовную ответственность!
– Я не хочу... в душ с вами.
– Ты сама пришла ко мне. Я тебя отверг. Но ты прыгнула в машину и легла к моим ногам.
– Да, но...
– Теперь я распоряжаюсь твоей жизнью! У тебя нет права голоса и желаний! Запомни, в этом доме ты вещь!
– Я знаю... Я сделаю всё, – осторожно прикасаюсь к его руке. – Только выполните просьбу моей мамы...
– Ты сама пришла ко мне. Я тебя отверг. Но ты прыгнула в машину и легла к моим ногам.
– Да, но...
– Теперь я распоряжаюсь твоей жизнью! У тебя нет права голоса и желаний! Запомни, в этом доме ты вещь!
– Я знаю... Я сделаю всё, – осторожно прикасаюсь к его руке. – Только выполните просьбу моей мамы...
Крысы – подумала брюнетка. Мерзкие крысы, которые тянули из нее все жилы и деньги. Ей не было жалко для них ничего. Лиля одаривала и «одалживала» не считая, не мелочась . Она знала, что будет дальше делать. Муженек застыл, будто кролик, увидевший удава. Даже губы стали на несколько тонов белее.
- Я все объясню, - пытался Никита справиться с волнением. – Это она сама залезла ко мне в койку. Я только тебя люблю.
- Ты офигел?! – взвизгнула Светочка. – Я одна отдуваться должна?
- Я все объясню, - пытался Никита справиться с волнением. – Это она сама залезла ко мне в койку. Я только тебя люблю.
- Ты офигел?! – взвизгнула Светочка. – Я одна отдуваться должна?
Думала ли я, чем обернется мое «тайное» задание. Наверное, нет. В тот момент, когда редактор поручил написать разоблачительную статью о местном криминальном авторитете, я думала только о деньгах, которые мне должны были заплатить за эту работу. Ведь я не только журналист, еще я сестра. Сестра мальчика, чья жизнь – тонкая нить, едва удерживающаяся над пропастью болезни. Мой брат… его хрупкое дыхание – моя самая острая боль, а необходимость собрать неподъемную сумму на лечение – вечный давящий груз. Именно поэтому я и согласилась на эту авантюру.
Моя ничем непримечательная жизнь изменилась в
один день, когда во время ограбления банка, я осмелилась нажать
тревожную кнопку. Бандит, заметивший это, не стал меня
наказывать, но напрасно я решила, что спаслась… Он не собирался
прощать, а всего лишь ждал подходящего часа, чтобы наша встреча
случилась вновь.
один день, когда во время ограбления банка, я осмелилась нажать
тревожную кнопку. Бандит, заметивший это, не стал меня
наказывать, но напрасно я решила, что спаслась… Он не собирался
прощать, а всего лишь ждал подходящего часа, чтобы наша встреча
случилась вновь.
– Я знаю, что ты не его дочь, – слова бандита дают шанс на спасение.
– Значит, вы меня отпустите? – с мольбой смотрю на него, но не чувствую ничего, кроме дикого холода.
– Нет, птичка, не отпущу.
Надежда рушится, как карточный домик.
– Будешь послушной женой, и я помогу тебе с опекой над братом. А если нет… – мужчина подходит ближе, и поднимает мою голову за подбородок. – Обломаю своей пташке крылья. Чтобы больше никогда не сумела летать.
– Значит, вы меня отпустите? – с мольбой смотрю на него, но не чувствую ничего, кроме дикого холода.
– Нет, птичка, не отпущу.
Надежда рушится, как карточный домик.
– Будешь послушной женой, и я помогу тебе с опекой над братом. А если нет… – мужчина подходит ближе, и поднимает мою голову за подбородок. – Обломаю своей пташке крылья. Чтобы больше никогда не сумела летать.
Я лежала связанная и с ненавистью смотрела на Севера.
В его карих глазах горело холодное торжество. Он медленно облизал губы, не сводя с меня взгляда.
– Хорошая девочка, – прошептал он, и в этом шёпоте звучала угроза продолжения. Его рука опустилась на пряжку ремня. Металлический щелчок разрезал тишину, как нож. – А теперь… я сделаю тебя взрослой.
Из-за отцовских долгов я оказалась во власти Севера – наследника криминальной империи. Теперь, я его собственность. Его игрушка.
И каждую ночь мне приходится выплачивать долг своим телом.
В его карих глазах горело холодное торжество. Он медленно облизал губы, не сводя с меня взгляда.
– Хорошая девочка, – прошептал он, и в этом шёпоте звучала угроза продолжения. Его рука опустилась на пряжку ремня. Металлический щелчок разрезал тишину, как нож. – А теперь… я сделаю тебя взрослой.
Из-за отцовских долгов я оказалась во власти Севера – наследника криминальной империи. Теперь, я его собственность. Его игрушка.
И каждую ночь мне приходится выплачивать долг своим телом.
Я очнулась брошенная на стройке и без памяти. Все, что у меня было, это маленький нож и дикий страх. Окруженная голодными зеками, готова биться до последнего, пока не появляется он - настоящий монстр!..
— Ты попала в слишком злосчастные сети, девочка! Либо ты принадлежишь мне, либо я убью тебя!
— Ты попала в слишком злосчастные сети, девочка! Либо ты принадлежишь мне, либо я убью тебя!
Выберите полку для книги