Подборка книг по тегу: "горячо и откровенно"
Каждая девушка должна в своей жизни получить очень непристойное предложение от безумно привлекательного мужчины.
Настаиваю - каждая!
Чтобы пережить этот невыносимый момент - ты его хочешь, но как же женская гордость?!
Ты бы и бесплатно ему отдалась, зачем деньги?
С деньгами все становится намного сложнее.
Я ведь не такая! Мужчина, за кого вы меня принимаете?
И что - гордо отказаться? Согласиться, но вернуть утром деньги?
И вообще - зачем это ему?
Настаиваю - каждая!
Чтобы пережить этот невыносимый момент - ты его хочешь, но как же женская гордость?!
Ты бы и бесплатно ему отдалась, зачем деньги?
С деньгами все становится намного сложнее.
Я ведь не такая! Мужчина, за кого вы меня принимаете?
И что - гордо отказаться? Согласиться, но вернуть утром деньги?
И вообще - зачем это ему?
Красивый он, но из вредности я очень сильно хочу стереть с его лица эту наглую ухмылочку. Указываю ему на футболку и говорю:
– У тебя там жирное пятно.
Тимур опускает взгляд и видит пятно. Однако ухмылочка с его лица не пропадает.
– И правда, – улыбаясь ещё шире говорит он.
Смотрит мне в глаза.
И стягивает с тела футболку.
– У тебя там жирное пятно.
Тимур опускает взгляд и видит пятно. Однако ухмылочка с его лица не пропадает.
– И правда, – улыбаясь ещё шире говорит он.
Смотрит мне в глаза.
И стягивает с тела футболку.
Свет погас в Красной туманности, жизнь в мире звёзд исчезает, а Морок набирает силы. Но мы спасём всех! Кто мы? Я, любовная ведьма, и загадочный квартет космических пиратов, именуемый Четверо.
- очень горячо и откровенно
- сцены мжм, мжммм и ммжммм
- строго 18+
Третья часть серии эротических рассказов.
- очень горячо и откровенно
- сцены мжм, мжммм и ммжммм
- строго 18+
Третья часть серии эротических рассказов.
- Марк!
- Прости Марин, - своим признанием Марк не хотел к чему то обязывать Маришку, но после этих слов стало легче. Те чувства, что он бережно хранил в своем сердце, прорвались сквозь мощную дамбу бурным потоком нежности и любви. Он больше не мог и не хотел скрывать от девушки свои истинные намерения. Хотя в глубине души боялся, что сильно рискует их дружбой.
- Ты меня любишь? – переспросила Марина, сама не зная, что ходит по лезвию ножа. Ей хотелось забыться, утешения. Марина чувствовала себя грязной, недостойной, жалкой.
- Люблю, - твердо ответил Марк, глядя в глаза девушке, - не просто как друга, а как любимую женщину.
- Прости Марин, - своим признанием Марк не хотел к чему то обязывать Маришку, но после этих слов стало легче. Те чувства, что он бережно хранил в своем сердце, прорвались сквозь мощную дамбу бурным потоком нежности и любви. Он больше не мог и не хотел скрывать от девушки свои истинные намерения. Хотя в глубине души боялся, что сильно рискует их дружбой.
- Ты меня любишь? – переспросила Марина, сама не зная, что ходит по лезвию ножа. Ей хотелось забыться, утешения. Марина чувствовала себя грязной, недостойной, жалкой.
- Люблю, - твердо ответил Марк, глядя в глаза девушке, - не просто как друга, а как любимую женщину.
— Выбор за тобой, Ниночка, — шепчет он в темноте застрявшего лифта. — Здесь и сейчас... или там, где ты будешь стонать громче.
Я — «железная леди», но в темноте застрявшего лифта четверо охранников пробуждают во мне женщину. Что выбрать: мгновенную страсть здесь или поездку, которая изменит все...
Я — «железная леди», но в темноте застрявшего лифта четверо охранников пробуждают во мне женщину. Что выбрать: мгновенную страсть здесь или поездку, которая изменит все...
— В дом зайди, если не хочешь быть избитой при охране.
— Что ты имеешь в виду, Ром?..
— В дом пошла, сказал, — толкаю её в плечо. Не сильно. Но она теряет равновесие, падает в коридоре прямо на мраморный пол. Тот самый, который я выбрал сам. Из Италии. Заказной. Символ дома, символ престижа. Я тогда гордился им.
Гордился домом. Гордился Ириной. Гордился тем, как красиво всё устроил.
А теперь мне гордиться нечем.
— Ром, что ты творишь?!
— Это ты что творишь?! Изменяешь мне! Молодость решила вспомнить, да?! Забыла, где я тебя нашёл? Забыла, как я тебя с трассы подобрал?! Хочешь туда вернуться?!
— Что ты имеешь в виду, Ром?..
— В дом пошла, сказал, — толкаю её в плечо. Не сильно. Но она теряет равновесие, падает в коридоре прямо на мраморный пол. Тот самый, который я выбрал сам. Из Италии. Заказной. Символ дома, символ престижа. Я тогда гордился им.
Гордился домом. Гордился Ириной. Гордился тем, как красиво всё устроил.
А теперь мне гордиться нечем.
— Ром, что ты творишь?!
— Это ты что творишь?! Изменяешь мне! Молодость решила вспомнить, да?! Забыла, где я тебя нашёл? Забыла, как я тебя с трассы подобрал?! Хочешь туда вернуться?!
Декан и аспирантка.
Ненависть, перерастающая в страстное желание, но будет ли оно взаимным?
Алина Александровна - аспирантка в университете с подающими надеждами на великолепное будущее с ученой степенью, но что будет, если ее карьерный путь пересечется с молодым, сексуальным и ужасно строгим деканом?
Алина назвала бы это страстной ненавистью.
Ненависть, перерастающая в страстное желание, но будет ли оно взаимным?
Алина Александровна - аспирантка в университете с подающими надеждами на великолепное будущее с ученой степенью, но что будет, если ее карьерный путь пересечется с молодым, сексуальным и ужасно строгим деканом?
Алина назвала бы это страстной ненавистью.
Он меня обидел и унизил…
Естественно, я ему отомстила!
Но теперь я сама не рада этому.
А главное, что и бежать от этого дракона бесполезно, он найдет по запаху…клубничного пирога!
Естественно, я ему отомстила!
Но теперь я сама не рада этому.
А главное, что и бежать от этого дракона бесполезно, он найдет по запаху…клубничного пирога!
- Как тебя зовут? - спрашивает он, кладя ладонь на мою талию, глядя на меня снизу вверх.
- Леэна, - отвечаю ему, одаривая самой очаровательной улыбкой из тех, которым меня обучила Никарета, и подаюсь ближе, чтобы его ладонь удобнее легла на мою поясницу.
- Нет, настоящее имя, - говорит он.
Не отвечаю. Не собираюсь посвящать его в свои тайны.
- Что ж, Леэна… Красивое имя, - отзывается Вуукол, слегка прикрыв глаза, будто свет от жаровен, рассеивающийся вокруг меня, его слепит.
- Запомни его, - внезапно говорю я, словно забыв все, чему меня учили, - скоро оно будет у всех на устах...
Однажды вероломный захватчик погубил и предал огню мой дом. Его называют великим полководцем, сыном Гелиоса. Но для меня он лишь тот, кому я отомщу любой ценой!
- Леэна, - отвечаю ему, одаривая самой очаровательной улыбкой из тех, которым меня обучила Никарета, и подаюсь ближе, чтобы его ладонь удобнее легла на мою поясницу.
- Нет, настоящее имя, - говорит он.
Не отвечаю. Не собираюсь посвящать его в свои тайны.
- Что ж, Леэна… Красивое имя, - отзывается Вуукол, слегка прикрыв глаза, будто свет от жаровен, рассеивающийся вокруг меня, его слепит.
- Запомни его, - внезапно говорю я, словно забыв все, чему меня учили, - скоро оно будет у всех на устах...
Однажды вероломный захватчик погубил и предал огню мой дом. Его называют великим полководцем, сыном Гелиоса. Но для меня он лишь тот, кому я отомщу любой ценой!
— Удобная кровать? — спросил он, и голос прозвучал почти лениво, но в этой лености сквозило напряжение, от которого у меня перехватило горло.
— Сойдёт, — выдавила я, глядя в потолок. Я боялась встретиться с ним взглядом, потому что знала: если это сделаю, уже не смогу отвернуться.
Он наклонился. Его дыхание коснулось моей щеки, горячее, влажное, и я дёрнулась. Он не отстранился.
— Иногда мне кажется, — прошептал он, — что тебе нравится меня ненавидеть.
Я повернула голову слишком резко и наткнулась на его взгляд. Секунда — и все стены рухнули. Я не знала, кто сделал первый шаг, он или я. Всё произошло слишком быстро. Его губы накрыли мои — жадно, резко, властно. Я вцепилась в его рубашку, чувствуя под пальцами влажную ткань и горячую кожу под ней. Его руки сжали мои бёдра, и я выгнулась навстречу, хотя мозг вопил: «Стой!».
— Сойдёт, — выдавила я, глядя в потолок. Я боялась встретиться с ним взглядом, потому что знала: если это сделаю, уже не смогу отвернуться.
Он наклонился. Его дыхание коснулось моей щеки, горячее, влажное, и я дёрнулась. Он не отстранился.
— Иногда мне кажется, — прошептал он, — что тебе нравится меня ненавидеть.
Я повернула голову слишком резко и наткнулась на его взгляд. Секунда — и все стены рухнули. Я не знала, кто сделал первый шаг, он или я. Всё произошло слишком быстро. Его губы накрыли мои — жадно, резко, властно. Я вцепилась в его рубашку, чувствуя под пальцами влажную ткань и горячую кожу под ней. Его руки сжали мои бёдра, и я выгнулась навстречу, хотя мозг вопил: «Стой!».
Выберите полку для книги