Подборка книг по тегу: "женский детектив"
"— Эй, — окликнул меня Алексей. — Как насчет вечерком посидеть где-нибудь?
Я обернулась к нему. Ох, как же мне не хотелось с ним никуда идти, несмотря на то, что выглядел он очень привлекательно. Внутри всё сжималось от плохого предчувствия. Но Михаил продолжал смотреть на меня, и я кивнула Алексею. Пусть Михаил знает, что я за ним не бегаю, и у меня уже есть мужчина".
"Стул я планировала держать перед собой, а при встрече с врагом — огреть его этим стулом. План мне казался неплохим, поскольку другого не было".
В этом произведении вас ждёт головокружительный водоворот романтических отношений, комедийных ситуаций и море загадок.
Вас точно не оставят равнодушными: искрометный юмор и непредсказуемые повороты сюжета, а так же двое красивых сексуальных мужчин и одна слабохарактерная женщина.
Я обернулась к нему. Ох, как же мне не хотелось с ним никуда идти, несмотря на то, что выглядел он очень привлекательно. Внутри всё сжималось от плохого предчувствия. Но Михаил продолжал смотреть на меня, и я кивнула Алексею. Пусть Михаил знает, что я за ним не бегаю, и у меня уже есть мужчина".
"Стул я планировала держать перед собой, а при встрече с врагом — огреть его этим стулом. План мне казался неплохим, поскольку другого не было".
В этом произведении вас ждёт головокружительный водоворот романтических отношений, комедийных ситуаций и море загадок.
Вас точно не оставят равнодушными: искрометный юмор и непредсказуемые повороты сюжета, а так же двое красивых сексуальных мужчин и одна слабохарактерная женщина.
Она всегда рядом и всегда на шаг впереди. Ты думаешь, что всё решаешь сам, а на самом деле лишь послушная марионетка в её руках. Кто же она, эта мрачная тень за твоей спиной? Зачем превращает в руины всё вокруг? Оглянись назад - и ты найдёшь ответ на свой вопрос. Вот только ответ ли это...
🔸 В книге нет упоминания запрещенных веществ
🔸 В книге нет упоминания запрещенных веществ
Вся деревня гудит: в старой церкви появилось привидение, которое охотится на молоденьких девиц! Никитич только отмахивается и смеется. До тех пор, пока около церкви не оказывается Марийка.
Мы не адвокаты и не частные детективы. Мы — просто подруги, которые решили: ложь не должна оставаться безнаказанной.
Я разбираюсь в психологии, Настя разбирается в оперативной работе, а Алиса разбирается в современных технологиях. Вместе мы раскапываем чужую грязь там, куда другие боятся заглянуть. Скрытые камеры, цифровая слежка, ловушки и публичные разоблачения — наши методы.
В этом мире полно тайн за чистым браузером, субботними «рыбалками» и запахом чужих духов. Мы докажем: измена не имеет срока давности, а предатель обязательно заплатит за всё.
Я разбираюсь в психологии, Настя разбирается в оперативной работе, а Алиса разбирается в современных технологиях. Вместе мы раскапываем чужую грязь там, куда другие боятся заглянуть. Скрытые камеры, цифровая слежка, ловушки и публичные разоблачения — наши методы.
В этом мире полно тайн за чистым браузером, субботними «рыбалками» и запахом чужих духов. Мы докажем: измена не имеет срока давности, а предатель обязательно заплатит за всё.
Мы не адвокаты и не частные детективы. Мы — просто подруги, которые решили: ложь не должна оставаться безнаказанной.
Я разбираюсь в психологии, Настя разбирается в оперативной работе, а Алиса разбирается в современных технологиях. Вместе мы раскапываем чужую грязь там, куда другие боятся заглянуть. Скрытые камеры, цифровая слежка, ловушки и публичные разоблачения — наши методы.
В этом мире полно тайн за чистым браузером, субботними «рыбалками» и запахом чужих духов. Мы докажем: измена не имеет срока давности, а предатель обязательно заплатит за всё.
Я разбираюсь в психологии, Настя разбирается в оперативной работе, а Алиса разбирается в современных технологиях. Вместе мы раскапываем чужую грязь там, куда другие боятся заглянуть. Скрытые камеры, цифровая слежка, ловушки и публичные разоблачения — наши методы.
В этом мире полно тайн за чистым браузером, субботними «рыбалками» и запахом чужих духов. Мы докажем: измена не имеет срока давности, а предатель обязательно заплатит за всё.
– Да сбежал он, сбежал! – выпалил Никитич в сердцах. – Ну ты посмотри на их дом! Вечно бардак, гвалт, пожрать никогда нету! Четверо детей! – майор возмущённо вскинул вверх указательный палец. – Да тут любой бы сбежал!
– А у тебя? – с вызовом посмотрела на него Марийка. – У самого трое! Что, тоже сбежишь?
И тут Никитич понял, какую роковую ошибку совершил, но было уже поздно. Губы жены сжались в тонкую, острую линию, а глаза наполнились слезами.
В деревне все всё знают. А чего не знают – так придумают. Так и тут: пропал мужик. Куда делся – неизвестно, но вся деревня уверена – от жены и быта сбежал. Но для Никитича теперь дело чести – его найти и доказать всем обратное.
– А у тебя? – с вызовом посмотрела на него Марийка. – У самого трое! Что, тоже сбежишь?
И тут Никитич понял, какую роковую ошибку совершил, но было уже поздно. Губы жены сжались в тонкую, острую линию, а глаза наполнились слезами.
В деревне все всё знают. А чего не знают – так придумают. Так и тут: пропал мужик. Куда делся – неизвестно, но вся деревня уверена – от жены и быта сбежал. Но для Никитича теперь дело чести – его найти и доказать всем обратное.
Дождь шёл третий день подряд. Он не был обычным осенним дождём — он был тяжёлым, свинцовым, будто небо решило смыть город до основания. Анна стояла у жёлтой ленты, натянутой вокруг старого двора, и смотрела на тело, накрытое серым пледом. Ей не нужно было его открывать: она уже знала, что увидит. Молодая женщина, лет двадцати пяти, в лёгком пальто, которое промокло насквозь. На шее — аккуратный, почти хирургический разрез.
Рядом с ней стоял судмедэксперт, пожилой мужчина с усталыми глазами.
— Время смерти — примерно два часа ночи. Причина — кровопотеря из-за повреждения яремной вены. Никаких следов борьбы. Как будто она сама подставила шею.
Анна сжала кулаки. Это звучало как бред. Никто не подставляет шею. Никто не ждёт смерти с покорностью.
— А что с местом? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Двор глухой. Камер нет. Единственный подъезд выходит на улицу, но там в ту ночь перегорела лампа. Идеальный момент.
Рядом с ней стоял судмедэксперт, пожилой мужчина с усталыми глазами.
— Время смерти — примерно два часа ночи. Причина — кровопотеря из-за повреждения яремной вены. Никаких следов борьбы. Как будто она сама подставила шею.
Анна сжала кулаки. Это звучало как бред. Никто не подставляет шею. Никто не ждёт смерти с покорностью.
— А что с местом? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Двор глухой. Камер нет. Единственный подъезд выходит на улицу, но там в ту ночь перегорела лампа. Идеальный момент.
Проезжая по ночной трассе, Юля и представить не могла, что ее жизнь встанет с ног на голову. Если бы она знала, чем обернется ее желание помочь бывшему однокласснику, которого обнаружила на обочине избитым, проехала бы мимо. Кирилл Вознесенский, ее первая любовь и первое разочарование, оказался главным подозреваемым в убийстве отца. Мотив банален – наследство. Но кто похитил и избил молодого человека? И при чем здесь Юля, которую кто-то преследует?
Им придется объединиться, чтобы найти ответы на эти вопросы, а также доказать, что Кирилл не виноват.
Расследование приводит их к темным сторонам жизни богатых и влиятельных, где многолетняя дружба — пустой звук, где правят алчность и предательство.
Втянутые в опасную игру, где ставки – жизнь и смерть, Юля и Кирилл должны докопаться до истины, прежде чем станут следующими жертвами. Смогут ли они найти настоящего убийцу и спастись? И почему Юля оказалась в эпицентре этой смертельной игры?
Им придется объединиться, чтобы найти ответы на эти вопросы, а также доказать, что Кирилл не виноват.
Расследование приводит их к темным сторонам жизни богатых и влиятельных, где многолетняя дружба — пустой звук, где правят алчность и предательство.
Втянутые в опасную игру, где ставки – жизнь и смерть, Юля и Кирилл должны докопаться до истины, прежде чем станут следующими жертвами. Смогут ли они найти настоящего убийцу и спастись? И почему Юля оказалась в эпицентре этой смертельной игры?
Крутая машина подрезает и резко останавливается. Меня орошает из лужи, и белая форменная блузка покрывается грязными брызгами.
— Садись, Колибри!
— Нет. Я не могу. И не буду!
Взгляд льдистых глаз Греха стягивает на моей шее тонкую удавку.
Хочу убежать, но меня успевает окружить его верная стая.
— Ты вступила в игру, Колибри, из которой уже не выбраться. Невредимой…
Пячусь. Спиной натыкаюсь на стену по имени Тео, и моего носа и губ касается что-то влажное, неприятно пахнущее снотворным.
Вырываюсь. Мои крики заглушает тряпка. Перед глазами все расплывается. Падаю. Последнее, что слышу:
— В багажник ее. Нечего этой грязью пачкать новый салон.
Жестокая игра, где еще не было ни одного раунда, началась.
— Садись, Колибри!
— Нет. Я не могу. И не буду!
Взгляд льдистых глаз Греха стягивает на моей шее тонкую удавку.
Хочу убежать, но меня успевает окружить его верная стая.
— Ты вступила в игру, Колибри, из которой уже не выбраться. Невредимой…
Пячусь. Спиной натыкаюсь на стену по имени Тео, и моего носа и губ касается что-то влажное, неприятно пахнущее снотворным.
Вырываюсь. Мои крики заглушает тряпка. Перед глазами все расплывается. Падаю. Последнее, что слышу:
— В багажник ее. Нечего этой грязью пачкать новый салон.
Жестокая игра, где еще не было ни одного раунда, началась.
Устоявшаяся жизнь Катерины Астафьевой, молодого перспективного адвоката, рушится в один миг. Втянутая в опасные криминальные игры, она вынуждена бросить все, отказаться от собственного имени и бежать. Но и в тихом провинциальном городке, где она спряталась, совсем не так тихо, как хотелось бы: убийцы следуют по пятам. Не понятно кто друг, а кто враг, кому можно верить, а кому верить опасно. А что если врагом окажется самый близкий друг?
Выберите полку для книги