Книги по тегу «жесткая эротика»: ""
- Не смей говорить, что это ошибка, - хриплю, качая головой.
- Это она.
- Ванесса, - рычу, а она складывает ладони вместе, собираясь, судя по всему, умолять меня о чем-то.
- Вил, прошу тебя. Я… не говорила, но я… Это я во всем виновата. Я… должна была сказать тебе раньше… Но промолчала, - Ванесса опускает голову и качает ею так, будто сейчас сбросит на меня бомбу, с последствиями взрыва которой я рискую не справиться. - В общем… О, боже, - вздыхает и встречается со мной виноватым взглядом. - Я выхожу замуж. - Бам! И та самая бомба летит мне прямо в голову. Но Ванессе этого мало, она добивает меня артиллерией: - Через неделю.
Мне казалось, я научился жить без нее. Но одержимость этой девушкой приводит к новой встрече. И больше я не отпущу Ванессу. По крайней мере, пока не узнаю, что привело ее в этот клуб.
- Это она.
- Ванесса, - рычу, а она складывает ладони вместе, собираясь, судя по всему, умолять меня о чем-то.
- Вил, прошу тебя. Я… не говорила, но я… Это я во всем виновата. Я… должна была сказать тебе раньше… Но промолчала, - Ванесса опускает голову и качает ею так, будто сейчас сбросит на меня бомбу, с последствиями взрыва которой я рискую не справиться. - В общем… О, боже, - вздыхает и встречается со мной виноватым взглядом. - Я выхожу замуж. - Бам! И та самая бомба летит мне прямо в голову. Но Ванессе этого мало, она добивает меня артиллерией: - Через неделю.
Мне казалось, я научился жить без нее. Но одержимость этой девушкой приводит к новой встрече. И больше я не отпущу Ванессу. По крайней мере, пока не узнаю, что привело ее в этот клуб.
"— А мне батюшка, не нужны ни парча, ни Шанель, ни Диор с жемчугами, а хочу я себе только раба мужского ручного, ласкового, из земель англосакских, гимпом кличут по-аглицки, — просит Марфа, глазки в пол потупив.
— А тебе же что привезти моя Настенька, моя дочь младшая, дочь любимая?
— Ни нужны мне батюшка, ни зеркало-айфон шестнадцатый, ни раб мужской аглицкий… А ведомо мне, что есть в тридевятом царстве, в тридесятом государстве цветочек аленькой…"
Я расскажу тебе сказку... Старую как мир. О том, о чём грезят все женщины: можно ли переделать чудовище в Принца?
— А тебе же что привезти моя Настенька, моя дочь младшая, дочь любимая?
— Ни нужны мне батюшка, ни зеркало-айфон шестнадцатый, ни раб мужской аглицкий… А ведомо мне, что есть в тридевятом царстве, в тридесятом государстве цветочек аленькой…"
Я расскажу тебе сказку... Старую как мир. О том, о чём грезят все женщины: можно ли переделать чудовище в Принца?
То, что предначертано судьбой — сбудется, хотим мы этого или нет. У провидения свои планы на каждого из нас. Жизнь и смерть, это две стороны одной медали. Так же как и боль — с наслаждением. Но каждый сам выбирает, куда его приведёт груз принятых решений.
Мир будущего — это мир побед. Победа в робототехнике. Победа в покорении космоса. Победа в медицине. Победа в сексуальной революции. Победа над дикой природой. Победа над смертью, наконец!
Вот только все ли победы, могут ужиться друг с другом. Как быть, если одни победы, низвергают достижения других? Может быть стоит махнуть на всё рукой и смириться, с тем, что твоя победа никому не нужна? Или, наоборот, перевернуть всё с ног на голову, ради собственной цели?
Можно ли менять мир в угоду своих представлений о прекрасном? Имеем ли мы на то право? Если мы самая сильная мафия? Если мы возрождающаяся религия? Если мы искусственные люди, созданные извращённым разумом гения? Если мы одна из всемогущих корпораций?
В конце концов, а стоит ли сам этот мир наших побед над ним?
Вот только все ли победы, могут ужиться друг с другом. Как быть, если одни победы, низвергают достижения других? Может быть стоит махнуть на всё рукой и смириться, с тем, что твоя победа никому не нужна? Или, наоборот, перевернуть всё с ног на голову, ради собственной цели?
Можно ли менять мир в угоду своих представлений о прекрасном? Имеем ли мы на то право? Если мы самая сильная мафия? Если мы возрождающаяся религия? Если мы искусственные люди, созданные извращённым разумом гения? Если мы одна из всемогущих корпораций?
В конце концов, а стоит ли сам этот мир наших побед над ним?
Сначала в моей жизни появился эльф-полукровка. Потом ― чистокровный дроу. Оба они ― мои рабы, которых ждет незавидная участь, если я не сумею их защитить. Но мне самой нужна защита от жадных магов, желающих заполучить замок и магию, которые остались мне после смерти моего первого мужа. А значит, я выберу нового мужа сама! Только бы мои рабы не убили его в порыве ревности, ведь меня связывают с ними куда более прочные оковы ― оковы любви!
— Как тебя зовут? — опускаюсь на колени.
— Я не хочу, не хочу танцевать, — жалобно скулит, прижимаясь руками к лицу.
— Я задал тебе вопрос, — тон становится жестче, требовательным, не допускающим возражений.
— Алиса, — задыхаясь от слез, отвечает девушка, вздрагивая от моего резкого тона.
Взглядом скольжу по раздевалке, оценивая ситуацию. Нужно было принять решение быстро, время не терпит.
— Хорошо, Алиса, что тебя так напугало? — тон спокойнее, мягче, я стараюсь ее успокоить.
— Я не хочу, не хочу танцевать, — жалобно скулит, прижимаясь руками к лицу.
— Я задал тебе вопрос, — тон становится жестче, требовательным, не допускающим возражений.
— Алиса, — задыхаясь от слез, отвечает девушка, вздрагивая от моего резкого тона.
Взглядом скольжу по раздевалке, оценивая ситуацию. Нужно было принять решение быстро, время не терпит.
— Хорошо, Алиса, что тебя так напугало? — тон спокойнее, мягче, я стараюсь ее успокоить.
Конечно, что-то меня пугало, но как можно бояться того, с кем прожил семнадцать лет? Я храбро посмотрела на него, когда дверь, в этой не знакомой мне квартире, захлопнулась.
– И где мы?
– Это наша квартира. – проговорил он.
– Наша? Почему я о ней узнаю только сейчас?
– Теперь узнала. Что ещё хочешь знать? – муж навис надо мной.
Он родной и в то же время не знаком. Чувствую исходящею от него угрозу или что-то другое? Поднимаю глаза.
– Хочу знать кто я для тебя. Что ты ко мне чувствуешь.
Виктор приблизился ко мне в плотную не отрывая от меня взгляда, тону в его в его темных глазах.
– Такая взрослая, а веришь в любовь?
– Это ты такой взрослый, который сам не знает, что чувствует. – да я резка, но выскажу всё – Ревнуешь, а сказать, что любишь не можешь.
– Любовь, любовь, любовь… Если ты меня любишь. – он грубо схватил мой подбородок и задрал моё лицо – Почему таскаешься с другим? Ведь любишь меня. Я не против люби. – муж лизнул возле моих губ – И помни чья ты жена.
– И где мы?
– Это наша квартира. – проговорил он.
– Наша? Почему я о ней узнаю только сейчас?
– Теперь узнала. Что ещё хочешь знать? – муж навис надо мной.
Он родной и в то же время не знаком. Чувствую исходящею от него угрозу или что-то другое? Поднимаю глаза.
– Хочу знать кто я для тебя. Что ты ко мне чувствуешь.
Виктор приблизился ко мне в плотную не отрывая от меня взгляда, тону в его в его темных глазах.
– Такая взрослая, а веришь в любовь?
– Это ты такой взрослый, который сам не знает, что чувствует. – да я резка, но выскажу всё – Ревнуешь, а сказать, что любишь не можешь.
– Любовь, любовь, любовь… Если ты меня любишь. – он грубо схватил мой подбородок и задрал моё лицо – Почему таскаешься с другим? Ведь любишь меня. Я не против люби. – муж лизнул возле моих губ – И помни чья ты жена.
Он называет себя Мистер Х. И у нас самые жестокие игры, на которые я пошла добровольно.
Твердая рука легла мне на живот и прижала дрожащее тело к его груди.
— Я покажу тебе рай, но сперва придется пройти через ад.
— Но… ты ведь обещал, что…
— Молчи! Больше никаких слов. — Бросив приказ, он прикусил нежную кожу на шее, но не сильно.
Обратной дороги нет.
Твердая рука легла мне на живот и прижала дрожащее тело к его груди.
— Я покажу тебе рай, но сперва придется пройти через ад.
— Но… ты ведь обещал, что…
— Молчи! Больше никаких слов. — Бросив приказ, он прикусил нежную кожу на шее, но не сильно.
Обратной дороги нет.
То, что предначертано судьбой — сбудется, хотим мы этого или нет. У провидения свои планы на каждого из нас. Жизнь и смерть, это две стороны одной медали. Так же как и боль с наслаждением. Но каждый сам выбирает, куда его приведёт груз принятых решений.
Бывший с друзьями заманил меня в ловушку. Решил поиздеваться и отомстить за то, что отвергла его, хотя я предупреждала, что не хочу терять девственность до свадьбы.
Когда меня привели в эту пещеру, я не сразу поверила, что закованный в цепи неподвижный мужчина не аниматор или манекен. Думала, что это жестокий розыгрыш, но вскоре поняла, как ошибалась! А они раздели меня, привязали к этому трупу и оставили умирать от ужаса в темноте.
Вряд ли мерзавцы знали, что на самом деле это не мертвец, а древний спящий вампир, который наконец-то учуял живую плоть. И если от них ему нужна лишь кровь, то зачем ему я? Ведь монстр не стал меня убивать, но и выпускать не намерен…
Когда меня привели в эту пещеру, я не сразу поверила, что закованный в цепи неподвижный мужчина не аниматор или манекен. Думала, что это жестокий розыгрыш, но вскоре поняла, как ошибалась! А они раздели меня, привязали к этому трупу и оставили умирать от ужаса в темноте.
Вряд ли мерзавцы знали, что на самом деле это не мертвец, а древний спящий вампир, который наконец-то учуял живую плоть. И если от них ему нужна лишь кровь, то зачем ему я? Ведь монстр не стал меня убивать, но и выпускать не намерен…
Выберите полку для книги