Книги по тегу «кавказский брак литмоб»: ""
- Кто ты такая, чёрт возьми? Откуда взялась? – его голос глухой, такой…раздражающе приятный, царапающий. От его голоса у меня внутри словно что-то взрывается и жар, лава течёт по телу.
- Где ты живёшь?
Незнакомец ворвался в мою жизнь, разом перевернув всё. Племянник моего приёмного отца, у которого, к тому же есть невеста.
- Златовласка, красивая такая, моей будешь, только моей, слышишь!
Но я не могу стать его, я ничьей не могу стать. Моя жизнь разрушена. Я не хочу быть для него игрушкой и не могу быть его женщиной.
- Я не стану вашей, Султан. Никогда. Этого не будет никогда.
Но как оказалось, моё никогда для него ничего не значит…
❤ ❤ ❤ ❤ ❤
- Где ты живёшь?
Незнакомец ворвался в мою жизнь, разом перевернув всё. Племянник моего приёмного отца, у которого, к тому же есть невеста.
- Златовласка, красивая такая, моей будешь, только моей, слышишь!
Но я не могу стать его, я ничьей не могу стать. Моя жизнь разрушена. Я не хочу быть для него игрушкой и не могу быть его женщиной.
- Я не стану вашей, Султан. Никогда. Этого не будет никогда.
Но как оказалось, моё никогда для него ничего не значит…
❤ ❤ ❤ ❤ ❤
– Ты – не та, кого я ждал. Но платье на тебе и кольцо на твоем пальце делают тебя моей. По праву. И я разберусь с этим. Позже. Жена.
– Не прикасайся ко мне! – шиплю, как змея.
Его рука с силой впивается мне в шею. Не чтобы задушить, чтобы обездвижить.
– Думаешь, это игра? Нет. Все будет по-настоящему.
Все это – ошибка.
Чудовищная, нелепая, непоправимая ошибка.
Еще сегодня утром я была Евой. Беззаботной студенткой, удачно сдавшей сессию, у которой впереди вся жизнь.
Но теперь этой Евы больше нет. Есть только Невеста. Чужая невеста в чужом платье, на чужой свадьбе.
– Не прикасайся ко мне! – шиплю, как змея.
Его рука с силой впивается мне в шею. Не чтобы задушить, чтобы обездвижить.
– Думаешь, это игра? Нет. Все будет по-настоящему.
Все это – ошибка.
Чудовищная, нелепая, непоправимая ошибка.
Еще сегодня утром я была Евой. Беззаботной студенткой, удачно сдавшей сессию, у которой впереди вся жизнь.
Но теперь этой Евы больше нет. Есть только Невеста. Чужая невеста в чужом платье, на чужой свадьбе.
По нелепой случайности я оказалась во власти жестокого кавказского бандита. И у него на меня особые планы...
- Влипла ты конкретно, студенточка, - говорит Аслан Ильхамов, высокий и смуглый красавчик. - Ты видела моё лицо и знаешь мой план, теперь у тебя два выхода...
Подходит ближе, ощупывает меня голодным взглядом.
Задерживается на груди.
- Либо умереть, либо стать послушной рабыней и выполнять все мои желания.
Берёт за талию, прижимает к себе.
- Прошу вас, - всхлипываю, - это ошибка. Меня не должно здесь быть...
- А мне плевать, - отвечает мерзавец, - ты в моей власти, и пути назад нет. Из таких, как ты, получаются отличные наложницы, тихие и покорные. Если научишься выполнять все мои желания, может, сделаю одной из своих жён-служанок...
- Влипла ты конкретно, студенточка, - говорит Аслан Ильхамов, высокий и смуглый красавчик. - Ты видела моё лицо и знаешь мой план, теперь у тебя два выхода...
Подходит ближе, ощупывает меня голодным взглядом.
Задерживается на груди.
- Либо умереть, либо стать послушной рабыней и выполнять все мои желания.
Берёт за талию, прижимает к себе.
- Прошу вас, - всхлипываю, - это ошибка. Меня не должно здесь быть...
- А мне плевать, - отвечает мерзавец, - ты в моей власти, и пути назад нет. Из таких, как ты, получаются отличные наложницы, тихие и покорные. Если научишься выполнять все мои желания, может, сделаю одной из своих жён-служанок...
- Согласны ли вы, Максим…
- Имя не то! - громыхает Идрис и, буквально оттолкнув моего отца, идет к нам.
- В каком… в каком смысле? - дрожащим голосом спрашивает регистратор.
- В прямом, - переводит на нее тяжелый взгляд. - Мое имя Идрис.
- Но жених…
- И жених я.
- Что? - спрашиваю одним губами. Голос пропал, и я не могу выдавить из себя ни звука.
- Что же ты не рассказал дочери о том, как продал ее три года назад за заводик, м? - спрашивает моего отца.
- Вы кто вообще такие? - спрашиваю с истерикой в голосе.
Он чуть наклоняется, сближая наши лица.
- Я - твой покупатель. Продавец твой отец. Прямо в рифму, - усмехается. - И мать. Продолжайте, - приказывает регистратору. Я срываюсь с места, чтобы побежать к маме, но он хватает меня за локоть и рывком возвращает к алтарю.
- Говори “да”, - рычит он на меня.
- Я не хочу, - качаю головой.
- А я не спрашиваю. И твой отец не спрашивал. Если не скажешь “да”, ему прострелят башку. Ну?
- Имя не то! - громыхает Идрис и, буквально оттолкнув моего отца, идет к нам.
- В каком… в каком смысле? - дрожащим голосом спрашивает регистратор.
- В прямом, - переводит на нее тяжелый взгляд. - Мое имя Идрис.
- Но жених…
- И жених я.
- Что? - спрашиваю одним губами. Голос пропал, и я не могу выдавить из себя ни звука.
- Что же ты не рассказал дочери о том, как продал ее три года назад за заводик, м? - спрашивает моего отца.
- Вы кто вообще такие? - спрашиваю с истерикой в голосе.
Он чуть наклоняется, сближая наши лица.
- Я - твой покупатель. Продавец твой отец. Прямо в рифму, - усмехается. - И мать. Продолжайте, - приказывает регистратору. Я срываюсь с места, чтобы побежать к маме, но он хватает меня за локоть и рывком возвращает к алтарю.
- Говори “да”, - рычит он на меня.
- Я не хочу, - качаю головой.
- А я не спрашиваю. И твой отец не спрашивал. Если не скажешь “да”, ему прострелят башку. Ну?
Выхожу на середину. Вскидываю подбородок улыбаясь. Руки поднимаю.
Черное платье. Алый платок. Алые губы.
Плавные движения.
Первая жена пришла поздравить вторую.
Только вот танец мой – это не про радость и счастье. Это про боль.
- Ты сказала – да! И я могу выбрать ту, которая меня любит.
- Я тебя любила, Дамир! Все эти годы, а ты…
- Что ты сказала?
Уже не важно, что я сказала, что сделала. Важно то, что я больше не могу и не хочу жить в этой лжи.
- Я развожусь с тобой, Дамир Джиоев! Я с тобой развожусь!
Черное платье. Алый платок. Алые губы.
Плавные движения.
Первая жена пришла поздравить вторую.
Только вот танец мой – это не про радость и счастье. Это про боль.
- Ты сказала – да! И я могу выбрать ту, которая меня любит.
- Я тебя любила, Дамир! Все эти годы, а ты…
- Что ты сказала?
Уже не важно, что я сказала, что сделала. Важно то, что я больше не могу и не хочу жить в этой лжи.
- Я развожусь с тобой, Дамир Джиоев! Я с тобой развожусь!
— Обрить её! — голос отца звучит как удар хлыста. — Пусть весь аул увидит её позор!
— Папа, прошу тебя! — я кричу, вырываясь из рук братьев. — Клянусь Аллахом, я чиста! Я ничего не делала!
— Замолчи! — брат дёргает меня за волосы, и я застываю от боли. — Ты посмела связаться с Кадировым!
— Я не хотела этого! Он сам пришёл! — мой голос срывается в отчаянии. — Он всё это подстроил, чтобы унизить нас!
— Довольно лжи! — рявкает отец. Машинка гудит, и я содрогаюсь всем телом.
— Лучше убейте меня! — кричу я, задыхаясь от слёз. — Пожалуйста, не надо!
— Уберите от неё руки, — вдруг раздаётся властный, ледяной голос.
Все резко замолкают.
Идрис Кадиров стоит на пороге, спокойно и уверенно глядя прямо на меня.
Мужчина, который одним своим появлением вселяет страх в сердца людей. Тот, чья болезненная одержимость делает меня изгоем в собственной семье. И теперь он пришёл за тем, что считает своим по праву.
За мной.
— Папа, прошу тебя! — я кричу, вырываясь из рук братьев. — Клянусь Аллахом, я чиста! Я ничего не делала!
— Замолчи! — брат дёргает меня за волосы, и я застываю от боли. — Ты посмела связаться с Кадировым!
— Я не хотела этого! Он сам пришёл! — мой голос срывается в отчаянии. — Он всё это подстроил, чтобы унизить нас!
— Довольно лжи! — рявкает отец. Машинка гудит, и я содрогаюсь всем телом.
— Лучше убейте меня! — кричу я, задыхаясь от слёз. — Пожалуйста, не надо!
— Уберите от неё руки, — вдруг раздаётся властный, ледяной голос.
Все резко замолкают.
Идрис Кадиров стоит на пороге, спокойно и уверенно глядя прямо на меня.
Мужчина, который одним своим появлением вселяет страх в сердца людей. Тот, чья болезненная одержимость делает меня изгоем в собственной семье. И теперь он пришёл за тем, что считает своим по праву.
За мной.
- Вон пошла. Быстро. Никаких контактов с моей семьёй, поняла? Узнаю – мало не покажется. Чтобы я больше тебя не видел. Нигде. Никогда.
- Это моя страна, и мой город. Не хочешь меня видеть – вали в свой аул, горец! Захочу – завтра вся столица будет в моих плакатах. Придётся кому-то выколоть глаза!
- Что ты сказала?
- Что слышал, Тагир. Я тебя не боюсь. Я тебя презираю. Ты для меня никто.
Я ушла. Гордо. Волосы назад.
Ушла и унесла тайну, о которой он не должен был узнать.
Я родила двойню, мальчика и девочку, но мальчик умер в роддоме. Я еле оправилась от жуткой трагедии, жила ради своей малышки.
Не думала, что когда-нибудь мне придётся встретиться с её отцом и узнать страшную правду.
- Мой Адам – твой сын…
- Это моя страна, и мой город. Не хочешь меня видеть – вали в свой аул, горец! Захочу – завтра вся столица будет в моих плакатах. Придётся кому-то выколоть глаза!
- Что ты сказала?
- Что слышал, Тагир. Я тебя не боюсь. Я тебя презираю. Ты для меня никто.
Я ушла. Гордо. Волосы назад.
Ушла и унесла тайну, о которой он не должен был узнать.
Я родила двойню, мальчика и девочку, но мальчик умер в роддоме. Я еле оправилась от жуткой трагедии, жила ради своей малышки.
Не думала, что когда-нибудь мне придётся встретиться с её отцом и узнать страшную правду.
- Мой Адам – твой сын…
- Мне не нужна русская жена. Я тебе об этом не раз говорил, - у меня такое ощущение, что муж ударил меня по лицу.
Хотя он даже голос не повысил. Однако слышать такое после всего, что было между нами, не просто больно. Этим он убивает меня еще раз. После того, как воскресил.
- Якуб... Но я думала, что мы... - принимаюсь бормотать и не могу четко сформулировать свои претензии.
- Нет никаких мы, Мила, - отсекает меня как что-то ненужное, - В наследство ты вступила. Всё, что нужно, мне передала...
Воздух становится до того тяжелым, что я его вдохнуть не могу.
В голове птицей бьётся всего лишь одна мысль - он меня не любит. И никогда не любил. Просто пользовался.
Якуб продолжает размеренно говорить:
- Документы на развод готовы. Материально я тебя тоже не обижу.
А я... Крепче вцепляюсь в подарочную коробочку. В ней - положительный тест на беременность.
И я ему про него теперь не скажу!
Хотя он даже голос не повысил. Однако слышать такое после всего, что было между нами, не просто больно. Этим он убивает меня еще раз. После того, как воскресил.
- Якуб... Но я думала, что мы... - принимаюсь бормотать и не могу четко сформулировать свои претензии.
- Нет никаких мы, Мила, - отсекает меня как что-то ненужное, - В наследство ты вступила. Всё, что нужно, мне передала...
Воздух становится до того тяжелым, что я его вдохнуть не могу.
В голове птицей бьётся всего лишь одна мысль - он меня не любит. И никогда не любил. Просто пользовался.
Якуб продолжает размеренно говорить:
- Документы на развод готовы. Материально я тебя тоже не обижу.
А я... Крепче вцепляюсь в подарочную коробочку. В ней - положительный тест на беременность.
И я ему про него теперь не скажу!
— Ты что задумал, сынок? — Зейнаб схватилась за сердце.
— Я решил жениться, мама. И это не обсуждается, — отрезал Мансур.
— На этой Розе? Пожалей мать, она же ведьма!
— Вай-вай… — прошептала тётя Нармин с тревогой.
— Завтра же отправитесь сватами, — продолжил Мансур. — В этот раз она примет моё кольцо.
— Снова сватами? После всего позора от их семьи?
— Ты, мама, сама накинешь ей на голову красный платок, — прорычал он. — Она будет моей.
Роза — вовсе не чёрная. Она красивая, нежная, но окружена ядом сплетен и зависти.
Мансур — мужчина чести, который не спрашивает разрешения. Он берёт то, что считает своим, даже если это разожжёт войну в семьях.
— Я решил жениться, мама. И это не обсуждается, — отрезал Мансур.
— На этой Розе? Пожалей мать, она же ведьма!
— Вай-вай… — прошептала тётя Нармин с тревогой.
— Завтра же отправитесь сватами, — продолжил Мансур. — В этот раз она примет моё кольцо.
— Снова сватами? После всего позора от их семьи?
— Ты, мама, сама накинешь ей на голову красный платок, — прорычал он. — Она будет моей.
Роза — вовсе не чёрная. Она красивая, нежная, но окружена ядом сплетен и зависти.
Мансур — мужчина чести, который не спрашивает разрешения. Он берёт то, что считает своим, даже если это разожжёт войну в семьях.
- Ты станешь моей женой.
- Я никогда не буду твоей! Я тебя ненавижу!
- Мне не нужна твоя любовь, мне нужен только ребёнок которого ты носишь.
Моя история стара как мир – бедная девушка влюбилась в богатого парня. Мы собирались пожениться, но его семья заставила от меня отказаться.
Мой любимый погиб, а ребенок, которого я жду теперь главная ценность для его семьи.
Мне приходится стать женой брата моего жениха. Мы ненавидим друг друга днем, а ночью пылаем от страсти. А когда кажется, что счастье близко, прошлое догоняет нас заставляя сердце разбиться на куски.
- Я никогда не буду твоей! Я тебя ненавижу!
- Мне не нужна твоя любовь, мне нужен только ребёнок которого ты носишь.
Моя история стара как мир – бедная девушка влюбилась в богатого парня. Мы собирались пожениться, но его семья заставила от меня отказаться.
Мой любимый погиб, а ребенок, которого я жду теперь главная ценность для его семьи.
Мне приходится стать женой брата моего жениха. Мы ненавидим друг друга днем, а ночью пылаем от страсти. А когда кажется, что счастье близко, прошлое догоняет нас заставляя сердце разбиться на куски.
Выберите полку для книги