Книги по тегу «наги»: ""
Анна повздорила с продавщицей шлангов, за что и была наказана. Точнее, отправлена в логово одичавшего нага-изгнанника.
– Возьму вот эту.
Генерал не отводил от меня свой взор, приблизившись, поэтому его выбор был очевидным и неожиданным не только для меня.
– Как это? Еленку? Поломойку мою? – изумленно захлопала ресницами хозяйка лавки и жестом указала на ожидающих красавиц. – Вы даже не взглянули на варианты! Они прекрасны! А эта… – сморщила нос тетка и ойкнула.
– Бракованная, – пискнула я, перебив ее, и в ужасе затрясла головой. – Меня нельзя! Я бракованная! Не невинная! Некрасивая и старая, да - старая! Нет-нет!
– Мне подходит, – ухмыльнулся покупатель плотоядно - аж коленки мои затряслись.
Вот теперь настало время делать ноги…
Генерал не отводил от меня свой взор, приблизившись, поэтому его выбор был очевидным и неожиданным не только для меня.
– Как это? Еленку? Поломойку мою? – изумленно захлопала ресницами хозяйка лавки и жестом указала на ожидающих красавиц. – Вы даже не взглянули на варианты! Они прекрасны! А эта… – сморщила нос тетка и ойкнула.
– Бракованная, – пискнула я, перебив ее, и в ужасе затрясла головой. – Меня нельзя! Я бракованная! Не невинная! Некрасивая и старая, да - старая! Нет-нет!
– Мне подходит, – ухмыльнулся покупатель плотоядно - аж коленки мои затряслись.
Вот теперь настало время делать ноги…
Он — Саргас, высший вайпер, чей взгляд парализует волю. Она — Элара, «пустая», невосприимчивая к его гипнозу.
Он купил её, чтобы сломать. Он хотел рабыню, но получил единственную женщину, на которую не действует его магия.
Когда яд бессилен против разума, в ход идет первобытная страсть.
Кто первым упадет на колени: жертва или хищник, ставший заложником собственной жажды?
Он купил её, чтобы сломать. Он хотел рабыню, но получил единственную женщину, на которую не действует его магия.
Когда яд бессилен против разума, в ход идет первобытная страсть.
Кто первым упадет на колени: жертва или хищник, ставший заложником собственной жажды?
–Успокойся!– рыкнул мой наг-спаситель, закинув меня на плечо.
–Я голая!
–Я заметил.
–Я не хочу на отбор!
–Это не имеет значения.
–Я работаю в библиотеке вуза!
–Наш император очень любит образованных ведьм.
И вот у меня два ухажера и острая потребность выжить.
–Я голая!
–Я заметил.
–Я не хочу на отбор!
–Это не имеет значения.
–Я работаю в библиотеке вуза!
–Наш император очень любит образованных ведьм.
И вот у меня два ухажера и острая потребность выжить.
На меня поспорили два нага. Они хотят меня соблазнить, но я их очень боюсь...но кажется...кажется их магия начинает работать. Иначе, почему я все время думаю о них. Сразу о двух.
— Вы прекрасны, когда не боитесь, — вдруг сказал Эрик, его голос снизился почти до шёпота. — Когда ваши глаза светятся любопытством, а не страхом. Это... мило.
Я почувствовала, как краска приливает к щекам.
— Это научное наблюдение или комплимент?
— А почему одно должно исключать другое? — он улыбнулся, но в его глазах было что-то серьёзное, почти голодное. — Учёный не перестаёт быть мужчиной, а наг — существом, ценящим красоту.
— Вы прекрасны, когда не боитесь, — вдруг сказал Эрик, его голос снизился почти до шёпота. — Когда ваши глаза светятся любопытством, а не страхом. Это... мило.
Я почувствовала, как краска приливает к щекам.
— Это научное наблюдение или комплимент?
— А почему одно должно исключать другое? — он улыбнулся, но в его глазах было что-то серьёзное, почти голодное. — Учёный не перестаёт быть мужчиной, а наг — существом, ценящим красоту.
На старости лет предложили эмигрировать в новый мир. Волшебный мир. С нагами, драконами и магией. А вместе с новым миром, молодое тело, обучение в магической академии и одно маленькое условие...
И вот, что из этого получилось...
И вот, что из этого получилось...
Новый мир – новые правила? Хорошо, я приму это, ведь платой была долгая жизнь. А раз я пошла на это, то не позволю какому-то чешуйчатому гаду, возомнившего себя тираном и вспомнившим заветы далёких предков, творить то, что ему возжелается!
Есть шанс сбежать – сбегу так далеко, что не дотянуться. Есть возможность укрыться у его врагов – окружу себя ими, что не подступиться. Я ничего не пожалею, чтобы остаться свободной и счастливой. Даже если придётся выйти замуж по договору. А любовь? Жизнь родных важнее!
Вот только, почему мужья на меня смотрят так, словно это я самая желанная добыча, а не они попали в мои игры?
Есть шанс сбежать – сбегу так далеко, что не дотянуться. Есть возможность укрыться у его врагов – окружу себя ими, что не подступиться. Я ничего не пожалею, чтобы остаться свободной и счастливой. Даже если придётся выйти замуж по договору. А любовь? Жизнь родных важнее!
Вот только, почему мужья на меня смотрят так, словно это я самая желанная добыча, а не они попали в мои игры?
Бывший муж на прощанье обозвал меня толстой, скучной бабой, после чего укатил в закат, прихватив почти все сбережения и мою лучшую подругу. Начну новую жизнь с экстремального сплава по реке. Будет весело — говорила сестра, а я, дура, поверила и оказалась за бортом во власти бушующей стихии. Утонула, очнулась в новом теле и стала трофеем для змея. Что может быть ужасней? А я вам скажу! Эти змеи оказались не самой большой проблемой, даже после смерти, пришлось браться за лопату!
Мне всего-то нужно было пробраться в кабинет ректора и найти один документ. План казался простым, пока из коридора не донеслись голоса старшекурсников. Пришлось срочно прятаться под его массивным столом, прижав колени к груди и молясь, чтобы меня не обнаружили.
Ректор вошёл вместе со студентами и совершенно спокойно принялся обсуждать сорванную тренировку. Я уже мысленно праздновала спасение, когда ногу свело судорогой, и носок моего ботинка предательски показался из-под стола.
Он заметил.
Я была уверена, что сейчас меня вытащат наружу и устроят допрос. Но ректор лишь невозмутимо продолжил разговор, словно под его столом совершенно случайно не пряталась девушка, которая только что рылась в его документах.
Когда студенты расселись, я осторожно начала выбираться из своего укрытия и подняла на него глаза. Он наклонился ко мне, наши губы едва ощутимо соприкоснулись, а затем он так же спокойно поднял с пола кристалл, выпрямился и обратился к студентам:
Ректор вошёл вместе со студентами и совершенно спокойно принялся обсуждать сорванную тренировку. Я уже мысленно праздновала спасение, когда ногу свело судорогой, и носок моего ботинка предательски показался из-под стола.
Он заметил.
Я была уверена, что сейчас меня вытащат наружу и устроят допрос. Но ректор лишь невозмутимо продолжил разговор, словно под его столом совершенно случайно не пряталась девушка, которая только что рылась в его документах.
Когда студенты расселись, я осторожно начала выбираться из своего укрытия и подняла на него глаза. Он наклонился ко мне, наши губы едва ощутимо соприкоснулись, а затем он так же спокойно поднял с пола кристалл, выпрямился и обратился к студентам:
Проснуться в зарослях крапивы после корпоратива — полбеды.
Обнаружить, что ты попаданка в теле красотки с ключом от психбольницы — уже сюжет.
Я — Нина, теперь Изабелла, хозяйка усадьбы на грани закрытия.
Пациенты принимают меня за воскресшую королеву, а единственный, кто не льстит, а обещает сжечь реальность дотла, — Алдис, властный наг в цепях и смирительной рубахе.
Я обязана его вылечить... Но когда я касаюсь его лица, темные глаза меняют цвет, а в животе порхают бабочки… и это проблема посерьёзнее, чем больная голова после корпоратива.
Спойлер: у нас обоих ничего не вышло. Зато будет жарко, абсурдно до колик в животике и просто хорошего настроения на 18+
Обнаружить, что ты попаданка в теле красотки с ключом от психбольницы — уже сюжет.
Я — Нина, теперь Изабелла, хозяйка усадьбы на грани закрытия.
Пациенты принимают меня за воскресшую королеву, а единственный, кто не льстит, а обещает сжечь реальность дотла, — Алдис, властный наг в цепях и смирительной рубахе.
Я обязана его вылечить... Но когда я касаюсь его лица, темные глаза меняют цвет, а в животе порхают бабочки… и это проблема посерьёзнее, чем больная голова после корпоратива.
Спойлер: у нас обоих ничего не вышло. Зато будет жарко, абсурдно до колик в животике и просто хорошего настроения на 18+
Выберите полку для книги