Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

— Привет, как ты? — интересуется лучшая подруга по телефону. — Устаешь наверно очень? Малым всего восемь месяцев, а ты уже на работу побежала, трудоголик ты наш.
— Да, но ты же знаешь, не могу по-другому, иначе фирму потеряю. Я за близнецов очень переживаю. Глеб уговорил няню нанять, предложил кандидатку, — усмехаюсь, — профессионалка своего дела, говорит! Только не лежит у меня к ней душа от слова совсем. Молоденькая такая, внешность куклы, но с детьми, вроде, ладит.
— Ты вебкамеру установи и посматривай за этой красавицей, — советует подруга.
— Точно! Прямо сейчас позвоню мастеру.

***

Муж вошёл в детскую, а там…
Наша няня.
— Здравствуйте, Глеб Андреевич, соскучились?
Прошептав это, фигуристая блондинка двинулась к нему...

– Загадаешь желание? – доносится до меня голос босса, наполненный неподдельной нежностью к дочке…
«Ну же… Посмотри мне в глаза… Мне нужно увидеть тебя…» – молю крошку мысленно. Ее лицо мне до сих пор не удалось разглядеть из-за снующих туда-сюда гостей.
– Дя! – радостно восклицает она, соглашаясь с отцом. И, наверное, еще не зная, что сокровенные желания стоит загадывать мысленно, торжественно произносит, зажмуриваясь: – Хоцу, стоб моя мама нашлась!
Все замолкают как по щелчку.
Малышка старательно дует щеки, набирая в себя больше воздуха.
Задувает все свечи и…
Мое терпение лопается. Я так близко сейчас и не могу увидеть ее! Расталкиваю людей почти что локтями! Бессовестно пробираюсь вперед.
Девочка открывает свои чудные зеленые глазки и смотрит прямо на меня.
Смотрит только на меня в этот момент…
– Ого... как быстло! – Выдает она удивленно.

Я стоял с букетом огромных роз и смотрел ей в глаза. Изменилась. Повзрослела. Другая стала. Чужая. Холодная. А ведь когда-то так сильно любила. Где это всё….Куда делось? Неужели я сам всё погубил?
Молча розы протягиваю.
- Это тебе, Стася!
Усмехается так не добро. Так не хорошо.
- Не стоит, Демид Тимирязев! И да, Стаси больше нет, есть совсем другой человек, , Амельченко Настасья Павловна!
Внутри что-то дёргается, я поднимаю глаза и смотрю вдаль. Идёт он, а рядом с ним….Рядом с ним мои счастливые дети, которым я причинил столько боли.
Поворачивается и идёт к нему, а я остаюсь с букетом алых грёбаных роз. Что это? Конец? А может просто начало конца и наша история только начинается….

— Ты действительно женат? — Рахманин кивает. — Тогда почему скрыл? Зачем я тебе, если у тебя есть семья, Камиль?

— Мозги ты мне запудрила, — выдает жёстко, не моргая глазом. — Обманулся на твою красоту и чуть ли не лишился жены с ребенком.

— А если бы я была беременна? Ты наплевал бы на нас, верно?

— Сделала бы аборт и на этом поставили бы жирную точку, — Рахманин скользит по мне насмешливым взглядом. — Я не готов жертвовать семьёй ради тебя. Ты того не стоишь, Дилара. Проваливай и больше не названивай мне, не ищи встреч...

Знала бы я, что у него есть семья, никогда в жизни не подпустила бы к себе. Но я ошиблась. И теперь мне придется держаться от него как можно дальше. Чтобы... спасти нашего малыша. Они не позволят мне его родить, если узнают мою тайну.

Навещая проживающую в провинции мать, Сергей попадает на похороны бывшей возлюбленной и узнает, что у него есть дочь. Он оформляет отцовство и забирает девочку себе. Ради этого он готов пожертвовать многим, но даже не подозревает, какие испытания уготовила ему судьба. Все дело в том, что Снежана оказывается необычным ребенком…

Аника - хозяйка демонического клана Нар-Шах. В её распоряжении множество мужчин. Семьи самых разных рас счастливы отдать воинов в её гарем.
Её ночи всегда горячи, её мужчины почти всегда послушны.
Чего же не хватает её высочеству великой леди? Ответ прост, как всё на свете. Всего лишь любви.

***
В самом сердце демонического архипелага правит Аника — повелительница могущественного клана Нар-Шах. Её власть абсолютна, а гарем насчитывает десятки преданных слуг разных рас. Но даже в этом мире, где желания становятся реальностью, а магия сплетается с властью, великая госпожа не может обрести главное — искреннюю любовь.

Среди роскоши и власти, в окружении покорных рабов, Аника ищет то, чего не купишь за сокровища миров — настоящее чувство. Её ночи пылают страстью, её мужчины исполняют любой приказ, но в сердце владычицы царит леденящая пустота.

— Послушай, я хотел рассказать тебе сразу, но… Ты бы просто не стала со мной дальше общаться.
— Поэтому ты решил обмануть? Зачем, Артем? Ради чего это все было?
— Я же влюбился в тебя, дурочка, — пытается хотя бы просто взять меня за руку, но я не даюсь. — Ты слишком преувеличиваешь. Между нами ничего не изменится.
— Ты хотя бы представляешь, насколько униженной я себя сегодня почувствовала?
— Многие так живут. Я вас с Пашкой не брошу, буду и дальше помогать, приезжать. Лет через пять разведусь с женой, ты мне дочку родишь.
— Дочку…

Еще недавно я думала, что он скоро сделает мне предложение, а теперь как-то придется смириться с тем, что мы с сыном оказались не слишком важны для этого мужчины.

Вторая семья.
Те, кого нужно прятать от законной жены, притворяясь, будто нас не существует.

У меня было всё, для того, чтобы быть счастливой. Но муж мне изменил и теперь придётся строить жизнь заново. Я больше не могу ему верить, он предал нашу любовь. Но он добивается прощения, говорит, что важна лишь я одна...
Проститься или простить?

Из соседней примерочной до меня донеслись голоса.
- Львеночееек, как тебе это белье? - кокетливо вопрошал женский голос, чья обладательница явно говорила по видеосвязи с мужем или любовником.
- Не могу дождаться, когда сорву его с тебя, - ответил ей другой голос. Мужской.
Голос, знакомый мне до боли.
Голос моего мужа.

Пятнадцать лет супружеской жизни, трое детей и в целом благополучная жизнь - все это не остановило моего мужа от того, чтобы найти себе девочку помоложе.
И это, к сожалению, оказалось не единственным шоком, который меня поджидал.
В самый неподходящий момент выяснилось, что я снова жду ребенка…

Я застала своего мужа с подругой нашей дочери-студенки.
Он изменил мне, променял нашу семью на молоденькую блондинку.
Что делать мне теперь?
Как мне принять, что после развода он свободен, а я - брошенная?
Или простить его ради детей и спокойствия престарелых родителей?
А может, все не так ужасно, и в сорок лет жизнь только начинается?