Книги по тегу «призраки и духи»: ""
Сару с детства интересовали сверхъестественные вещи. Друзья любили собираться в заброшенном доме и рассказывать страшные истории. Однажды они нашли книгу – мир не такой, каким кажется. Правда открывается не сразу, и страшный мировой заговор поставил на карту существование всех нас.
Каждый хочет быть великим. Львом, медведем, оленем... Но не ты выбираешь тотем, он выбирает тебя. Сможешь ли принять его достойно? Если да, я помогу вам обрести новый дом. Если нет... Я Решающий, и в моих руках ваша судьба. Но могу ли я решить верно, когда дело коснётся меня самого?
Польша, ноябрь 44 года, конец войны. Доберман из пересылочного концлагеря и псы-трупоеды, живущие на болоте. И за их спинами история древних позабытых богов.
Он лучший дознаватель-некромант ковена. Он выпытывает секреты и узнает тайны врагов Короны. И даже их смерть его не остановит.
Она простая человечка, зарабатывающая на жизнь составлением брачных договоров для вельмож Йиландера.
Они из разных миров и никогда не должны были встретиться. Но одна случайная ошибка перевернула всё
***
- Контракт подписан. - Мрачно выдохнул он, всё ещё не веря в происходящее. - Ты что мне подсунула, мышь серая?
Девчонка, которой сейчас полагалось пищать от ужаса и слезно молить о пощаде, уперла кулачки в бока и завопила так, что на столе с пронзительным трян-нь раскололся бокал:
- А ты чего куда ни попадя руки свои пихаешь, пельмень ты контуженный?!
Она простая человечка, зарабатывающая на жизнь составлением брачных договоров для вельмож Йиландера.
Они из разных миров и никогда не должны были встретиться. Но одна случайная ошибка перевернула всё
***
- Контракт подписан. - Мрачно выдохнул он, всё ещё не веря в происходящее. - Ты что мне подсунула, мышь серая?
Девчонка, которой сейчас полагалось пищать от ужаса и слезно молить о пощаде, уперла кулачки в бока и завопила так, что на столе с пронзительным трян-нь раскололся бокал:
- А ты чего куда ни попадя руки свои пихаешь, пельмень ты контуженный?!
Сонно моргая, я поднялся с подушки, отбросив пахнувшее мхом и сухими полевыми цветами одеяло в сторону. Уселся на край кровати, никак не в силах сообразить, что меня разбудило. Я вытаращился на окно, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в просвет между тонкими шторами. Луч серебристого, рассеянного, призрачного сияния лился сквозь слюдяное стекло, смешиваясь с золотистым, неярким мерцанием ночника. По тонкой паутине моего тела пробежала легкая, приятная дрожь и искрящиеся всполохи магии. Ага, вот в чем дело! Я погасил огонек в ночнике над головой и, подслеповато моргая, шагая по дорожке из лунного света, выбрался из дупла на ветку дерева. Покосившись на небо, я узрел вовсе не круглую луну, а ущербный рог месяца, и удрученно потряс головой.
— Но если я перестану приходить, — возразил он, — ты исчезнешь. Навсегда.
— Возможно, — согласилась она. — Но я исчезну, зная, что ты наконец-то свободен. Я люблю тебя слишком сильно, чтобы видеть, как ты мучаешься. Твоя любовь ко мне — это твоя темница. Открой дверь, Элиас.
— Возможно, — согласилась она. — Но я исчезну, зная, что ты наконец-то свободен. Я люблю тебя слишком сильно, чтобы видеть, как ты мучаешься. Твоя любовь ко мне — это твоя темница. Открой дверь, Элиас.
Он медленно повернулся — и она увидела его лицо. Оно было красивым, правильным, но мёртвым: бледная кожа, тёмные глаза, глубоко посаженные, с прищуром. Он протянул руку и коснулся её плеча, и она почувствовала ледяной холод, пронизывающий до костей. Она хотела крикнуть, но из горла вырвался лишь хрип.
— Марья, — сказал он, и голос его был низким и тягучим, как смола. — Ты уже здесь. Не бойся. Я ждал тебя дольше, чем ты можешь представить.
— Марья, — сказал он, и голос его был низким и тягучим, как смола. — Ты уже здесь. Не бойся. Я ждал тебя дольше, чем ты можешь представить.
Есть другая Россия. Не городов и дорог, а тайги, болот и гор. Здесь не ловит сотовая связь, но ловит душу нечто иное — древнее, незримое. Эта книга — не сборник сказок. Это следственная папка, заведённая на другую реальность.
Вы проедете с геологами по таёжному бездорожью и посреди гнуса и грязи встретите человека в идеально чистом костюме, которого не видит собака. Вы отправитесь в сплав по реке и будете петь песни у костра с призраком в спортивном костюме, которого не зафиксирует ни один фотоаппарат. Вы услышите, как ночью на глухом блокпосту кто-то поднимается по железной лестнице, оставляя снег нетронутым.
Вы зададите вопросы, на которые у науки нет ответов.
Настоящий сборник— это шокирующие свидетельства от людей трезвого ума: геологов, охотников, туристов, Это путешествие на край карты, а затем — на еще один шаг за её пределы, туда, где рушатся законы физики и вступают в силу древние, неписаные правила.
Эта книга, после которой вы не сможете спокойно смотреть на знако
Вы проедете с геологами по таёжному бездорожью и посреди гнуса и грязи встретите человека в идеально чистом костюме, которого не видит собака. Вы отправитесь в сплав по реке и будете петь песни у костра с призраком в спортивном костюме, которого не зафиксирует ни один фотоаппарат. Вы услышите, как ночью на глухом блокпосту кто-то поднимается по железной лестнице, оставляя снег нетронутым.
Вы зададите вопросы, на которые у науки нет ответов.
Настоящий сборник— это шокирующие свидетельства от людей трезвого ума: геологов, охотников, туристов, Это путешествие на край карты, а затем — на еще один шаг за её пределы, туда, где рушатся законы физики и вступают в силу древние, неписаные правила.
Эта книга, после которой вы не сможете спокойно смотреть на знако
Выберите полку для книги