Книги по тегу «российская империя»: ""
Вторая книга про приключения Маши из Пятерочки в теле Анны Леопольдовны-императрицы Российской империи.Середина 18 века,парики,кружева,пышные юбки и интриги! Любовь,пожар,война,другие беды.Но хитрая Маша,не спецназ,не десантура,просто зравомыслящая русская женщина умывает всех интриганов и правит империей на зло врагам.:))))Исторические личности,красивая эпоха....
Я никогда не хотела жить другой жизнью.
Но это случилось.
Я никогда не хотела умирать.
Но меня убили.
Я никому не желала служить!
Но меня заставили...
Думаете, на этом всё закончилось? О, нет! Всё только начинается!
Но это случилось.
Я никогда не хотела умирать.
Но меня убили.
Я никому не желала служить!
Но меня заставили...
Думаете, на этом всё закончилось? О, нет! Всё только начинается!
Закрыть глаза в привычном современном мире, чтобы очнуться в другом — классическая история попаданки.
Первые трудности миновали -- Александра получила работу, квартиру и цель в жизни, однако сплетники и завистники не дремлют, в тайне мечтая "свалить" слишком шуструю директрису школы.
Прапорщик Медведев стоит перед выбором -- раскрыть свою страшную тайну, или жениться, чтобы уберечь доброе имя Саши.
Только герцогиня Терезия не теряет самообладания и находит весьма ироничный выход из ситуации.
Первые трудности миновали -- Александра получила работу, квартиру и цель в жизни, однако сплетники и завистники не дремлют, в тайне мечтая "свалить" слишком шуструю директрису школы.
Прапорщик Медведев стоит перед выбором -- раскрыть свою страшную тайну, или жениться, чтобы уберечь доброе имя Саши.
Только герцогиня Терезия не теряет самообладания и находит весьма ироничный выход из ситуации.
Российская империя, 1891 год. Вдали от блистательного Петербурга, в живописном и тихом дачном поселке в Карелии происходит немыслимое – застрелен хозяин усадьбы, уважаемый всеми соседями титулованный аристократ. Соседи – столь же почтенные люди – в ужасе, ведь преступление как будто совершил кто-то из них. Озабочены и высокопоставленные чины в самой столице, а непосредственное расследование поручено Степану Егоровичу Кошкину, молодому, амбициозному полицейскому чиновнику, для которого происходящее – прекрасный шанс зарекомендовать себя на недавно полученной должности. Кошкину везет: улик немало, и есть все основания полагать, что виновна супруга погибшего – молодая графиня, признанная в высшем свете красавица, за которой давно уже тянется шлейф странных смертей. И Кошкин полон решимости провести тщательное расследование. Нужно лишь постараться не попасть под чары слез прекрасной вдовы.
Еще вчера я была Машей Семеновой, как говорится, просто Марией, а уже сегодня княжна Софья Вяземская — наследница немалого состояния. Девица знатная, симпатичная, да только пустышка. Магии ноль, здоровье слабое, характер не просматривается даже в зачаточном состоянии. Одним словом, позор рода Вяземских, недостойная колдуна, которого прочит мне в мужья император.
Вот только я — не княжна и терпеть обиды не стану. Вернусь домой во что бы то ни стало! Главное, пока буду искать дорогу обратно, сохранять с мужем дистанцию. В теории проще простого, ну а на практике…
Впрочем, не надо нам практики.
Еще бы как-то объяснить это Андрею… И совладать со своим непокорным сердцем.
Вот только я — не княжна и терпеть обиды не стану. Вернусь домой во что бы то ни стало! Главное, пока буду искать дорогу обратно, сохранять с мужем дистанцию. В теории проще простого, ну а на практике…
Впрочем, не надо нам практики.
Еще бы как-то объяснить это Андрею… И совладать со своим непокорным сердцем.
Я никогда не хотела жить другой жизнью.
Но это случилось.
Я никогда не хотела умирать.
Но меня убили.
Я никому не желала служить!
Но меня заставили...
Думаете, на этом всё закончилось? О, нет! Всё только начинается!
Но это случилось.
Я никогда не хотела умирать.
Но меня убили.
Я никому не желала служить!
Но меня заставили...
Думаете, на этом всё закончилось? О, нет! Всё только начинается!
Я засыпала после тяжелой двенадцатичасовой смены за кассой, а проснулась в шелковых постелях Зимнего дворца. В теле Анны Леопольдовны.
Расклад хуже некуда: на календаре 1740 год, императрица умерла, наглый фаворит Бирон считает меня пустым местом, казна разворована, а цесаревна Елизавета Петровна уже поит гвардию паленой водкой, готовя переворот. В учебниках истории моя судьба печальна, но есть один нюанс: я эту вашу историю не знаю. Зато я десять лет ловила воров в торговом зале, гасила скандалы в очередях и умею сводить дебет с кредитом без розовых очков.
Вы хотели слабую регентшу? Получайте злую заведующую!
Бирон? Уволен по статье с конфискацией!
Вороватые министры? Готовьтесь к жесткой инвентаризации!
А вам, сестрица Елизавета... Отмена! Фельдмаршал Миних, закрывайте двери, императрица начинает полный переучет!
Расклад хуже некуда: на календаре 1740 год, императрица умерла, наглый фаворит Бирон считает меня пустым местом, казна разворована, а цесаревна Елизавета Петровна уже поит гвардию паленой водкой, готовя переворот. В учебниках истории моя судьба печальна, но есть один нюанс: я эту вашу историю не знаю. Зато я десять лет ловила воров в торговом зале, гасила скандалы в очередях и умею сводить дебет с кредитом без розовых очков.
Вы хотели слабую регентшу? Получайте злую заведующую!
Бирон? Уволен по статье с конфискацией!
Вороватые министры? Готовьтесь к жесткой инвентаризации!
А вам, сестрица Елизавета... Отмена! Фельдмаршал Миних, закрывайте двери, императрица начинает полный переучет!
В усадьбе под Тверью мне надо было снять пробу с обгорелой лепнины и уехать до темноты.
Вместо этого я вошла в ночь на 24 декабря 1799 года. Она кончается пожаром в шесть утра и начинается заново.
Хозяин помнит все эти ночи. Я не помню ни одной. И он запретил мне спрашивать, что он сделал в ту, первую.
Вместо этого я вошла в ночь на 24 декабря 1799 года. Она кончается пожаром в шесть утра и начинается заново.
Хозяин помнит все эти ночи. Я не помню ни одной. И он запретил мне спрашивать, что он сделал в ту, первую.
Мир замер на пороге великой войны. Тень Наполеона накрыла светские салоны, кружа в вальсе третьим на балах. В этот момент юная провинциалка Софья Горчакова в сопровождении тётушки едет покорять Москву. Но не к балам и замужеству лежит душа девушки, в её планах университет и карьера медика.
Но первый же выход в свет сталкивает её с Андреем Берестовым, гусаром, сердцеедом и князем. Желанный для большинства девиц жених для самой Софи становится навязанным неприятным союзом.
Сможет ли война, расколовшая хрупкий мир, соединить столь разных людей, или они так и останутся чужими?
Время действия: 1812 год
Место действия Российская империя
Но первый же выход в свет сталкивает её с Андреем Берестовым, гусаром, сердцеедом и князем. Желанный для большинства девиц жених для самой Софи становится навязанным неприятным союзом.
Сможет ли война, расколовшая хрупкий мир, соединить столь разных людей, или они так и останутся чужими?
Время действия: 1812 год
Место действия Российская империя
Попасть в прошлое — это ещё полбеды. Проснуться в теле юной дебютантки, когда тебе мысленно тридцать пять — уже весело. А влюбиться в единственного мужчину, который выглядит адекватно — генерала, едва разменявшего четвёртый десяток, — это уже высший пилотаж по части создания скандала.
Петербург, 1833 год. Балы, сплетни, дуэли. В салонах спорят о новых повестях Гоголя и шепчутся о делах минувших — декабристских. А я ловлю себя на мысли, что единственный, с кем есть о чём поговорить — это закалённый в сражениях генерал, который для света «человек в летах». Он разрывается между честью и чувством. Я — между диким желанием вышвырнуть этот дурацкий корсет в окно и необходимостью делать реверансы. Нас ждёт дуэль, десяток колких эпиграмм и выбор: следовать жёстким правилам чужой эпохи или написать свои. Свой вариант, ясное дело, куда интереснее.
Петербург, 1833 год. Балы, сплетни, дуэли. В салонах спорят о новых повестях Гоголя и шепчутся о делах минувших — декабристских. А я ловлю себя на мысли, что единственный, с кем есть о чём поговорить — это закалённый в сражениях генерал, который для света «человек в летах». Он разрывается между честью и чувством. Я — между диким желанием вышвырнуть этот дурацкий корсет в окно и необходимостью делать реверансы. Нас ждёт дуэль, десяток колких эпиграмм и выбор: следовать жёстким правилам чужой эпохи или написать свои. Свой вариант, ясное дело, куда интереснее.
Выберите полку для книги