Читать и слушать книги

Слышишь, Кай? Это космос шепчет о твоих грехах.
Чувствуешь, Кай? Это я иду за тобой.
Спорим, Кай, ты меня уже любишь?
Наша первая встреча произошла двадцать лет назад. И тогда я впервые влюбилась, но ты сделал всё, чтобы я жестоко об этом пожалела.
Наша вторая встреча произошла двадцать лет спустя...
И теперь жалеть будешь ты!

В мире, где алхимия правит законами бытия, ученица совершает роковую ошибку. Похищая древний фолиант из библиотеки своего наставника, она случайно становится жертвой собственного любопытства. Её единственный шанс на спасение — холодный и неприступный мастер.

Эта история о том, как даже в самых тёмных глубинах возможно найти свет.

Попавшая в чужой мир, Вера оказывается в лапах существ, для которых люди — не более чем товар. Но она отказывается быть просто жертвой. Её путь лежит через страх и испытания, чтобы обрести наслаждение, о котором она и не подозревала.

В замок рода Ридд я приехала не за любовью — за сделкой, которая должна была спасти мою семью.

Но во время помолвки мой жених умер у самого венца. А древняя клятва вместо него выбрала меня.

Теперь на моей руке горит знак чужого рода, в усыпальнице шепчет голос мёртвого жениха, а все вокруг уверены: я либо виновна, либо должна лечь рядом с ним под землю.

Локсен Норд, мрачный свидетель Ордена Чёрных Лилий, говорит, что клятва не завершена. Что мой жених умер не полностью. И что до рассвета мне нужно выжить.

Но чем глубже я вхожу в тайны Риддов, тем яснее понимаю: меня привели сюда не как невесту.

Меня привели как ключ.

Только я не собираюсь открывать дверь тем, кто уже похоронил правду.

«Я согласилась стать графиней древнего рода. Согласилась учить принцесс. Согласилась разбираться с чужими тайнами и политикой. Но никто не предупредил, что однажды всё это станет моей собственной проблемой».

Пока в Крэйтон съезжаются претенденты на руку наследных принцесс, а вокруг плетутся заговоры и интриги, Катарине предстоит понять, кому можно доверить судьбу империи.
И собственное сердце.
Ведь ошибки обходятся слишком дорого.
Продолжение эпическо-романтического фэнтези «Синдром гаргульи».

В день развода альфа Таир Воррен отдаёт Миране старую швейную мастерскую на окраине стаи — как отступное, как насмешку и как конец её прежней жизни.
Но вместе с протекающей крышей, зашитыми окнами и забытыми выкройками Мирана получает то, чего не ждала: троих испуганных волчат, которых боится даже Совет. У детей украдены лунные имена, их сила связана старой клятвой, а будущая луна стаи слишком внимательно следит за каждым серебряным стежком.
Мирана не воин и не избранная спасительница. Она просто умеет чинить то, что другие считают безнадёжно испорченным. Рукав. Дом. Детский страх. Сломанное доверие.
Но чем глубже она распарывает старые тайны, тем яснее становится: прокляты не волчата. Проклята ложь, на которой держалась власть стаи.
И теперь Таиру придётся выбрать: защитить порядок, который он сам подписывал, или женщину, которую однажды не сумел удержать рядом.

Она — лисица. Он — волк. Она влюблена с первого дня. Он — холоден как лёд. Её оружие — короткие юбки, лисьи хитрости и приворотное зелье. Его защита — волчья выдержка, подозрительность и друг, который не оставит в беде.
Что, если одна чашка чая способна изменить всё? Дарина верит в магию трав. Михаил верит только в факты. Когда их миры сталкиваются, искры летят в разные стороны — вместе с мебелью, документами и планами на жизнь.

Я альфа Белых всего Дона. Главный волк региона. Но когда ко мне приходит альфа Бурых и сообщает, что кто-то убил истинную его сына, я не могу это игнорировать. Проверяю данные.
Полиция считает это ограблением, но есть один человек, кто видит в этом систему. Судмед, которую никто не берёт в расчёт. Рыжеволосая заноза с глубокими зелёными глазами. Ее не впечатляет мой статус, для неё нет авторитетов. Её интересуют только факты.
И с первого же взгляда на нее я понимаю, что влип.

Мне приказали найти артефакт, пропавший вместе с моим несносным коллегой Бертрамом Айронвудом, чье полное имя со всеми титулами и родовыми именами не помещалась на стандартную табличку на двери нашей общей лаборатории, из-за чего та у него была в разы больше моей, отчего каждый второй норовил оскорбить меня, назвав его ассистенткой!
И нет бы он пропал на берегу живописного моря, где я бы смогла совместить приятное с полезным… Его занесло в самое сердце непроходимых джунглей!

Власть, адреналин и животная страсть сплелись в тугой узел. Она стонала, кусая губы, чувствуя, как под кожей пульсирует горячая, живая кровь. В эти минуты она была на пике своего могущества — сильная, желанная.

Анна опустила взгляд. На поверхности чёрного, как смола, кофе, дрожало отражение. Но это было не её лицо. Из чашки на неё смотрела девочка с косичками.

Анна хотела закричать: «Игорь, смотри!», но горло вдруг сдавило стальным обручем. Сердце, только что бившееся ровно и сильно, совершило дикий, рваный кувырок и остановилось. Огромный, роскошный кабинет, испуганное лицо Игоря, огни ночной Москвы — всё это свернулось в воронку и всосалось в одну крошечную чёрную точку.

Анну швырнуло во тьму. Она застонала и открыла глаза.

Вместо дорогого виски воняло пустырником.

Она снова была Селей. Жалкой, прыщавой девочкой, лежащей на каталке в советской больнице, а над ней нависала бабка Варя.