Читать и слушать книги
- Я люблю твою жену, - донеслось из трубки.
Захотелось ответить: «я тоже ее люблю». А что? У меня прав больше, в конце концов, это моя жена. Моя.
Но я промолчал, ожидая, что мне еще сообщат. Ведь не просто так позвонил мой бывший (а как теперь иначе?) друг и сослуживец. Вряд ли только для того, что бы рассказать мне эту потрясающую новость.
- Хочу, что бы ты знал, - продолжил бывший друг, мое молчание его ничуть не смутило, - я буду ее добиваться.
Вас ждет:
# властный герой
# любовь и расставание
# любовный треугольник
# страсть и ревность
# ХЭ
Действие происходит за несколько лет до "Поцелованной богом"
Захотелось ответить: «я тоже ее люблю». А что? У меня прав больше, в конце концов, это моя жена. Моя.
Но я промолчал, ожидая, что мне еще сообщат. Ведь не просто так позвонил мой бывший (а как теперь иначе?) друг и сослуживец. Вряд ли только для того, что бы рассказать мне эту потрясающую новость.
- Хочу, что бы ты знал, - продолжил бывший друг, мое молчание его ничуть не смутило, - я буду ее добиваться.
Вас ждет:
# властный герой
# любовь и расставание
# любовный треугольник
# страсть и ревность
# ХЭ
Действие происходит за несколько лет до "Поцелованной богом"
Он - мистер совершенство, миллионер и наглый мерзавец в одном лице.
Я - простая студентка с кучей долгов, оставшихся, после смерти бабушки.
Он решил, что может купить меня. А я в надежде на спасение выставила ультиматум, что, раз ему так хочется, пусть сперва женится на мне.
Кто же знал, что он согласится...
Я - простая студентка с кучей долгов, оставшихся, после смерти бабушки.
Он решил, что может купить меня. А я в надежде на спасение выставила ультиматум, что, раз ему так хочется, пусть сперва женится на мне.
Кто же знал, что он согласится...
Я могу до сих пор представить наше будущее. Наши соединённые навсегда руки. Я бы сжала её и не отпускала, я бы смогла.
Рядом с Лёшей — бледнеет образ Пушкина.
Рядом с Пушкиным — бледнеет мир.
Рядом с Лёшей — бледнеет образ Пушкина.
Рядом с Пушкиным — бледнеет мир.
Илья - обычный парень. Далеко не идеальный, зато простой, отзывчивый и честный. Склонен к бунтарству, как большинство подростков.
Карина - скромная и стеснительная девушка из семьи с очень строгими нравами. Знакомство с Ильей и первые сильные чувства к парню, заставляют ее преступить через некоторые правила и нормы воспитания.
Карина - скромная и стеснительная девушка из семьи с очень строгими нравами. Знакомство с Ильей и первые сильные чувства к парню, заставляют ее преступить через некоторые правила и нормы воспитания.
Мой мужчина, моя жизнь, моя судьба. Могло ли нас что-нибудь разлучить? Думала нет, но кто-то решил по-другому. Сколько отпущено сверху боли и испытаний? Говорят, не больше, чем можешь вынести. И я несу… Прогибаюсь, терплю унижения, трясусь от страха и жду его, мою любовь. Верю, Мир придёт, спасёт и вернёт жизнь.
- У меня к тебе есть разговор. - Он протягивает мне руку, на которую я смотрю, но не принимаю, обойдя мужчину.
- Я не имею представления, какой между нами может быть разговор. Мы едва знакомы. - Мои слова вырываются грубо. Дохожу до двери, и поворачиваюсь к мужчине, который вновь двинулся в моем направлении. Он настигает меня быстро, а я продолжала стоять, смотреть на него.
- Когда ты вчера целовала меня, то не думала о том, что мы едва знакомы.
ЗАВЕРШЕНО!
- Я не имею представления, какой между нами может быть разговор. Мы едва знакомы. - Мои слова вырываются грубо. Дохожу до двери, и поворачиваюсь к мужчине, который вновь двинулся в моем направлении. Он настигает меня быстро, а я продолжала стоять, смотреть на него.
- Когда ты вчера целовала меня, то не думала о том, что мы едва знакомы.
ЗАВЕРШЕНО!
- Раздевайся, кукла Даша. Ты же и так всем разболтала, как мы с тобой тут развлекались. Сделка сорвалась, свадьба — тоже. Если уж мне быть козлом отпущения, то хотя бы за дело.
- Мне жаль! - испуганно пискнула девушка.
- Тебе жаль, что придется отвечать за свою ложь, - жестко хватая ее за подбородок, прошипел он. - Ты не жалеешь о содеянном.
- Отпусти, Егор! Я больше не буду, клянусь!
- Я больше не буду, - передразнил ее Егор. - Мы, по-твоему, в детском саду? Я знаю, что ты больше не будешь. Не после сегодняшнего.
- Что ты собираешься делать?
- Ты ведь уже знаешь, что я буду с тобой делать, Даша. Разве не этого ты добивалась? Сегодня я, наконец, исполню твою мечту. Только, боюсь, это будет совсем не как в твоих розовых фантазиях. Я люблю жестко, знаешь?
- Мне жаль! - испуганно пискнула девушка.
- Тебе жаль, что придется отвечать за свою ложь, - жестко хватая ее за подбородок, прошипел он. - Ты не жалеешь о содеянном.
- Отпусти, Егор! Я больше не буду, клянусь!
- Я больше не буду, - передразнил ее Егор. - Мы, по-твоему, в детском саду? Я знаю, что ты больше не будешь. Не после сегодняшнего.
- Что ты собираешься делать?
- Ты ведь уже знаешь, что я буду с тобой делать, Даша. Разве не этого ты добивалась? Сегодня я, наконец, исполню твою мечту. Только, боюсь, это будет совсем не как в твоих розовых фантазиях. Я люблю жестко, знаешь?
Я приехала в Москву, чтобы претендовать на должность помощницы, а попала… в уборщицы. И если бы не случайность, не видать бы мне и этой должности.
Но даже уборщицам в «Данилов энд партнерс» платят хорошо, а потому я засунула гордость подальше и согласилась. Тогда я еще не знала, что сам недосягаемый точно звезды Данилов сделает мне предложение, от которого я не смогу отказаться…
В общем попала я по полной. По самые помидоры, как говорят мои братья. Ведь я все-таки умудрилась в него влюбиться.
Но даже уборщицам в «Данилов энд партнерс» платят хорошо, а потому я засунула гордость подальше и согласилась. Тогда я еще не знала, что сам недосягаемый точно звезды Данилов сделает мне предложение, от которого я не смогу отказаться…
В общем попала я по полной. По самые помидоры, как говорят мои братья. Ведь я все-таки умудрилась в него влюбиться.
Близнецы, волей судьбы разлученные в детстве, снова встречаются, и меняются ролями. Выросшая на улице Лада попадает в аристократическое общество, а изнеженная и избалованная Алиса пробует себя в роли стриптизерши и участника банды. Давид, опекающий Алису с детства, случайно встречает девушку, похожую как две капли воды на его племянницу, у них завязываются сложные отношения, которые перерастают в любовные. Все усложняется, когда они узнают, что приходятся друг другу близкими родственниками.
- Здравствуй, Дана, - до боли знакомый голос с хрипотцой заставляет меня вздрогнуть. Медленно поднимаю голову и сталкиваюсь с синими глазами, что смотрят на меня в упор.
Открываю и закрываю рот, стараясь подобрать подходящие слова. Два года! Два года назад мой муж бросил меня, а теперь появляется, как ни в чем не бывало на пороге кофейни!
- А вот и наша мама…- няня распахивает дверь, и в помещение, смешно переваливаясь, вбегает мой сын.
Наш с Аланом сын.
- Ма-ма! – малыш раскидывает ручки, широко улыбается и кидается в мои объятия. Подхватываю сыночка на руки, крепко целую и прижимаю к себе. Руслан вертится, заинтересованно смотрит на своего отца и, смутившись, прячет личико у меня на груди.
- Ничего не хочешь мне сказать? – голос Алана охрип, как будто он простужен. Ослабляет галстук, словно задыхается. Не сводит жадного взгляда с малыша.
- Не понимаю, о чем ты.
- Не надо делать из меня идиота, Даниэла! Это же мой ребенок, - не спрашивает, а утверждает.
Хочу возразить, что это только мой сын, но малыш неожиданно показывает пальчиком на Алана и выдает четко:
- Па-па!
Открываю и закрываю рот, стараясь подобрать подходящие слова. Два года! Два года назад мой муж бросил меня, а теперь появляется, как ни в чем не бывало на пороге кофейни!
- А вот и наша мама…- няня распахивает дверь, и в помещение, смешно переваливаясь, вбегает мой сын.
Наш с Аланом сын.
- Ма-ма! – малыш раскидывает ручки, широко улыбается и кидается в мои объятия. Подхватываю сыночка на руки, крепко целую и прижимаю к себе. Руслан вертится, заинтересованно смотрит на своего отца и, смутившись, прячет личико у меня на груди.
- Ничего не хочешь мне сказать? – голос Алана охрип, как будто он простужен. Ослабляет галстук, словно задыхается. Не сводит жадного взгляда с малыша.
- Не понимаю, о чем ты.
- Не надо делать из меня идиота, Даниэла! Это же мой ребенок, - не спрашивает, а утверждает.
Хочу возразить, что это только мой сын, но малыш неожиданно показывает пальчиком на Алана и выдает четко:
- Па-па!
Выберите полку для книги