Книги в жанре «Современный любовный роман»
"Говорят: под Новый год что ни пожелается – всё всегда произойдёт, всё всегда сбывается", - поётся в известной детской песенке.
Но после череды неудач Полина совсем потеряла веру в чудеса. Теперь ей придётся выяснить: возможно ли разбудить волшебство, написав список желаний?
Но после череды неудач Полина совсем потеряла веру в чудеса. Теперь ей придётся выяснить: возможно ли разбудить волшебство, написав список желаний?
— Твоя дочь испортила мою тачку, — холодно заявляет Виленский. — А ты сорвала важные переговоры.
— Простите. Это вышло случайно.
Мужчина склоняет голову набок, сканирует меня пристальным взглядом. И мне становится страшно.
Боюсь себе представить, что он потребует взамен.
— В качестве компенсации… Станешь моей женой.
— Что? Нет. Я не могу…
— Мне плевать. Будешь делать, что прикажу, и я прощу тебе все, что вы с дочкой натворили.
Нам с доченькой пришлось бежать от преследований бывшего мужа, а вместо этого угодили в лапы страшного незнакомца. Он хочет, чтобы мы играли в семью. Я знаю, что он меня ненавидит, вот только Виленский — единственный, кто может защитить мою дочь.
— Простите. Это вышло случайно.
Мужчина склоняет голову набок, сканирует меня пристальным взглядом. И мне становится страшно.
Боюсь себе представить, что он потребует взамен.
— В качестве компенсации… Станешь моей женой.
— Что? Нет. Я не могу…
— Мне плевать. Будешь делать, что прикажу, и я прощу тебе все, что вы с дочкой натворили.
Нам с доченькой пришлось бежать от преследований бывшего мужа, а вместо этого угодили в лапы страшного незнакомца. Он хочет, чтобы мы играли в семью. Я знаю, что он меня ненавидит, вот только Виленский — единственный, кто может защитить мою дочь.
- Ты. Вонючий. Изменник!
- Крис, какого…
- И угораздило же меня влюбится в такого конченного…
- Полегче, - Костя касается меня свободной рукой, но я тут же вскидываю биту и бью его, куда попаду. Он прикрывается своим веником, но делает только хуже. Шипы роз вместе с ударом битой – тот ещё коктейль.
- Дура, что ли?!
Выхватываю букет из его рук и бью его уже им. Биту жалко об этого урода ломать. В какой-то миг, когда от букета остались только палки, а мы белыми лепестками засыпаны с ног до головы, покрыт пол и даже часть подъезда, Костя, исхитрившись, хватает меня, прижимает к стене в стремлении остановить это безумие.
Его глаза, цвета дорогого коньяка, пылают яростью. Он зол. По щеке мажора, из царапины от роз стекает тоненькая струйка крови. Он пахнет мужиком – одеколон, вроде сигареты и освежающие леденцы. Педант и чистюля. Точно убирает все улики после своих шлюх!
- Крис, какого…
- И угораздило же меня влюбится в такого конченного…
- Полегче, - Костя касается меня свободной рукой, но я тут же вскидываю биту и бью его, куда попаду. Он прикрывается своим веником, но делает только хуже. Шипы роз вместе с ударом битой – тот ещё коктейль.
- Дура, что ли?!
Выхватываю букет из его рук и бью его уже им. Биту жалко об этого урода ломать. В какой-то миг, когда от букета остались только палки, а мы белыми лепестками засыпаны с ног до головы, покрыт пол и даже часть подъезда, Костя, исхитрившись, хватает меня, прижимает к стене в стремлении остановить это безумие.
Его глаза, цвета дорогого коньяка, пылают яростью. Он зол. По щеке мажора, из царапины от роз стекает тоненькая струйка крови. Он пахнет мужиком – одеколон, вроде сигареты и освежающие леденцы. Педант и чистюля. Точно убирает все улики после своих шлюх!
Судьба, рок, карма, предопределение - всё это вполне расхожие для нас и даже почти понятные слова! Другое дело, если ты не фаталист, смириться с глобальными неожиданностями, довольно сложно!
Особенно, если ты привык всегда и во всём руководствоваться лишь собственными прогнозами и планами. Если ты любого стороннего влияния на свою жизнь, категорически неприемлешь!
А форс-мажоры, которые да, случаются, лишь как временные и незначительные препоны воспринимаешь!
Георгий Михайлович, давно привык лишь на себя и свой прозорливый, расчётливый и изворотливый ум полагаться!
Но вот последствий проделок затейницы-Судьбы и подножек несправедливой и незаслуженной Кармы, к сожалению, в силу авторитарного характера, не учёл!
Особенно, если ты привык всегда и во всём руководствоваться лишь собственными прогнозами и планами. Если ты любого стороннего влияния на свою жизнь, категорически неприемлешь!
А форс-мажоры, которые да, случаются, лишь как временные и незначительные препоны воспринимаешь!
Георгий Михайлович, давно привык лишь на себя и свой прозорливый, расчётливый и изворотливый ум полагаться!
Но вот последствий проделок затейницы-Судьбы и подножек несправедливой и незаслуженной Кармы, к сожалению, в силу авторитарного характера, не учёл!
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза.
Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим.
— А я тут при чем? Мы давно в разводе.
— Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого.
— Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак...
Он игнорирует мои слова.
— С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет, вещи можешь не собирать.
⭐️БЕСТСЕЛЛЕР⭐️
ХЭ. ОДНОТОМНИК
Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим.
— А я тут при чем? Мы давно в разводе.
— Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого.
— Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак...
Он игнорирует мои слова.
— С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет, вещи можешь не собирать.
⭐️БЕСТСЕЛЛЕР⭐️
ХЭ. ОДНОТОМНИК
"Ну, и что будем делать, Анна Степановна?" – с этой самой фразой Аня первый раз увидела улыбку на лице своего более чем сурового босса.
Она удивилась, что он вообще помнит, как её зовут, и едко заявила это начальнику – благо, храбрости ей добавляло выпитое шампанское. Но этот зазноба лишь усмехнулся и ответил не без ехидства, что знает в лицо всех своих сотрудников.
Ей тотчас вспомнился порванный отчёт, Нина, которая уговорила её поехать в этот санаторий, и ещё несколько неловких моментов в офисе.
Когда она соглашалась на одну из двух бесплатных путёвок, то не знала, что вторым тайным гостем этого уютного природного уголка станет её строгий босс.
Она удивилась, что он вообще помнит, как её зовут, и едко заявила это начальнику – благо, храбрости ей добавляло выпитое шампанское. Но этот зазноба лишь усмехнулся и ответил не без ехидства, что знает в лицо всех своих сотрудников.
Ей тотчас вспомнился порванный отчёт, Нина, которая уговорила её поехать в этот санаторий, и ещё несколько неловких моментов в офисе.
Когда она соглашалась на одну из двух бесплатных путёвок, то не знала, что вторым тайным гостем этого уютного природного уголка станет её строгий босс.
– Ты не забыл, что у нас забронирован стол в ресторане? – напомнила я мужу, когда мы собрались за обедом. – У нас сегодня дата – пять лет со дня свадьбы.
При одном виде Лёши меня начинало трясти! Пришлось взять себя в руки, иначе эта тарелка с макаронами точно бы разбилась о его голову.
– Точно, спасибо, что напомнила, – улыбнулся муж и тут же зевнул.
– Не выспался? – сквозь зубы спросила я. – Ты пришёл домой в час ночи.
– Много работы, сама понимаешь, – развёл он руками.
Наглый обманщик и предатель! Знаю я, какая у него была работа! Мой муж задержался по одной причине: измена с моей лучшей подругой!
Доказательство измены мужа было зафиксировано камерой и сейчас хранилось на моей флешке.
Да, он изменял мне в кабинете, в котором была камера!
При одном виде Лёши меня начинало трясти! Пришлось взять себя в руки, иначе эта тарелка с макаронами точно бы разбилась о его голову.
– Точно, спасибо, что напомнила, – улыбнулся муж и тут же зевнул.
– Не выспался? – сквозь зубы спросила я. – Ты пришёл домой в час ночи.
– Много работы, сама понимаешь, – развёл он руками.
Наглый обманщик и предатель! Знаю я, какая у него была работа! Мой муж задержался по одной причине: измена с моей лучшей подругой!
Доказательство измены мужа было зафиксировано камерой и сейчас хранилось на моей флешке.
Да, он изменял мне в кабинете, в котором была камера!
Мой муж мне изменяет.
Я знаю это наверняка, ведь прямо сейчас, сидя на лавочке напротив дорогого ресторана, я собственными глазами наблюдаю за тем, как мой супруг смачно целует смазливую блондинку, которая годится ему в дочери.
Что дальше?
Развод?
Не в этой жизни.
Если я подам на развод, в этом городе для меня не останется места. Как, возможно, и в любом другом. У Матвея длинные руки — дотянется везде.
А значит, у меня есть лишь один выход — пойти войной на собственного мужа, самого влиятельного и опасного человека в городе...
Я знаю это наверняка, ведь прямо сейчас, сидя на лавочке напротив дорогого ресторана, я собственными глазами наблюдаю за тем, как мой супруг смачно целует смазливую блондинку, которая годится ему в дочери.
Что дальше?
Развод?
Не в этой жизни.
Если я подам на развод, в этом городе для меня не останется места. Как, возможно, и в любом другом. У Матвея длинные руки — дотянется везде.
А значит, у меня есть лишь один выход — пойти войной на собственного мужа, самого влиятельного и опасного человека в городе...
Сложно определить, где проходит грань дозволенного. Особенно трудно понять, где проходит красная черта для каждого человека. Я всегда думала, что прошлый опыт, который иногда возвращается и напоминает о себе, дал мне гарантии на всю жизнь. Я надеялась, что больше никогда не попадусь в расставленные вокруг меня капканы. Но всё оказалось иначе. Он просто взял и нарушил мои границы… руша представления о жизни в целом.
— Артем, мне надо тебе кое-что сказать, — шепчу непослушными губами.
Но лучший друг брата замирает… смотрит на мою татуировку.
— Так это ты была в ту ночь, — проговаривает он и отшатывается от меня.
— Тём, — прикасаюсь к его спине, но он скидывает мою руку.
— Арина от меня, да? — впервые смотрит на меня, и я вижу в его глазах боль. — Она моя дочь, Ален?
Киваю. И жду, что будет дальше…
Но лучший друг брата замирает… смотрит на мою татуировку.
— Так это ты была в ту ночь, — проговаривает он и отшатывается от меня.
— Тём, — прикасаюсь к его спине, но он скидывает мою руку.
— Арина от меня, да? — впервые смотрит на меня, и я вижу в его глазах боль. — Она моя дочь, Ален?
Киваю. И жду, что будет дальше…
Выберите полку для книги