Книги в жанре «Романы о молодых героях»
Андрей совершенно не готов к взрослой жизни. От проблем он, обычно, откупался. От назойливых нравоучений родственников запирался в своей комнате или на время "зависал" у друзей. А тут такая подстава: мать составляет завещание. С особым условием. Он должен проработать год на обычной работе. Не купить трудовую, не снять влог. А по-настоящему работать. Год. Этот челлендж куда сложнее!
Для мажора, привыкшего к роскоши, это звучит как приговор.
Теперь Андрею предстоит за год доказать, что он способен на большее, чем скандалы и пьяные тусовки. Но он не знает, что судьба готовит ему куда более серьёзные испытания.
Для мажора, привыкшего к роскоши, это звучит как приговор.
Теперь Андрею предстоит за год доказать, что он способен на большее, чем скандалы и пьяные тусовки. Но он не знает, что судьба готовит ему куда более серьёзные испытания.
Что делать, если за несколько часов до Нового года, твой парень, резко без объяснений, объявляет о разрыве?
Предложить незнакомцу, притвориться твоим парнем...
Откройте книгу — и узнайте, как яблоки для оливье стали точкой отсчёта для самой неожиданной сказки.
Не раздумывая, Ася подскочила к нему и, почти повиснув на нём (благо, рост позволял — незнакомец был как минимум на полторы головы выше), прошептала ему почти в ухо: — Подыграйте, пожалуйста! Там мой бывший со своей новой пассией. Сделайте, пожалуйста вид, что мы вместе!
Мужчина медленно обернулся. Первым делом её глаза уперлись в его накаченную грудь, обтянутую белой футболкой. Ткань натянулась на ярко – выраженных мышцах, очерчивая рельеф, и Ася в восторге мысленно присвистнула: «Делают же такое…»
Предложить незнакомцу, притвориться твоим парнем...
Откройте книгу — и узнайте, как яблоки для оливье стали точкой отсчёта для самой неожиданной сказки.
Не раздумывая, Ася подскочила к нему и, почти повиснув на нём (благо, рост позволял — незнакомец был как минимум на полторы головы выше), прошептала ему почти в ухо: — Подыграйте, пожалуйста! Там мой бывший со своей новой пассией. Сделайте, пожалуйста вид, что мы вместе!
Мужчина медленно обернулся. Первым делом её глаза уперлись в его накаченную грудь, обтянутую белой футболкой. Ткань натянулась на ярко – выраженных мышцах, очерчивая рельеф, и Ася в восторге мысленно присвистнула: «Делают же такое…»
В глубинах Вечности живёт высший разум и зреет замысел. Он существует вне времени, по своим собственным законам, неподвластным человеческому пониманию. Таинственные узоры складываются там, чтобы наши герои встретились вновь, а тайны прошлого раскрылись.
Скоро потусторонний мир откроет свои грани и героям предстоит это принять.
Оказывается, жизнь устроена сложнее и глубже и врата Вечности будут неожиданно открыты. Любовь станет только прелюдией к главному, а реальная жизнь покажется бутафорией перед магией огромного Космоса.
Настя и Ростик, Кристя и Яша, а теперь ещё Гоша, Илья и Вероника пытаются разобраться в тонкостях собственных чувств и обрести себя, но кто-то там, с оборотной стороны Вселенной, знает лучше их прошлое и будущее, их предназначение и протянет руку, чтобы соединить их жизни.
Действие книги происходит в трёх мирах - мире Небесном, на Земле и в Тёмном мире. А персонажи книги - ангелы, демоны и обычные питерские студенты, за некоторым исключением...
Скоро потусторонний мир откроет свои грани и героям предстоит это принять.
Оказывается, жизнь устроена сложнее и глубже и врата Вечности будут неожиданно открыты. Любовь станет только прелюдией к главному, а реальная жизнь покажется бутафорией перед магией огромного Космоса.
Настя и Ростик, Кристя и Яша, а теперь ещё Гоша, Илья и Вероника пытаются разобраться в тонкостях собственных чувств и обрести себя, но кто-то там, с оборотной стороны Вселенной, знает лучше их прошлое и будущее, их предназначение и протянет руку, чтобы соединить их жизни.
Действие книги происходит в трёх мирах - мире Небесном, на Земле и в Тёмном мире. А персонажи книги - ангелы, демоны и обычные питерские студенты, за некоторым исключением...
— Ревнуешь? — вскидывает брови и криво ухмыляется, чувствуя победу.
— Тебя, братик? — усмехаюсь в ответ.
— Напомнить тебе, как ты просила ещё и ещё?
— Это была ошибка! Я не имела понятия, кем ты мне приходишься! Это больше не повторится!
— Мне плевать на всё. Ты всё равно будешь моей. Я пойду на всё, — припечатывает, давая понять, что не блефует.
— Тебя, братик? — усмехаюсь в ответ.
— Напомнить тебе, как ты просила ещё и ещё?
— Это была ошибка! Я не имела понятия, кем ты мне приходишься! Это больше не повторится!
— Мне плевать на всё. Ты всё равно будешь моей. Я пойду на всё, — припечатывает, давая понять, что не блефует.
Вы уже составили планы на Новый год?
Я - да!
1. Пересмотреть Дневник Бриджит Джонс.
2. Развестись с мужем.
3. Уехать в Турцию или в горы, чтобы прийти в себя.
4. Отомстить ему так, чтобы он икал, вспоминая мое имя!
Почему развестись?
Всё банально и грустно, он изменил мне с лучшей подругой.
Так что моя главная цель Нового года: найти новую любовь - доброго, спокойного, верного мужчину. И это уж точно не звездный повар Илья Сметанин, с которым я случайно столкнулась в магазине 31 декабря!
Я - да!
1. Пересмотреть Дневник Бриджит Джонс.
2. Развестись с мужем.
3. Уехать в Турцию или в горы, чтобы прийти в себя.
4. Отомстить ему так, чтобы он икал, вспоминая мое имя!
Почему развестись?
Всё банально и грустно, он изменил мне с лучшей подругой.
Так что моя главная цель Нового года: найти новую любовь - доброго, спокойного, верного мужчину. И это уж точно не звездный повар Илья Сметанин, с которым я случайно столкнулась в магазине 31 декабря!
— Как Вы себя чувствуете после вчерашней встречи? Понравилось с ним?
— Отпусти меня немедленно! Что ты себе позволяешь? Никто не даёт тебе права так со мной разговаривать!
— Как быстро, Ксения Игоревна, мы перешли на «ты», — парень с лёгкостью пресекает все мои попытки вырваться из железной хватки. — Как в старые добрые времена, да? Когда ты даже не подозревала, кто я.
— Ничего не было, — шиплю. — Никаких времён! Досадная ошибка, о которой я безумно жалею.
— Как же не было, Ксения Игоревна? Напомнить, сколько раз ты просила не останавливаться, м? — голос становится тише, в нём я слышу знакомые хриплые нотки.
— То, что между нами произошло, просто ошибка. Я не должна была этого допускать!
— Ты трижды совершила ошибку, да, Ксения Игоревна? Тогда совершим следующую…
— Отпусти меня немедленно! Что ты себе позволяешь? Никто не даёт тебе права так со мной разговаривать!
— Как быстро, Ксения Игоревна, мы перешли на «ты», — парень с лёгкостью пресекает все мои попытки вырваться из железной хватки. — Как в старые добрые времена, да? Когда ты даже не подозревала, кто я.
— Ничего не было, — шиплю. — Никаких времён! Досадная ошибка, о которой я безумно жалею.
— Как же не было, Ксения Игоревна? Напомнить, сколько раз ты просила не останавливаться, м? — голос становится тише, в нём я слышу знакомые хриплые нотки.
— То, что между нами произошло, просто ошибка. Я не должна была этого допускать!
— Ты трижды совершила ошибку, да, Ксения Игоревна? Тогда совершим следующую…
— Чернышев, пусти меня! Какая муха тебя укусила? Чего ты хочешь от меня, Игнат? К чему всё это? Зачем ты за мной пошёл? — дёргаюсь, пытаюсь вырваться из железной хватки.
— Ты дурочкой прикидываешься? Или, правда, не понимаешь? — подаётся вперёд, горячим дыханием опаляет лоб.
— Нет, не понимаю. Дай мне пройти, пожалуйста!
— Тем интереснее.
— Боже! Всё, это даже не смешно, Игнат! Отпусти меня немедленно, а иначе я закричу и позову учителей!
— Зови, Зубрилка. Будет интересно посмотреть на то, как нашу отличницу застукают к туалете в компрометирующем положении.
— Ты дурочкой прикидываешься? Или, правда, не понимаешь? — подаётся вперёд, горячим дыханием опаляет лоб.
— Нет, не понимаю. Дай мне пройти, пожалуйста!
— Тем интереснее.
— Боже! Всё, это даже не смешно, Игнат! Отпусти меня немедленно, а иначе я закричу и позову учителей!
— Зови, Зубрилка. Будет интересно посмотреть на то, как нашу отличницу застукают к туалете в компрометирующем положении.
— Ты не станешь с ним целоваться, — с силой сжимает в своих руках.
— А кто мне запретит, Игнат?
— Я, Зубрилка. Ты принадлежишь мне, — рычит низко и зло.
— Я не вещь, Чернышев, чтобы кому-то принадлежать.
— Да. Не вещь, ты права, — говорит с превосходством в голосе. — Ты предмет спора, который я намерен выиграть.
— Нет, Чернышев! Ты никогда не выиграешь. Потому что влюбляться в тебя я не собираюсь.
— Ты так в этом уверена, Зубрилка? — выплёвывает в моё лицо с презрением, сжимая обе мои руки в ладонях.Первая часть - Зубрилка для Чёрного
https://litmarket.ru/books/zubrilka-dlya-chyornogo
— А кто мне запретит, Игнат?
— Я, Зубрилка. Ты принадлежишь мне, — рычит низко и зло.
— Я не вещь, Чернышев, чтобы кому-то принадлежать.
— Да. Не вещь, ты права, — говорит с превосходством в голосе. — Ты предмет спора, который я намерен выиграть.
— Нет, Чернышев! Ты никогда не выиграешь. Потому что влюбляться в тебя я не собираюсь.
— Ты так в этом уверена, Зубрилка? — выплёвывает в моё лицо с презрением, сжимая обе мои руки в ладонях.Первая часть - Зубрилка для Чёрного
https://litmarket.ru/books/zubrilka-dlya-chyornogo
— Настя, позанимайся дополнительно с Даниилом французским.
— Нет. Только не с Царицыным.
— Ты поможешь моему племяннику подтянуть французский язык, а я в ответ окажу тебе услугу — договорюсь с учителем физики, чтобы тебе не портили аттестат.
— Дмитрий Олегович, так нечестно, — поджала губы. — Это шантаж.
— Что ты Настя? Это выгодная сделка. Так что? — поторопил меня Дмитрий Олегович. — Ты согласна?
Краем глаза заметила, как Даниил подался всем корпусом вперёд и напрягся, ожидая моего ответа.
— Да, — обречённо прикрыла глаза, понимая, что выбора у меня нет.
Прошло всего несколько мгновений и ушную раковину опалило горячее дыхание парня:
— Набегалась? Обещаю, тебе будет очень весело…
— Нет. Только не с Царицыным.
— Ты поможешь моему племяннику подтянуть французский язык, а я в ответ окажу тебе услугу — договорюсь с учителем физики, чтобы тебе не портили аттестат.
— Дмитрий Олегович, так нечестно, — поджала губы. — Это шантаж.
— Что ты Настя? Это выгодная сделка. Так что? — поторопил меня Дмитрий Олегович. — Ты согласна?
Краем глаза заметила, как Даниил подался всем корпусом вперёд и напрягся, ожидая моего ответа.
— Да, — обречённо прикрыла глаза, понимая, что выбора у меня нет.
Прошло всего несколько мгновений и ушную раковину опалило горячее дыхание парня:
— Набегалась? Обещаю, тебе будет очень весело…
— Прошу тебя, Артур, отпусти меня. Оставь меня в покое. Что за игру ты затеял?
— Ты моя, Заучка. Моя игрушка. На время. Пока мне не надоешь.
— Но… Но я ведь живой человек, Артур, — я всхлипываю с отчаянием. — Как ты можешь мне такое говорить? Я не игрушка, которую можно купить в магазине.
— Всё в этом мире продаётся и покупается, Заучка. И ты в том числе. Ты станешь моей, Учкина. Я так решил.
— Отпусти меня, умоляю. Я переведусь в другую школу.
— Глупая маленькая Заучка. Неужели ты думаешь, что можешь от меня сбежать?
— Ты моя, Заучка. Моя игрушка. На время. Пока мне не надоешь.
— Но… Но я ведь живой человек, Артур, — я всхлипываю с отчаянием. — Как ты можешь мне такое говорить? Я не игрушка, которую можно купить в магазине.
— Всё в этом мире продаётся и покупается, Заучка. И ты в том числе. Ты станешь моей, Учкина. Я так решил.
— Отпусти меня, умоляю. Я переведусь в другую школу.
— Глупая маленькая Заучка. Неужели ты думаешь, что можешь от меня сбежать?
Выберите полку для книги