Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «luchshee»
— Галя?
— И тебе привет, — стараюсь не выдать своего волнения по поводу встречи с любовью всей моей жизни и по совместительству Лизиным отцом. И уже своему мужу изменщику: — Будь мужиком! Сразись!
— Галя, у тебя резиновый… в руке?
— Ты теперь зрением слаб?
— Детка, уверен, он последняя тварь, но давай мы положим эту штуку…
— Какая я тебе детка, Злодеев?! Ты чё, вообще обалдел?
— Ну не нужно нервничать, — расплывается он в той улыбке, которая делает из него рубаху-парня. — Красивым девочкам нервы не к лицу. Я очень рад тебя видеть. Как ты, Галочка?
Не нужно нервничать? НЕ НУЖНО НЕРВНИЧАТЬ?!
— Я никак, Богдаш. И я очень не рада тебя видеть. А теперь адьёс!
Размахиваюсь и со всей дури леплю резиновую игрушку присоской к капоту его машины.
— Галь…
— К чёрту, Злодеев. К чёрту-у-у!
— И тебе привет, — стараюсь не выдать своего волнения по поводу встречи с любовью всей моей жизни и по совместительству Лизиным отцом. И уже своему мужу изменщику: — Будь мужиком! Сразись!
— Галя, у тебя резиновый… в руке?
— Ты теперь зрением слаб?
— Детка, уверен, он последняя тварь, но давай мы положим эту штуку…
— Какая я тебе детка, Злодеев?! Ты чё, вообще обалдел?
— Ну не нужно нервничать, — расплывается он в той улыбке, которая делает из него рубаху-парня. — Красивым девочкам нервы не к лицу. Я очень рад тебя видеть. Как ты, Галочка?
Не нужно нервничать? НЕ НУЖНО НЕРВНИЧАТЬ?!
— Я никак, Богдаш. И я очень не рада тебя видеть. А теперь адьёс!
Размахиваюсь и со всей дури леплю резиновую игрушку присоской к капоту его машины.
— Галь…
— К чёрту, Злодеев. К чёрту-у-у!
- Еще раз так сделаешь, и последствий тебе не избежать, - прошептал он.
- Больше такого не повторится, потому что больше ты ко мне прикоснуться не посмеешь, - нашла я в себе смелость ответить, да пожалела об этом сразу.
Демид тихо посмеялся и снова громко вдохнул. Мурашками покрылось все мое тело, и я выпрямила спину, когда по ней уже медленно вниз скользило дуло пистолета.
- А когда целовала, ты так не думала. Дрожала, но продолжала, - слышно оскалился он.
- Пьяной голове уголовник и принцем покажется, - прошипела я и громко вздохнула, когда больше не чувствовала на своем теле угрозу.
Медленно обернулась и посмотрела в наглые ехидные синие глаза Демида. Он стоял и улыбался, пока обезвреживал пушку и убирал его в задний карман.
- До встречи на парах, Теона, - подмигнул он и прошел мимо.
- Больше такого не повторится, потому что больше ты ко мне прикоснуться не посмеешь, - нашла я в себе смелость ответить, да пожалела об этом сразу.
Демид тихо посмеялся и снова громко вдохнул. Мурашками покрылось все мое тело, и я выпрямила спину, когда по ней уже медленно вниз скользило дуло пистолета.
- А когда целовала, ты так не думала. Дрожала, но продолжала, - слышно оскалился он.
- Пьяной голове уголовник и принцем покажется, - прошипела я и громко вздохнула, когда больше не чувствовала на своем теле угрозу.
Медленно обернулась и посмотрела в наглые ехидные синие глаза Демида. Он стоял и улыбался, пока обезвреживал пушку и убирал его в задний карман.
- До встречи на парах, Теона, - подмигнул он и прошел мимо.
Умные люди говорят, что последнюю рюмку текилы надо закусывать сим-картой, чтобы не позвонить бывшему. Но кто бы их слушал?!
Отмечая разрыв после измены, я записываю бывшему последнее голосовое сообщение, перед тем, как стереть сволочь из памяти навсегда. Злое и особенно ядовитое — чтобы яда хватило и на него, и на любовницу. Только моя торпеда по ошибке поражает неправильную цель. Сообщение получил человек, в адрес которого такое не только говорить, но и думать нельзя, если хочешь остаться целой...
Горячая кавказская кровь не прощает оскорблений, и теперь на меня объявлена охота...
Отмечая разрыв после измены, я записываю бывшему последнее голосовое сообщение, перед тем, как стереть сволочь из памяти навсегда. Злое и особенно ядовитое — чтобы яда хватило и на него, и на любовницу. Только моя торпеда по ошибке поражает неправильную цель. Сообщение получил человек, в адрес которого такое не только говорить, но и думать нельзя, если хочешь остаться целой...
Горячая кавказская кровь не прощает оскорблений, и теперь на меня объявлена охота...
Меня вырастила старшая сестра, которую постигла страшная болезнь. Лечение очень дорогостоящее и не даёт никаких гарантий, а мне, как назло, не везёт с работой. Каждое новое руководство отводит глаза, невнятно объясняя причины моего увольнения.
Денег катастрофически не хватает. Поэтому месяц назад я уже растоптала свою гордость, обратившись в ночной клуб для сопровождения VIP-клиентов.
Но однажды переступив черту, пообещала себе, что не повторю этой ошибки.
Сегодня я узнала о таинственном Фармацевте, который в силах достать экспериментальные уколы. В продажу они поступят ещё не скоро, а моей сестре помощь нужна сейчас!
Вот только этот человек оказался тем, кто стал моим единственным клиентом в момент острой нужды. И сейчас он олицетворяет для меня боль, страх и унижение в одном лице.
Денег катастрофически не хватает. Поэтому месяц назад я уже растоптала свою гордость, обратившись в ночной клуб для сопровождения VIP-клиентов.
Но однажды переступив черту, пообещала себе, что не повторю этой ошибки.
Сегодня я узнала о таинственном Фармацевте, который в силах достать экспериментальные уколы. В продажу они поступят ещё не скоро, а моей сестре помощь нужна сейчас!
Вот только этот человек оказался тем, кто стал моим единственным клиентом в момент острой нужды. И сейчас он олицетворяет для меня боль, страх и унижение в одном лице.
- Перед тобой Правитель Сабы Хамдан аль- Мизири! Подними глаза, рабыня, поприветствуй своего нового господина, но не смей вставать, как равная.
Вскрикиваю от того, как по ступням бьет палка в руках злобного начальника охраны, а потом- точно такой же укол боли в сердце…
Я смотрю не просто на грозного правителя, который приказал захватить нашу с новоиспеченным мужем туристическую яхту.
Я знаю этого человека.
Мою первую любовь. Мое искушение. Мою тайну…
Мужчина, который так искренне, так рьяно клялся мне в вечной любви, что я задыхалась от слез, потому что эту любовь принять не имела права.
«- Бежим, любимая… Я сделаю тебя своей королевой! Покажу тебе прекрасную Сабу!»
Я отказалась, выбрав волю отца и свою родину.
Он касается моего подбородка, смотрит и усмехается жестко.
- В гарем ее, Господин?
- Нет. Отдайте ее в рабыни моей первой жене!
Он все-таки исполнил обещание и показал свою Сабу. Только не как своей королеве, а как рабыне трех своих жен. И скоро он возьмет четвертую…
Вскрикиваю от того, как по ступням бьет палка в руках злобного начальника охраны, а потом- точно такой же укол боли в сердце…
Я смотрю не просто на грозного правителя, который приказал захватить нашу с новоиспеченным мужем туристическую яхту.
Я знаю этого человека.
Мою первую любовь. Мое искушение. Мою тайну…
Мужчина, который так искренне, так рьяно клялся мне в вечной любви, что я задыхалась от слез, потому что эту любовь принять не имела права.
«- Бежим, любимая… Я сделаю тебя своей королевой! Покажу тебе прекрасную Сабу!»
Я отказалась, выбрав волю отца и свою родину.
Он касается моего подбородка, смотрит и усмехается жестко.
- В гарем ее, Господин?
- Нет. Отдайте ее в рабыни моей первой жене!
Он все-таки исполнил обещание и показал свою Сабу. Только не как своей королеве, а как рабыне трех своих жен. И скоро он возьмет четвертую…
– Наташа, ты что, не понимаешь? У этих уродов был нож. Они могли тебя реально убить. Не, не доходит?
– А ты что, расстроился бы? – в запале съязвила я.
Бывший муж медленно и шумно выдохнул.
– Наташа, это не Москва! Это Стамбул! Ты не понимаешь, да?
– Я одного не понимаю. Ты здесь как оказался, а?
– А я за тобой приехал, родная!
Я уволилась с работы и уехала учить турков русскому языку. И все было почти чудесно, пока не приехал мой бывший муж. Генерал Горюнов заявил, что намерен вновь на мне жениться и подчиняться - его первый приказ!
– А ты что, расстроился бы? – в запале съязвила я.
Бывший муж медленно и шумно выдохнул.
– Наташа, это не Москва! Это Стамбул! Ты не понимаешь, да?
– Я одного не понимаю. Ты здесь как оказался, а?
– А я за тобой приехал, родная!
Я уволилась с работы и уехала учить турков русскому языку. И все было почти чудесно, пока не приехал мой бывший муж. Генерал Горюнов заявил, что намерен вновь на мне жениться и подчиняться - его первый приказ!
В день своей свадьбы я стала пленницей старого врага семьи. Эмир — бизнесмен из Турции, живущий местью. Пятнадцать лет он готовился разрушить всё, что дорого моему отцу. Теперь я — его орудие. Он запер меня в загородном доме и контролирует каждый шаг. Я знаю, что должна его ненавидеть, но... Но с каждым днём мне всё труднее понять, кто из нас пленник на самом деле.
— Где моя дочь, зятёк? — ледяной голос тестя в трубке не предвещал ничего хорошего.
— Испарилась, Руслан Ибрагимович. Наверное, решила проветриться.
Я думал, её уход — подарок судьбы. Свобода! Больше не нужно играть в счастливую семью с женщиной, которая для меня — пустое место. Но моя «серая мышка» исчезла так, что её не могут найти лучшие ищейки страны. А её отец, человек, способный горы свернуть, прозрачно намекает, что если с его дочерью что-то случится, моя блестящая карьера закончится на дне бетонного карьера. В ярости разнеся её комнату, я наткнулся на тайник. В нём — её дневники. Я начал читать их, чтобы найти зацепку, а нашёл правду, которая страшнее любого компромата. Оказывается, я ничего не знал о своей жене. И вся моя «гениальность» — её рук дело.
— Испарилась, Руслан Ибрагимович. Наверное, решила проветриться.
Я думал, её уход — подарок судьбы. Свобода! Больше не нужно играть в счастливую семью с женщиной, которая для меня — пустое место. Но моя «серая мышка» исчезла так, что её не могут найти лучшие ищейки страны. А её отец, человек, способный горы свернуть, прозрачно намекает, что если с его дочерью что-то случится, моя блестящая карьера закончится на дне бетонного карьера. В ярости разнеся её комнату, я наткнулся на тайник. В нём — её дневники. Я начал читать их, чтобы найти зацепку, а нашёл правду, которая страшнее любого компромата. Оказывается, я ничего не знал о своей жене. И вся моя «гениальность» — её рук дело.
– Будешь работать на меня.
Отрезал не отмеряя ни сантиметра.
– Чего?! – она выровняла осанку, зрачки блеснули огнем.
Я схватил ее за козырек чертовой бейсболки, повернул его назад, нагнулся и уперся кулаками в капот Ровера.
– Ты испортила мне памятный денёк, Карлитос и я в одном шаге от того, чтобы кинуть тебя на растерзание своим парням, – кивнул вбок. Она немедленно уставилась на толпу голодных гиен, стоящих в тени дуба, рядом с ухоженной могилой, усыпанной цветами, – их ты вполне устроишь. Они не особо избирательные в тёлках.
Отрезал не отмеряя ни сантиметра.
– Чего?! – она выровняла осанку, зрачки блеснули огнем.
Я схватил ее за козырек чертовой бейсболки, повернул его назад, нагнулся и уперся кулаками в капот Ровера.
– Ты испортила мне памятный денёк, Карлитос и я в одном шаге от того, чтобы кинуть тебя на растерзание своим парням, – кивнул вбок. Она немедленно уставилась на толпу голодных гиен, стоящих в тени дуба, рядом с ухоженной могилой, усыпанной цветами, – их ты вполне устроишь. Они не особо избирательные в тёлках.
Тихая жизнь Амалии, владелицы книжного магазина, рушится в одно мгновение, когда она находит старые письма отчима — трогательные послания к женщине и сыну, которого он не мог назвать своим. Желая исполнить последнюю волю, Амалия решает доставить послания адресату.
Им оказывается Эрик Сахаров — безжалостный глава преступного клана, убеждённый, что является наследником своего отца, Льва Сахарова. Письма, которые Амалия хочет отдать, — не просто строчки из прошлого. Это бомба, способная разрушить всё, что он знает о себе, своей семье.
Но сначала ей нужно решить, стоит ли так рисковать своей жизнью ради правды. И ради Эрика.
Им оказывается Эрик Сахаров — безжалостный глава преступного клана, убеждённый, что является наследником своего отца, Льва Сахарова. Письма, которые Амалия хочет отдать, — не просто строчки из прошлого. Это бомба, способная разрушить всё, что он знает о себе, своей семье.
Но сначала ей нужно решить, стоит ли так рисковать своей жизнью ради правды. И ради Эрика.
Выберите полку для книги