Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «luchshee»
Я толкаю дверь и вижу своего мужа, перед которым на коленях стоит белобрысая девица.
- Рита? - выдавливает он после минутной тишины, прерываемой лишь отвратительным чавкающими звуками. - Это не то, что ты думаешь!
– Правда? И что же это? – кричу я и указываю руками на девку.
- Эта просто шлюха. Мне нужно было снять напряжение.
- Снять напряжение?! Это так теперь называется?
- Успокойся! Шлюхи - обычная часть брака. Особенно, если жена не в состоянии дать то, что нужно мужу, - цедит он сквозь зубы.
– Я не шлюха! – подает голос та, кто все еще стоит на коленях.
- И чего же тебе не хватало, дорогой? - резко спрашиваю, игнорируя эту шалаву.
- Ты видела вообще себя в зеркале? - в его голосе ехидная насмешка. - Ты стала коровой, у меня не встает на тебя…
Он что, хочет выставить меня виноватой??!
- Пошел вон.
- Что? - переспрашивает муж.
- Пошел. Вон. Из моего дома.
- Рита? - выдавливает он после минутной тишины, прерываемой лишь отвратительным чавкающими звуками. - Это не то, что ты думаешь!
– Правда? И что же это? – кричу я и указываю руками на девку.
- Эта просто шлюха. Мне нужно было снять напряжение.
- Снять напряжение?! Это так теперь называется?
- Успокойся! Шлюхи - обычная часть брака. Особенно, если жена не в состоянии дать то, что нужно мужу, - цедит он сквозь зубы.
– Я не шлюха! – подает голос та, кто все еще стоит на коленях.
- И чего же тебе не хватало, дорогой? - резко спрашиваю, игнорируя эту шалаву.
- Ты видела вообще себя в зеркале? - в его голосе ехидная насмешка. - Ты стала коровой, у меня не встает на тебя…
Он что, хочет выставить меня виноватой??!
- Пошел вон.
- Что? - переспрашивает муж.
- Пошел. Вон. Из моего дома.
— Ты мне нравишься, Лана.
Прижав папку с отчётами к груди, девушка вжалась в стену, а Дмитрий нависал над ней.
— Почему я? — спросила Света дрогнувшим от волнения голосом, не решаясь поднять глаза на своего начальника.
— А почему не ты?
— Я не хочу… — её голос дрогнул.
«Чёрт, я иду против своих правил — не заводить никаких интрижек на работе», — промелькнуло в мыслях Дмитрия.
— Не надо меня бояться, Лана. Я тебя не обижу, обещаю, — заверил он, нежно коснувшись её лица.
— Я Вас не боюсь, ясно? — в её голосе послышались резкие нотки. — Отпустите меня, — уже не так смело сказала она.
— Нет, этого не будет. Не отпущу.
— Но Вы не можете...
— Могу, — прервал шеф, приподняв её голову за подбородок, чтобы их взгляды встретились. — Соглашайся, Лана. Ты будешь только моей.
Прижав папку с отчётами к груди, девушка вжалась в стену, а Дмитрий нависал над ней.
— Почему я? — спросила Света дрогнувшим от волнения голосом, не решаясь поднять глаза на своего начальника.
— А почему не ты?
— Я не хочу… — её голос дрогнул.
«Чёрт, я иду против своих правил — не заводить никаких интрижек на работе», — промелькнуло в мыслях Дмитрия.
— Не надо меня бояться, Лана. Я тебя не обижу, обещаю, — заверил он, нежно коснувшись её лица.
— Я Вас не боюсь, ясно? — в её голосе послышались резкие нотки. — Отпустите меня, — уже не так смело сказала она.
— Нет, этого не будет. Не отпущу.
— Но Вы не можете...
— Могу, — прервал шеф, приподняв её голову за подбородок, чтобы их взгляды встретились. — Соглашайся, Лана. Ты будешь только моей.
Я постоянно смотрю на дверь, и, когда Тёма, наконец, приходит, улыбаюсь. Тяну к нему руку, он машинально сплетает пальцы. У него — ледяные.
— Как ты? — спрашивает тихо.
— Как видишь, уже лучше. — Ведь правда постепенно начинает легчать. Начиталась про свою болезнь, осознала весь ужас произошедшего и как мне на самом деле повезло. — Как отдохнул? Фотки покажешь?
— Я… — он отворачивается. — Я… Ась, я больше не приду.
— Не поняла.
— Сама посуди! — Тёма начинает говорить громче, раздражается. — Ты теперь инвалидка! Вся разрезанная! Как с такой жить? Представляешь, какие шрамы у тебя останутся? Я так не могу, Ась. Ты не переживай, палату я оплачу, лечение тоже. А потом…
— Ты, что, меня бросаешь? — не верю ушам. Кажется, точно начала сходить с ума.
— Да. — Он всё-таки находит в себе силы посмотреть в глаза. Взгляд чужой, холодный.
— Как ты? — спрашивает тихо.
— Как видишь, уже лучше. — Ведь правда постепенно начинает легчать. Начиталась про свою болезнь, осознала весь ужас произошедшего и как мне на самом деле повезло. — Как отдохнул? Фотки покажешь?
— Я… — он отворачивается. — Я… Ась, я больше не приду.
— Не поняла.
— Сама посуди! — Тёма начинает говорить громче, раздражается. — Ты теперь инвалидка! Вся разрезанная! Как с такой жить? Представляешь, какие шрамы у тебя останутся? Я так не могу, Ась. Ты не переживай, палату я оплачу, лечение тоже. А потом…
— Ты, что, меня бросаешь? — не верю ушам. Кажется, точно начала сходить с ума.
— Да. — Он всё-таки находит в себе силы посмотреть в глаза. Взгляд чужой, холодный.
— Ты что здесь делаешь? — спрашиваю я зло.
— Приехал на родину, ну и заодно в гости к старым друзьям, — вскидывает он бровь, осматривая меня с ног до головы. — Рыжей тебе было лучше.
— Проваливай отсюда, — отвечаю холодно. — Не порти день рождения моего сына.
— Так, я, собственно, на него и приехал, — Борзый скалится и осматривается вокруг. — Где именинник? Интересно, кто тот счастливчик, который стал его отцом.
А у меня в груди что-то разрывается и начинает снова кровоточить. Так и хочется сказать, кто его отец, вот только пошёл он! Не заслужил этого звания. И никогда не узнаёт о моём секрете.
— Приехал на родину, ну и заодно в гости к старым друзьям, — вскидывает он бровь, осматривая меня с ног до головы. — Рыжей тебе было лучше.
— Проваливай отсюда, — отвечаю холодно. — Не порти день рождения моего сына.
— Так, я, собственно, на него и приехал, — Борзый скалится и осматривается вокруг. — Где именинник? Интересно, кто тот счастливчик, который стал его отцом.
А у меня в груди что-то разрывается и начинает снова кровоточить. Так и хочется сказать, кто его отец, вот только пошёл он! Не заслужил этого звания. И никогда не узнаёт о моём секрете.
— Ты сворачиваешь свое дело. Либо…
Его голос спокоен, но в глазах — сталь.
— Вы не можете мне приказывать!
— Я могу все, девочка. Но даю тебе шанс.
— Кем вы себя возомнили? Вершителем судеб?!
Он усмехается, наклоняется ближе.
— Да, и твоя теперь тоже в моих руках…
Я перешла дорогу опасному человеку. Случайно спасла ему жизнь и стала его заложницей, с которой он собирается делать все, что захочет…
Его голос спокоен, но в глазах — сталь.
— Вы не можете мне приказывать!
— Я могу все, девочка. Но даю тебе шанс.
— Кем вы себя возомнили? Вершителем судеб?!
Он усмехается, наклоняется ближе.
— Да, и твоя теперь тоже в моих руках…
Я перешла дорогу опасному человеку. Случайно спасла ему жизнь и стала его заложницей, с которой он собирается делать все, что захочет…
Она — дочь местного авторитета и цель, которую выбрали, чтобы ему отомстить.
Я — боец отряда Непобедимых и ее последняя надежда на спасение.
Моя миссия: защитить, уберечь и... не распускать руки.
И со всем этим я справляюсь на отлично… Ну-у, почти со всем!
Я — боец отряда Непобедимых и ее последняя надежда на спасение.
Моя миссия: защитить, уберечь и... не распускать руки.
И со всем этим я справляюсь на отлично… Ну-у, почти со всем!
- Мне все равно на твои проблемы, девочка. Ты забралась в мой дом, так что радуйся, что я тебе такси вызываю, а не выставляю с голым задом на улицу.
- Позвольте остаться хотя бы до утра!
Кареглазый взгляд снова в меня упирается. Мужчина такой здоровый, хищный… Выглядит безжалостным, не привыкшим считаться с чьим-то мнением.
И только мысль, что отец подруги ничего плохого мне не сделает, придает какой-то уверенности.
- А как заплатишь за свое пребывание здесь? - он склоняет голову набок.
- У меня есть деньги, - заправляю волосы за ухо, пряча взгляд.
Слышу только смешок.
- Думаешь, мне нужны твои гроши? Хочешь остаться на ночь, придется платить. Своим телом.
У моего брата неприятности, подруга дала мне ключи от дома отца, сказав, что его точно не будет. Но ночью он приехал. И теперь хочет меня и не считается с тем, что у меня никогда не было парня.
- Позвольте остаться хотя бы до утра!
Кареглазый взгляд снова в меня упирается. Мужчина такой здоровый, хищный… Выглядит безжалостным, не привыкшим считаться с чьим-то мнением.
И только мысль, что отец подруги ничего плохого мне не сделает, придает какой-то уверенности.
- А как заплатишь за свое пребывание здесь? - он склоняет голову набок.
- У меня есть деньги, - заправляю волосы за ухо, пряча взгляд.
Слышу только смешок.
- Думаешь, мне нужны твои гроши? Хочешь остаться на ночь, придется платить. Своим телом.
У моего брата неприятности, подруга дала мне ключи от дома отца, сказав, что его точно не будет. Но ночью он приехал. И теперь хочет меня и не считается с тем, что у меня никогда не было парня.
- Скажи, что это сделала не ты, - просит мой любимый мужчина. - Скажи, что не ты автор всей той грязи, которой пестрят газеты и интернет.
Не могу ничего произнести в ответ.
Это была я.
Я - та, кто поклялась себе загубить политическую карьеру Александра Громова.
Я - та, которая проникла в его жизнь и его сердце, а потом впустила и в свое.
Я - та, которая легла в постель с врагом, а потом влюбилась без памяти.
И теперь мне остается только надеяться на то, что он простит меня. Потому что я больше без него не смогу.
Не могу ничего произнести в ответ.
Это была я.
Я - та, кто поклялась себе загубить политическую карьеру Александра Громова.
Я - та, которая проникла в его жизнь и его сердце, а потом впустила и в свое.
Я - та, которая легла в постель с врагом, а потом влюбилась без памяти.
И теперь мне остается только надеяться на то, что он простит меня. Потому что я больше без него не смогу.
- Ты и раньше была ничего, Крутикова. Но сейчас просто пушка, - бывший одноклассник хрипло усмехнулся и притянул меня к себе.
- Отпусти! - задохнулась от возмущения, когда наглые мужские руки забрались под платье . - Не смей.
- Посмею, - он наклонился к моим губам. - Я всегда делаю, что хочу, сладкая. И никто. Меня. Не остановит.
Он мой бывший одноклассник.
Властный и порочный мужчина, бандит, от фамилии которого дрожит город. Я не видела его с самого выпускного, у меня давно уже своя, спокойная жизнь.
Но мы оба пришли на встречу выпускников...
И этот роковой вечер изменил все.
- Отпусти! - задохнулась от возмущения, когда наглые мужские руки забрались под платье . - Не смей.
- Посмею, - он наклонился к моим губам. - Я всегда делаю, что хочу, сладкая. И никто. Меня. Не остановит.
Он мой бывший одноклассник.
Властный и порочный мужчина, бандит, от фамилии которого дрожит город. Я не видела его с самого выпускного, у меня давно уже своя, спокойная жизнь.
Но мы оба пришли на встречу выпускников...
И этот роковой вечер изменил все.
— Я не полюблю тебя! Никогда! — цежу сквозь зубы.
— Мне нужна не любовь, — Камал равнодушно смотрит в глаза. — А послушная девочка.
— Заведи себе собаку, — зло огрызаюсь.
— Зачем? Ты мне подходишь идеально.
— Но у меня есть жених. Он меня заберет…
— Послушай меня, девочка, — Камал сжимает мой подборок. — С этой самой минуты для тебя не существует других мужчин, кроме меня, твоего законного мужа.
— Чудовище, — шепчу ему в губы. — Ненавижу!
Отец хотел меня защитить и отдал в лапы безжалостному чудовищу. Никто не защитит меня от него. Только я не сдамся. Я буду бороться и никогда не полюблю Тагаева, даже если он окажется не таким уж и чудовищем.
— Мне нужна не любовь, — Камал равнодушно смотрит в глаза. — А послушная девочка.
— Заведи себе собаку, — зло огрызаюсь.
— Зачем? Ты мне подходишь идеально.
— Но у меня есть жених. Он меня заберет…
— Послушай меня, девочка, — Камал сжимает мой подборок. — С этой самой минуты для тебя не существует других мужчин, кроме меня, твоего законного мужа.
— Чудовище, — шепчу ему в губы. — Ненавижу!
Отец хотел меня защитить и отдал в лапы безжалостному чудовищу. Никто не защитит меня от него. Только я не сдамся. Я буду бороться и никогда не полюблю Тагаева, даже если он окажется не таким уж и чудовищем.
Выберите полку для книги