Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Мелетия Сильвия Гарольд – самая дорогая куртизанка Катара, способная внушать людям то, о чем они и не смеют мечтать. Само ее существование является преступлением, и потому долгие годы она вынуждена коротать в доме терпимости.
Харитон Реневальд – Лев Рассветной империи, оппонент правящей власти, глава политической партии «Кардинал». Его приезд в Катар изменил положение вещей и вскрыл грязные подробности жизни городской элиты.
Двум интриганам суждено встретиться, сцепиться в схватке холодных умов и при этом не влюбиться, ведь победитель будет только один.
В тексте есть:
Очень неоднозначные персонажи
Восточная эстетика
Героиня ненастоящая куртизанка
Харизматичный злодей
Много грязи
Герои останутся вместе
Харитон Реневальд – Лев Рассветной империи, оппонент правящей власти, глава политической партии «Кардинал». Его приезд в Катар изменил положение вещей и вскрыл грязные подробности жизни городской элиты.
Двум интриганам суждено встретиться, сцепиться в схватке холодных умов и при этом не влюбиться, ведь победитель будет только один.
В тексте есть:
Очень неоднозначные персонажи
Восточная эстетика
Героиня ненастоящая куртизанка
Харизматичный злодей
Много грязи
Герои останутся вместе
Участвует в конкурсе:
Необходимость срочно решить финансовые проблемы приводит ветеринара Анжелику на подработку... в межмировой бордель. Неожиданно её пациентом становится далеко не котик, а самый настоящий демон.
***
Он красив. Порочное исчадие ада. Строптивые губы так и манят попробовать на вкус его порок.
Он опасен. Глаза дикого зверя. Разорвёт, только дай волю.
Раздет до пояса и прикован цепями к кровати...
***
Он красив. Порочное исчадие ада. Строптивые губы так и манят попробовать на вкус его порок.
Он опасен. Глаза дикого зверя. Разорвёт, только дай волю.
Раздет до пояса и прикован цепями к кровати...
- Пообещайте мне, что ваша дочь не узнает о нас.
- Думаешь, я обсуждаю с дочерью с кем вечера провожу?! - хищно скалится в ответ, оценивающе проходясь по моей фигуре.
- Как вы…
- Смею! - жестко обрывает меня. - Ты будешь молчать, девочка, или же у тебя появятся большие проблемы.
Моим первым мужчиной стал отец подруги. Хуже ситуации быть не может. Хотя нет, наверное, может. Если кто-то об этом узнает.
- Думаешь, я обсуждаю с дочерью с кем вечера провожу?! - хищно скалится в ответ, оценивающе проходясь по моей фигуре.
- Как вы…
- Смею! - жестко обрывает меня. - Ты будешь молчать, девочка, или же у тебя появятся большие проблемы.
Моим первым мужчиной стал отец подруги. Хуже ситуации быть не может. Хотя нет, наверное, может. Если кто-то об этом узнает.
— Не зря я ненавижу рыжих. Стервы редкостные, — выплевывает мне в лицо этот нахал.
— А я ненавижу таких, как ты! — Я и здесь молчать не буду.
Продолжаю нарываться на неприятности дальше.
— Каких? — прищуривает карие глаза Адамиди, испепеляя меня взглядом.
— Уверенных, что каждая его хочет.
— Лучше беги, рыжая! — рычит Влас. — Иначе я тебя сейчас урою.
Он меня похитил. Просто ради прикола. И теперь между нами война! Кто победит? Или все закончится капитуляцией?
— А я ненавижу таких, как ты! — Я и здесь молчать не буду.
Продолжаю нарываться на неприятности дальше.
— Каких? — прищуривает карие глаза Адамиди, испепеляя меня взглядом.
— Уверенных, что каждая его хочет.
— Лучше беги, рыжая! — рычит Влас. — Иначе я тебя сейчас урою.
Он меня похитил. Просто ради прикола. И теперь между нами война! Кто победит? Или все закончится капитуляцией?
Аннотация
— Ты веришь, что я мог причинить тебе вред, Аида?
Я вздрагиваю, услышав до боли знакомый голос за спиной. Резко поворачиваюсь и упираюсь взглядом в карие глаза.
Ренат...
Рукой нащупываю пистолет на тумбе и направляю в него. Пальцы дрожат, а сердце бьётся так, что вот-вот проломит рёбра.
— Убирайся! Тебя... Всё-равно убьют. Даже если не я...
— Мне важно, — он делает шаг в мою сторону, — чтобы этого не могла сделать ты, маленькая Аида. Только не ты.
— Ты веришь, что я мог причинить тебе вред, Аида?
Я вздрагиваю, услышав до боли знакомый голос за спиной. Резко поворачиваюсь и упираюсь взглядом в карие глаза.
Ренат...
Рукой нащупываю пистолет на тумбе и направляю в него. Пальцы дрожат, а сердце бьётся так, что вот-вот проломит рёбра.
— Убирайся! Тебя... Всё-равно убьют. Даже если не я...
— Мне важно, — он делает шаг в мою сторону, — чтобы этого не могла сделать ты, маленькая Аида. Только не ты.
– Договоримся по-другому, – опасно ухмыляется Самохвалов.
Пальцы на моей шее сжимаются. Мягко, только чтобы дать мне почувствовать их силу. Предупредить, так сказать.
– Я просто проведу тебе терапию от стервозности. Лекарство принимается внутрь любым способом, в любой позе. Сразу успокоишься и начнёшь слушаться.
Я медленно достаю руку из кармана.
– Лучшая из терапий – электросудорожная, солнышко, – цежу в опасной близости от его губ.
Самохвалов приподнимает бровь и опускает глаза на электрошокер, ткнувшийся ему в рёбра. А потом делает всего одно движение, резкое и молниеносное, и вот уже моя ладонь сжимает воздух вместо оружия. Оно перекочевало в его руку со скоростью пули.
— Урок первый: вот этого делать нельзя. Солнышко, – чётко и с улыбкой произносит он с ласковой угрозой в голосе. И проводит шокером по моей щеке. Медленно, нежно, дожидаясь реакции.
Пальцы на моей шее сжимаются. Мягко, только чтобы дать мне почувствовать их силу. Предупредить, так сказать.
– Я просто проведу тебе терапию от стервозности. Лекарство принимается внутрь любым способом, в любой позе. Сразу успокоишься и начнёшь слушаться.
Я медленно достаю руку из кармана.
– Лучшая из терапий – электросудорожная, солнышко, – цежу в опасной близости от его губ.
Самохвалов приподнимает бровь и опускает глаза на электрошокер, ткнувшийся ему в рёбра. А потом делает всего одно движение, резкое и молниеносное, и вот уже моя ладонь сжимает воздух вместо оружия. Оно перекочевало в его руку со скоростью пули.
— Урок первый: вот этого делать нельзя. Солнышко, – чётко и с улыбкой произносит он с ласковой угрозой в голосе. И проводит шокером по моей щеке. Медленно, нежно, дожидаясь реакции.
— Решила поиграть в плохую девочку? – рычит Назар не своим голосом, и я всерьёз думаю, что в него что-то вселилось, покрываясь ледяной коркой всепоглощающего ужаса.
Белоснежная, сияющая в темноте рубашка расстёгнута до середины, однажая опасно напряжённые бугры мышц, всегда уложенные волосы спадают на лоб непослушными прядями.
Он словно готовился ко сну, а затем сорвался сюда, решив не откладывать разборку со мной на утро.
— Знаешь, что делают с плохими девочками?! – зловеще цедит он сквозь зубы.
Тащит меня к столу и впечатывает в него грудью, заламывает руки за спину, заставляя вскрикнуть.
— Что такое, принцесса? Ты же этого хотела!
Белоснежная, сияющая в темноте рубашка расстёгнута до середины, однажая опасно напряжённые бугры мышц, всегда уложенные волосы спадают на лоб непослушными прядями.
Он словно готовился ко сну, а затем сорвался сюда, решив не откладывать разборку со мной на утро.
— Знаешь, что делают с плохими девочками?! – зловеще цедит он сквозь зубы.
Тащит меня к столу и впечатывает в него грудью, заламывает руки за спину, заставляя вскрикнуть.
— Что такое, принцесса? Ты же этого хотела!
Однажды он похитил меня, чтобы отомстить моей семье.
А я влюбилась в него. В человека, который должен был меня уничтожить. Но вместо этого… спас.
Наша страсть разожгла войну между семьями. Ужасную, кровопролитную. Мы оба потеряли всё, что у нас было…
Он спас меня, пожертвовав собой.
И отпустил, обрекая на жизнь без него, лишь бы у меня был шанс на счастье.
А теперь, спустя четыре года, он вернулся, чтобы перевернуть мой мир, чтобы снова сделать меня своей.
Но он не знает, что я больше не та наивная девушка, что когда-то полюбила своего врага.
И скоро я выхожу замуж за другого.
А я влюбилась в него. В человека, который должен был меня уничтожить. Но вместо этого… спас.
Наша страсть разожгла войну между семьями. Ужасную, кровопролитную. Мы оба потеряли всё, что у нас было…
Он спас меня, пожертвовав собой.
И отпустил, обрекая на жизнь без него, лишь бы у меня был шанс на счастье.
А теперь, спустя четыре года, он вернулся, чтобы перевернуть мой мир, чтобы снова сделать меня своей.
Но он не знает, что я больше не та наивная девушка, что когда-то полюбила своего врага.
И скоро я выхожу замуж за другого.
— Ты заблудился? Это женская раздевалка, — говорю я, приподнимая подбородок и пытаясь выглядеть спокойнее, чем есть на самом деле.
— Знаю, Карева, — он останавливается вплотную, почти вжимаясь в меня.
Мамочки… у него там что?! Дубинка?!
— Пусти меня немедленно! Ты ненормальный?! Я закричу!
— Не дёргайся, рыжая, — шепчет он в мои губы, жарко и хрипло. — Ты сама этого хотела.
— Ничего я не хотела! — отчаянно шиплю я, чувствуя, как предательски дрожит моё тело. — Иди к чёрту!
— Обязательно схожу, — насмешливо соглашается Огнев, пальцами медленно ведя по моей талии, отчего по коже тут же пробегают мурашки. — Только вместе с тобой!
Я просто перевелась в новый универ и попала в поле зрения наглого мажора!
Теперь осталось выстоять и... не потерять себя!
— Знаю, Карева, — он останавливается вплотную, почти вжимаясь в меня.
Мамочки… у него там что?! Дубинка?!
— Пусти меня немедленно! Ты ненормальный?! Я закричу!
— Не дёргайся, рыжая, — шепчет он в мои губы, жарко и хрипло. — Ты сама этого хотела.
— Ничего я не хотела! — отчаянно шиплю я, чувствуя, как предательски дрожит моё тело. — Иди к чёрту!
— Обязательно схожу, — насмешливо соглашается Огнев, пальцами медленно ведя по моей талии, отчего по коже тут же пробегают мурашки. — Только вместе с тобой!
Я просто перевелась в новый универ и попала в поле зрения наглого мажора!
Теперь осталось выстоять и... не потерять себя!
— Вы поедете со мной, миледи, — произносит он голосом, от которого по коже бегут обжигающие мурашки. — Иначе ваша лавка будет закрыта.
— Это шантаж, генерал! — рычу в ответ.
— Это военная необходимость, — отвечает он. И в глазах чёрный непроглядный голод.
Чёрный дракон, генерал и просто высокопоставленный мерзавец шантажом заставляет меня выйти за него и уносит на остров, где из-под земли лезут ужасающие порождения бездны. Генерал утверждает, что моя помощь как артефактора нужна в войне, но смотрит на меня с таким жаром в глазах, что становится ясно — планы на меня у него совсем не военные.
— Это шантаж, генерал! — рычу в ответ.
— Это военная необходимость, — отвечает он. И в глазах чёрный непроглядный голод.
Чёрный дракон, генерал и просто высокопоставленный мерзавец шантажом заставляет меня выйти за него и уносит на остров, где из-под земли лезут ужасающие порождения бездны. Генерал утверждает, что моя помощь как артефактора нужна в войне, но смотрит на меня с таким жаром в глазах, что становится ясно — планы на меня у него совсем не военные.
Выберите полку для книги