Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «razvod»
— Мама, мама! — на кухню вбегает младшая дочь, ее маленькие ножки звонко стучат по кафельному полу. — А правда, что вы с папой помиритесь?
— Да, все это неправда, — снисходительно раздается с порога.
— Неправда! — со злостью топает ножкой младшая, ее маленькое тело напрягается как струна. Щеки вспыхивают ярким румянцем, нижняя губа начинает предательски дрожать. Она резко поворачивается к старшей сестре. — Папа снова будет жить с нами! — сжимает кулачки так, что костяшки пальцев белеют, и с неподдельной детской ненавистью смотрит снизу вверх.
Внезапный звонок в дверь прерывает ответ старшей.
— Я открою, — отзывается средняя дочь из коридора.
— Привет, дочь, — до боли знакомый мужской голос раздается от входной двери.
— Я же говорила, папа обязательно вернется к нам, — тихо проговаривает младшая, ее голос дрожит от едва сдерживаемого торжества. Она показывает язык старшей, но в этом жесте все еще читается затаенная обида и злость.—Папочка!—кричит и бегом скрывается и
— Да, все это неправда, — снисходительно раздается с порога.
— Неправда! — со злостью топает ножкой младшая, ее маленькое тело напрягается как струна. Щеки вспыхивают ярким румянцем, нижняя губа начинает предательски дрожать. Она резко поворачивается к старшей сестре. — Папа снова будет жить с нами! — сжимает кулачки так, что костяшки пальцев белеют, и с неподдельной детской ненавистью смотрит снизу вверх.
Внезапный звонок в дверь прерывает ответ старшей.
— Я открою, — отзывается средняя дочь из коридора.
— Привет, дочь, — до боли знакомый мужской голос раздается от входной двери.
— Я же говорила, папа обязательно вернется к нам, — тихо проговаривает младшая, ее голос дрожит от едва сдерживаемого торжества. Она показывает язык старшей, но в этом жесте все еще читается затаенная обида и злость.—Папочка!—кричит и бегом скрывается и
– Ох, Костян, знал бы ты, какая мука – возвращаться домой. Она в чудовище превратилась: растолстела, подурнела, а одежда… Это, вообще, шедевр – стремная, растянутая и вся в пятнах от детской каши. В общем, фу-у… Эх, если бы не Ларочка…
– Хорошо ты, Генка, пристроился. Не каждому удается начальницу в любовницы заполучить. А твоя-то не догадывается? – хмыкает друг мужа и старый сплетник Кириллов.
– Да пусть только посмеет… И так на моей шее сидит. Ее же сократили недавно, так что… Обеспечивать я ее не собираюсь.
Я случайно подслушала разговор мужа с другом. Предатель предложил «проверить чувства»: отказался содержать нас с малышкой, разделив семейный бюджет.
А я легко согласилась с решением предателя, приготовив для него сладкую месть… Он пожалеет о своем решении и об измене. Обо всех нанесенных мне обидах…
– Хорошо ты, Генка, пристроился. Не каждому удается начальницу в любовницы заполучить. А твоя-то не догадывается? – хмыкает друг мужа и старый сплетник Кириллов.
– Да пусть только посмеет… И так на моей шее сидит. Ее же сократили недавно, так что… Обеспечивать я ее не собираюсь.
Я случайно подслушала разговор мужа с другом. Предатель предложил «проверить чувства»: отказался содержать нас с малышкой, разделив семейный бюджет.
А я легко согласилась с решением предателя, приготовив для него сладкую месть… Он пожалеет о своем решении и об измене. Обо всех нанесенных мне обидах…
— Ну что ты хочешь?.. — я всё же принимаю звонок. — Я не вернусь и мы разводимся.
— Ты с ума сошла?! — шипит он в ответ. — Ко мне сегодня проверка приходила! Вынюхивали что-то, в документах рылись, склады наши осматривали! Это всё для того, чтобы я тебе развод дал и денег? — он кипит, плюется ядом.
Я пытаюсь считать до десяти, чтобы каждое его обидное и болючее слово не долетало до моей души. Он в клочья уничтожил мои чувства. Он уничтожил меня, а мне придется возрождаться и перестать быть слабой.
— Ты изменил мне. Ты завел себе другую семью. Вот и живи с ними.
Не знаю, как можно разлюбить так быстро мужчину, с которым жила двадцать лет, но я… разлюбила.
— Ты ничего не получишь! — орет он. — Ни копейки! Слышишь?! — и бросает трубку.
Через двадцать лет брака я узнаю, что муж не просто изменил мне — он завел себе семью на стороне. У него родился долгожданный сын, которого я так и не смогла ему подарить. И теперь моя жизнь летит в пропасть.
— Ты с ума сошла?! — шипит он в ответ. — Ко мне сегодня проверка приходила! Вынюхивали что-то, в документах рылись, склады наши осматривали! Это всё для того, чтобы я тебе развод дал и денег? — он кипит, плюется ядом.
Я пытаюсь считать до десяти, чтобы каждое его обидное и болючее слово не долетало до моей души. Он в клочья уничтожил мои чувства. Он уничтожил меня, а мне придется возрождаться и перестать быть слабой.
— Ты изменил мне. Ты завел себе другую семью. Вот и живи с ними.
Не знаю, как можно разлюбить так быстро мужчину, с которым жила двадцать лет, но я… разлюбила.
— Ты ничего не получишь! — орет он. — Ни копейки! Слышишь?! — и бросает трубку.
Через двадцать лет брака я узнаю, что муж не просто изменил мне — он завел себе семью на стороне. У него родился долгожданный сын, которого я так и не смогла ему подарить. И теперь моя жизнь летит в пропасть.
– Что именно... она тебе рассказывала?
– О-о, много чего. – Я сделала шаг ближе, наблюдая, как он напрягся. – Например, что ты обещал ей повышение. И что ты ненавидишь, когда я готовлю брокколи. – Мои пальцы коснулись его воротника. – И что у тебя появилась новая родинка... здесь.
Я легко ткнула в место над его поясом.
Его лицо побелело. Он открыл рот, но я уже повернулась к двери.
– Я устала. Пойду спать.
– Лиля, подожди! – Он схватил меня за запястье. – Я могу объяснить…
Муж изменил и мне не нужны его объяснения.
Мне нужна только месть!
– О-о, много чего. – Я сделала шаг ближе, наблюдая, как он напрягся. – Например, что ты обещал ей повышение. И что ты ненавидишь, когда я готовлю брокколи. – Мои пальцы коснулись его воротника. – И что у тебя появилась новая родинка... здесь.
Я легко ткнула в место над его поясом.
Его лицо побелело. Он открыл рот, но я уже повернулась к двери.
– Я устала. Пойду спать.
– Лиля, подожди! – Он схватил меня за запястье. – Я могу объяснить…
Муж изменил и мне не нужны его объяснения.
Мне нужна только месть!
– Любимым не изменяют, – дергаю плечами, пытаясь сбросить с них руки Руслана.
– Это лишь слова, – спорит муж. – Жизнь не укладывается ни в какие правила. Я на самом деле люблю тебя.
– Зачем тогда с ней связался? Брось ее! – требую.
– Не могу. Потому что и ее я люблю тоже, – выдает муж. – Я вас обеих люблю. По-разному, но одинаково сильно. И ни одну из вас не могу бросить.
***
Незадолго до 20-летнего юбилея свадьбы Руслан закручивает роман с молодой пациенткой. Только вот Веронику не устраивает роль любовницы. Она решает подтолкнуть Руслана к разводу, рассказав об их отношениях его жене. В итоге он оказывается перед сложным выбором. Да и его жена Тамара не знает, как поступить в этой ситуации: простить ли предателя или оставить его у разбитого корыта.
– Это лишь слова, – спорит муж. – Жизнь не укладывается ни в какие правила. Я на самом деле люблю тебя.
– Зачем тогда с ней связался? Брось ее! – требую.
– Не могу. Потому что и ее я люблю тоже, – выдает муж. – Я вас обеих люблю. По-разному, но одинаково сильно. И ни одну из вас не могу бросить.
***
Незадолго до 20-летнего юбилея свадьбы Руслан закручивает роман с молодой пациенткой. Только вот Веронику не устраивает роль любовницы. Она решает подтолкнуть Руслана к разводу, рассказав об их отношениях его жене. В итоге он оказывается перед сложным выбором. Да и его жена Тамара не знает, как поступить в этой ситуации: простить ли предателя или оставить его у разбитого корыта.
Лена выглядит безупречно: длинные каштановые волосы идеально уложены, улыбка ослепительна, взгляд полный уверенности. Подпись под фотографией: «Любите себя, девочки, и ваш мужчина обязательно найдет вас!»
Я улыбаюсь, но вдруг замечаю странное отражение в бокале вина в её руке. Сердце мгновенно начинает колотиться быстрее. Приближаю картинку, всматриваюсь — и меня захлёстывает ледяная волна ужаса.
Это Антон. Мой муж, которого я узнала бы из тысячи. Его профиль, его улыбка, чуть прищуренный взгляд. Ошибки быть не может.
Я считала его любящим мужем, а ее лучшей подругой. Все раскрыла абсолютная случайность и одно отражение.
Я улыбаюсь, но вдруг замечаю странное отражение в бокале вина в её руке. Сердце мгновенно начинает колотиться быстрее. Приближаю картинку, всматриваюсь — и меня захлёстывает ледяная волна ужаса.
Это Антон. Мой муж, которого я узнала бы из тысячи. Его профиль, его улыбка, чуть прищуренный взгляд. Ошибки быть не может.
Я считала его любящим мужем, а ее лучшей подругой. Все раскрыла абсолютная случайность и одно отражение.
— Это твоя другая жена? — задает девочка вопрос, как только они с мальчиком входят в дом.
— Так, дети, вопросы потом, раздеваемся, — подталкивает их в дом муж, стряхивая с ботинок снег. — Снежа, давай сюда пуховик и снимай комбинезон, Роб, то же самое.
Муж на меня не смотрит, полностью занят детьми. Я в таком шоке, что впору рот открыть и смотреть на все как немая рыба.
— Я не хочу жить с этой твоей женой, — психует девочка, когда Слава садится перед ней на корточки и помогает расстегнуть розовую курточку.
— Упс, — произносит Соня и подхватывает меня под локоть, тащит обратно в гостиную. — Пойдем-ка отсюда, все вопросы потом.
— Подожди, — сопротивляюсь я, но все же неохотно следую за Соней, что вцепилась в меня как клещами. — Мне же нужно узнать…
— Узнаешь, только чуть позже. Что-то мне подсказывает, что твой муж при детях ничего не будет говорить.
— В смысле? Вы хотите сказать, что это его дети?!
— Так, дети, вопросы потом, раздеваемся, — подталкивает их в дом муж, стряхивая с ботинок снег. — Снежа, давай сюда пуховик и снимай комбинезон, Роб, то же самое.
Муж на меня не смотрит, полностью занят детьми. Я в таком шоке, что впору рот открыть и смотреть на все как немая рыба.
— Я не хочу жить с этой твоей женой, — психует девочка, когда Слава садится перед ней на корточки и помогает расстегнуть розовую курточку.
— Упс, — произносит Соня и подхватывает меня под локоть, тащит обратно в гостиную. — Пойдем-ка отсюда, все вопросы потом.
— Подожди, — сопротивляюсь я, но все же неохотно следую за Соней, что вцепилась в меня как клещами. — Мне же нужно узнать…
— Узнаешь, только чуть позже. Что-то мне подсказывает, что твой муж при детях ничего не будет говорить.
— В смысле? Вы хотите сказать, что это его дети?!
– Вы Ольга? – протягивает девица, пытаясь беспардонно проникнуть в нашу квартиру. – Хорошая хата… Освобождай ее.
– С какой стати? – возмущаюсь я, перекрывая проход.
– А с той! Тебе сорокет почти, детей нет. Так вали, зачем мое место занимаешь? Я беременна, семь недель. И с твоим Матвеем мы три года вместе!
Я считала свой брак безупречным, пока на пороге моей квартиры не появилась беременная любовница мужа.
Вместо страданий и слез я выбираю веселье с подругой в модном баре…
Случайное знакомство с влиятельным мужчиной и… одна ночь, чтобы все изменить…
А на утро я больше не боюсь потерять того, кто давно потерян.
И признаться: все, что было раньше – досадная ошибка… А впереди – новая жизнь и долгожданное счастье!
– С какой стати? – возмущаюсь я, перекрывая проход.
– А с той! Тебе сорокет почти, детей нет. Так вали, зачем мое место занимаешь? Я беременна, семь недель. И с твоим Матвеем мы три года вместе!
Я считала свой брак безупречным, пока на пороге моей квартиры не появилась беременная любовница мужа.
Вместо страданий и слез я выбираю веселье с подругой в модном баре…
Случайное знакомство с влиятельным мужчиной и… одна ночь, чтобы все изменить…
А на утро я больше не боюсь потерять того, кто давно потерян.
И признаться: все, что было раньше – досадная ошибка… А впереди – новая жизнь и долгожданное счастье!
«Это не может быть он!» — мой мозг отказывается воспринимать увиденное.
На экране мобильного, фотография из какого-то клуба. Полумрак, тяжелые шторы и диванчик, а на нем полуголая девица, верхом на брюнете в голубой рубашке.
Мало ли брюнетов в голубых рубашках?..
***
Наша сказка, наше «долго и счастливо» превратились в пыль. Мы больше не спорим, не кричим. Научились лгать, улыбаться, когда хочется плакать.
Короткие сообщения, звонки без ответа...
Он не готов говорить правду, я не готова принять ее... Потому что когда нет доверия, любая правда звучит, как ложь.
На экране мобильного, фотография из какого-то клуба. Полумрак, тяжелые шторы и диванчик, а на нем полуголая девица, верхом на брюнете в голубой рубашке.
Мало ли брюнетов в голубых рубашках?..
***
Наша сказка, наше «долго и счастливо» превратились в пыль. Мы больше не спорим, не кричим. Научились лгать, улыбаться, когда хочется плакать.
Короткие сообщения, звонки без ответа...
Он не готов говорить правду, я не готова принять ее... Потому что когда нет доверия, любая правда звучит, как ложь.
— Я видела тебя сегодня утром, — сказала я спокойно. — У детской площадки. С женщиной и ребёнком.
Его улыбка дрогнула, но не исчезла. Вместо этого она стала какой-то механической, застывшей.
— А, это… — начал он, и я буквально услышала, как в его голове прокручиваются возможные оправдания. — Это Кира, она клиентка мастерской. Мы делали проект её квартиры в прошлом году, и она…
— Не надо, — я подняла руку, останавливая поток его слов. — Не оскорбляй меня ложью, хватит. Я видела, как ты её обнимал. Как целовал. Это были вовсе не деловые объятия.
Он замолчал. Медленно опустил коробку конфет на прикроватную тумбочку и сел на край кровати. Не рядом со мной — на самый край, сохраняя дистанцию.
— Как давно? — спросила я, глядя не на него, а на нашу семейную фотографию на стене.
Валя вздохнул.
— Два года, — тихо ответил он.
Его улыбка дрогнула, но не исчезла. Вместо этого она стала какой-то механической, застывшей.
— А, это… — начал он, и я буквально услышала, как в его голове прокручиваются возможные оправдания. — Это Кира, она клиентка мастерской. Мы делали проект её квартиры в прошлом году, и она…
— Не надо, — я подняла руку, останавливая поток его слов. — Не оскорбляй меня ложью, хватит. Я видела, как ты её обнимал. Как целовал. Это были вовсе не деловые объятия.
Он замолчал. Медленно опустил коробку конфет на прикроватную тумбочку и сел на край кровати. Не рядом со мной — на самый край, сохраняя дистанцию.
— Как давно? — спросила я, глядя не на него, а на нашу семейную фотографию на стене.
Валя вздохнул.
— Два года, — тихо ответил он.
Подборка мелодрам о разводе
Выберите полку для книги