Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «razvod»
— Ты разрушил нашу семью! — смотрю в глаза предателя-мужа.
— Да какую семью, Ксюш? — хмыкает он, — от тебя уже сексуальностью лет пять как не пахнет. Холодная, как лягушка. Дочь — бездарность…
— Как ты можешь говорить такое? — хриплю от ужаса.
— Хоть из сына человека сделаю, если избавлю его от твоего влияния. Тем более мои будущие родственники мой план поддержали. Им нужен наследник, — добавляет он едва ли не победоносно.
— Ты хочешь забрать у меня моего ребёнка ради наследства какой‑то стервы?! — не верю в собственную догадку.
— Не оскорбляй Юлиану, — холодно отрезает он, — она будет хорошей матерью. Лучше, чем ты.
***
Муж предал меня и забрал нашего годовалого сына в семью своей любовницы. И я вынуждена обратиться к тому, кого терпеть не могу. Но только он может мне помочь…
— Да какую семью, Ксюш? — хмыкает он, — от тебя уже сексуальностью лет пять как не пахнет. Холодная, как лягушка. Дочь — бездарность…
— Как ты можешь говорить такое? — хриплю от ужаса.
— Хоть из сына человека сделаю, если избавлю его от твоего влияния. Тем более мои будущие родственники мой план поддержали. Им нужен наследник, — добавляет он едва ли не победоносно.
— Ты хочешь забрать у меня моего ребёнка ради наследства какой‑то стервы?! — не верю в собственную догадку.
— Не оскорбляй Юлиану, — холодно отрезает он, — она будет хорошей матерью. Лучше, чем ты.
***
Муж предал меня и забрал нашего годовалого сына в семью своей любовницы. И я вынуждена обратиться к тому, кого терпеть не могу. Но только он может мне помочь…
Девушка, сидящая напротив, слегка наклонила голову.
– Не ожидала? – она усмехнулась, глядя мне в глаза.
– Я спрашиваю, что это значит. – пыталась скрыть растерянность за маской выдержки.
Она медленно расправила плечи и, не отводя взгляда, сказала:
– Да отдыхать я собиралась с твоим мужем, Катя. И путевки эти для нас с ним.
Мне показалось, что я неправильно расслышала. Не потому что слова были нечеткими. Нет, она сказала всё идеально ясно. Просто мозг отказался принимать смысл.
– Если это какой-то розыгрыш, то он очень глупый, – сказала я.
– Это не розыгрыш, Катя, – сказала она почти ласково. – Просто тебе наконец открыли глаза. Твой муж уже не твой вовсе.
– Не ожидала? – она усмехнулась, глядя мне в глаза.
– Я спрашиваю, что это значит. – пыталась скрыть растерянность за маской выдержки.
Она медленно расправила плечи и, не отводя взгляда, сказала:
– Да отдыхать я собиралась с твоим мужем, Катя. И путевки эти для нас с ним.
Мне показалось, что я неправильно расслышала. Не потому что слова были нечеткими. Нет, она сказала всё идеально ясно. Просто мозг отказался принимать смысл.
– Если это какой-то розыгрыш, то он очень глупый, – сказала я.
– Это не розыгрыш, Катя, – сказала она почти ласково. – Просто тебе наконец открыли глаза. Твой муж уже не твой вовсе.
– Кать, ты увядаешь, как цветок, который забыли полить, – произносит муж, глядя на меня с презрением. – Я дал тебе все, а ты устраиваешь истерику из-за того, что я нашел женщину поинтереснее, чем ты.
Я смотрю на него и не узнаю человека, с которым прожила четырнадцать лет. В его телефоне – переписка с любовницей, в его планах – лишить меня сына и оставить без средств к существованию.
***
Я не знала, что можно потерять все за одну ночь. Это не просто предательство – это хорошо спланированное ограбление моей жизни, где мне отведена роль обреченной жертвы по версии мужа. Но он ошибся… На этот раз я не буду играть по твоим правилам, предатель!
Я смотрю на него и не узнаю человека, с которым прожила четырнадцать лет. В его телефоне – переписка с любовницей, в его планах – лишить меня сына и оставить без средств к существованию.
***
Я не знала, что можно потерять все за одну ночь. Это не просто предательство – это хорошо спланированное ограбление моей жизни, где мне отведена роль обреченной жертвы по версии мужа. Но он ошибся… На этот раз я не буду играть по твоим правилам, предатель!
— Да, я сплю с твоим мужем! И что? — призналась Ольга, мать партнера нашей дочери по танцам.
Но мой муж всячески уверял, что она всё выдумала:
— Лен, кого ты слушаешь? Не было у меня ничего с ней!
Я не знала кому верить, но уже на следующий день решила подать на развод.
— Ты это серьезно? — спросил Кирилл изумленно. — Из-за чего? Из-за того, что наговорила тебе Ольга? Я же сказал — это всё ложь.
— Я не знаю, ложь это или нет. Я знаю только, что не могу так дальше.
— Как?
— Не доверять тебе. Сомневаться. Я не могу лечь с тобой в постель, Кирилл. Не могу притворяться, что всё хорошо. Потому что это не так.
— Дай мне шанс, — сказал он, взяв меня за руку. — Я докажу тебе, что ты зря во мне сомневаешься.
Но, как оказалось, не зря. Ведь очень скоро моя жизнь превратится в кошмар. А человек, с которым я прожила в браке двенадцать лет, окажется способен на нечто куда более ужасное, чем предательство.
Но мой муж всячески уверял, что она всё выдумала:
— Лен, кого ты слушаешь? Не было у меня ничего с ней!
Я не знала кому верить, но уже на следующий день решила подать на развод.
— Ты это серьезно? — спросил Кирилл изумленно. — Из-за чего? Из-за того, что наговорила тебе Ольга? Я же сказал — это всё ложь.
— Я не знаю, ложь это или нет. Я знаю только, что не могу так дальше.
— Как?
— Не доверять тебе. Сомневаться. Я не могу лечь с тобой в постель, Кирилл. Не могу притворяться, что всё хорошо. Потому что это не так.
— Дай мне шанс, — сказал он, взяв меня за руку. — Я докажу тебе, что ты зря во мне сомневаешься.
Но, как оказалось, не зря. Ведь очень скоро моя жизнь превратится в кошмар. А человек, с которым я прожила в браке двенадцать лет, окажется способен на нечто куда более ужасное, чем предательство.
Все говорили приятные слова, поднимали тосты: “За меня”. “За здоровье”.
Я улыбалась, кивала, благодарила. И всё ждала тот момент, когда муж, наконец, встанет и скажет что-то своё. Пусть не блестящее, не великое, но что-нибудь душевное. Как-никак 27 лет вместе!
Андрей встал. Взял бокал. Гости за столом притихли.
- Ну что, - откашлялся он. - Я хочу выпить за мою Аню! Хозяйственную, надёжную. Посмотрите сколько всего наготовила! А потому, подарок для неё я выбрал соответствующий.
И вынес коробку - большую, с красным бантом, но даже не потрудился завернуть её в обёрточную бумагу, поэтому на глянцевом картоне со всех возможных ракурсов красовалась функциональная мультиварка.
Бокал звякнул о стол. В наступившей тишине я слышала только стук крови в висках.
У меня внутри даже не кольнуло. Там как будто кто-то щёлкнул выключателем.
Мультиварка.
Я улыбалась, кивала, благодарила. И всё ждала тот момент, когда муж, наконец, встанет и скажет что-то своё. Пусть не блестящее, не великое, но что-нибудь душевное. Как-никак 27 лет вместе!
Андрей встал. Взял бокал. Гости за столом притихли.
- Ну что, - откашлялся он. - Я хочу выпить за мою Аню! Хозяйственную, надёжную. Посмотрите сколько всего наготовила! А потому, подарок для неё я выбрал соответствующий.
И вынес коробку - большую, с красным бантом, но даже не потрудился завернуть её в обёрточную бумагу, поэтому на глянцевом картоне со всех возможных ракурсов красовалась функциональная мультиварка.
Бокал звякнул о стол. В наступившей тишине я слышала только стук крови в висках.
У меня внутри даже не кольнуло. Там как будто кто-то щёлкнул выключателем.
Мультиварка.
— Это твой сын, Сергей?
— Мой. Ему шесть. И да, его мать — Инна.
— А я все эти годы жила рядом с тобой и ничего не знала?
— Ты знала главное: ты моя жена. Этого тебе должно было хватить.
— Я подаю на развод.
— Развод? — он усмехается. — Ты забыла, кем была до меня? Без моей фамилии ты снова станешь никем.
Я узнала правду не из переписки и не от сплетниц. Я сама лечила мальчика, который назвал моего мужа папой. Шесть лет Сергей скрывал сына от другой женщины, а потом решил, что я промолчу, сохраню его авторитет главврача и позволю привести эту правду к нашей дочери.
Он был уверен, что я стерплю. Только он плохо меня знал.
— Мой. Ему шесть. И да, его мать — Инна.
— А я все эти годы жила рядом с тобой и ничего не знала?
— Ты знала главное: ты моя жена. Этого тебе должно было хватить.
— Я подаю на развод.
— Развод? — он усмехается. — Ты забыла, кем была до меня? Без моей фамилии ты снова станешь никем.
Я узнала правду не из переписки и не от сплетниц. Я сама лечила мальчика, который назвал моего мужа папой. Шесть лет Сергей скрывал сына от другой женщины, а потом решил, что я промолчу, сохраню его авторитет главврача и позволю привести эту правду к нашей дочери.
Он был уверен, что я стерплю. Только он плохо меня знал.
Сегодня мне сказали: «Стойкая ремиссия, поздравляю!».
Окрыленная захожу ресторан, забронировать стол, чтобы отметить с мужем.
За столиком он. Рустам. .
Не один. С ним женщина..
Рустам берет ее за руку, нежно. А потом замечает меня.
— Мира? Что ты здесь делаешь? Ты же должна быть дома?
— Хотела заказать столик, отпраздновать ремиссию. С тобой.
— Ремиссия? Поздравляю. Только это уже ничего не меняет, Мир. Я тебя больше не люблю. Давай только без сцен. Я хотел сказать тебе как раз сегодня. Мы с Амалией… обсуждали детали. Не хотел, чтобы ты увидела вот так, но если уж получилось...
— Давно… Давно ты с ней спишь?
— Это не «спишь». Мы вместе.
— Почему не ушел раньше? Почему врал?
— Потому что так захотел. Ты была… не в ресурсе. А сегодня я уже понял, что не могу больше жить в этой лжи.
Из игровой зоны выходит женщина и ведет за руку девочку.
Ей года 3. Ее лицо оно… Родное.
Тот же разрез век. Та же густая чернота волос. И та самая морщинка на переносице, когда она хмурит
Окрыленная захожу ресторан, забронировать стол, чтобы отметить с мужем.
За столиком он. Рустам. .
Не один. С ним женщина..
Рустам берет ее за руку, нежно. А потом замечает меня.
— Мира? Что ты здесь делаешь? Ты же должна быть дома?
— Хотела заказать столик, отпраздновать ремиссию. С тобой.
— Ремиссия? Поздравляю. Только это уже ничего не меняет, Мир. Я тебя больше не люблю. Давай только без сцен. Я хотел сказать тебе как раз сегодня. Мы с Амалией… обсуждали детали. Не хотел, чтобы ты увидела вот так, но если уж получилось...
— Давно… Давно ты с ней спишь?
— Это не «спишь». Мы вместе.
— Почему не ушел раньше? Почему врал?
— Потому что так захотел. Ты была… не в ресурсе. А сегодня я уже понял, что не могу больше жить в этой лжи.
Из игровой зоны выходит женщина и ведет за руку девочку.
Ей года 3. Ее лицо оно… Родное.
Тот же разрез век. Та же густая чернота волос. И та самая морщинка на переносице, когда она хмурит
— Анна? — голос бывшего мужа прозвучал опасно. — Что ты тут делаешь?
— Работаю, — неохотно призналась.
— В ЗАГСе? Так это ты устроила цирк с документами, чтобы я не смог жениться?!
— Артём, я могу объяснить...
— Объяснить, как ты решила снова испортить мне жизнь?!
Бывший муж возненавидел меня после развода, и теперь мне придется помешать ему жениться во второй раз. На это у меня есть веская причина — ей четыре года, зовут Катюша, и муж о своей дочери пока не ничего знает...
— Работаю, — неохотно призналась.
— В ЗАГСе? Так это ты устроила цирк с документами, чтобы я не смог жениться?!
— Артём, я могу объяснить...
— Объяснить, как ты решила снова испортить мне жизнь?!
Бывший муж возненавидел меня после развода, и теперь мне придется помешать ему жениться во второй раз. На это у меня есть веская причина — ей четыре года, зовут Катюша, и муж о своей дочери пока не ничего знает...
– А жена его вообще в курсе, интересно? – продолжила одна из девушек.
И внутри у меня что-то неприятно кольнуло. Я стояла за углом, продолжая слушать их разговор о моем муже.
– Да ты что. Эта жена смотрит на него как на святого. Наивная такая.
– Нет, ну Люба вообще отчаянная, конечно, – сказала одна из них. – Я бы с женатым не связывалась.
– Ой, да перестань. Если мужик красивый и при деньгах, какая разница, женатый или нет?
Они снова засмеялись. А у меня в груди будто медленно проворачивали нож.
– Я вообще думала, жена узнает о его похождениях.
– Да откуда? Такие жены последними узнают. Они верят в «мой Вася не такой».
У меня потемнело в глазах. «Мой Вася не такой».
Это ведь были буквально мои слова. Я столько раз говорила их подругам. Маме. Даже самой себе. А оказалось, мой муж изменщик…
И внутри у меня что-то неприятно кольнуло. Я стояла за углом, продолжая слушать их разговор о моем муже.
– Да ты что. Эта жена смотрит на него как на святого. Наивная такая.
– Нет, ну Люба вообще отчаянная, конечно, – сказала одна из них. – Я бы с женатым не связывалась.
– Ой, да перестань. Если мужик красивый и при деньгах, какая разница, женатый или нет?
Они снова засмеялись. А у меня в груди будто медленно проворачивали нож.
– Я вообще думала, жена узнает о его похождениях.
– Да откуда? Такие жены последними узнают. Они верят в «мой Вася не такой».
У меня потемнело в глазах. «Мой Вася не такой».
Это ведь были буквально мои слова. Я столько раз говорила их подругам. Маме. Даже самой себе. А оказалось, мой муж изменщик…
— Ты зачем писал ей по ночам?
— Марина, тише. Никита спит.
— Она дочь моей сестры, Олег. Ты её на руках маленькую держал.
— Ей уже восемнадцать. И ты всё неправильно поняла.
Сестра лежала в больнице и попросила отвезти её дочь в Питер на поступление. Мой муж сам вызвался помочь. Я решила поехать с ними и взять сына: заодно погуляем, покажем ребёнку Петергоф, проведём несколько дней семьёй.
Только уже в отеле я заметила, как Олег смотрит на Леру. Не как на племянницу. Не как на ребёнка нашей семьи.
А потом увидела сообщение: Удаляй всё. Марина подозревает.
И поняла: эта поездка закончится не поступлением Леры. Она закончится правдой, после которой наша семья уже не вернётся домой прежней.
— Марина, тише. Никита спит.
— Она дочь моей сестры, Олег. Ты её на руках маленькую держал.
— Ей уже восемнадцать. И ты всё неправильно поняла.
Сестра лежала в больнице и попросила отвезти её дочь в Питер на поступление. Мой муж сам вызвался помочь. Я решила поехать с ними и взять сына: заодно погуляем, покажем ребёнку Петергоф, проведём несколько дней семьёй.
Только уже в отеле я заметила, как Олег смотрит на Леру. Не как на племянницу. Не как на ребёнка нашей семьи.
А потом увидела сообщение: Удаляй всё. Марина подозревает.
И поняла: эта поездка закончится не поступлением Леры. Она закончится правдой, после которой наша семья уже не вернётся домой прежней.
Подборка мелодрам о разводе
Выберите полку для книги