Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»
— Зачем ты приехала? — рычит муж. — Не могла позвонить?
Он говорит резко, отрывисто, этим своим командирский тоном
— Не могла, — выдавила я. — Иначе не узнала бы, что твоя любовница собралась рожать! А ты что же? Планировал уговорить её на аборт?
— Тише! — супруг сцапал меня за локоть и потащил в кабинет. — Хочешь, чтобы все вокруг твои крики услышали?
— Теперь понятно, почему ты ехать со мной отказался! — я ткнула его в грудь. — Дела со своей брюхатой любовницей улаживал! Ну и как, уладил? Судя по её наглому виду, не похоже!
— Закрой рот! — прорычал Руслан, и на виске его вздулась жилка.
— Как ты смеешь…
— Смею, — припечатал он. — Смею это и много другое. А тебе лучше придержать свой ядовитый язык!
Он говорит резко, отрывисто, этим своим командирский тоном
— Не могла, — выдавила я. — Иначе не узнала бы, что твоя любовница собралась рожать! А ты что же? Планировал уговорить её на аборт?
— Тише! — супруг сцапал меня за локоть и потащил в кабинет. — Хочешь, чтобы все вокруг твои крики услышали?
— Теперь понятно, почему ты ехать со мной отказался! — я ткнула его в грудь. — Дела со своей брюхатой любовницей улаживал! Ну и как, уладил? Судя по её наглому виду, не похоже!
— Закрой рот! — прорычал Руслан, и на виске его вздулась жилка.
— Как ты смеешь…
— Смею, — припечатал он. — Смею это и много другое. А тебе лучше придержать свой ядовитый язык!
Я — жена криминального авторитета.
У меня шёлковые простыни, охрана у ворот и муж, который никогда не повышает голос. У меня есть всё — и я не имею права знать ни о чём.
Но тело помнит раньше головы. Я просыпаюсь в шесть утра, когда его место в кровати уже остыло. Я нахожу чужой телефон. Я нахожу фотографии. Я нахожу базу в промзоне, о которой мне нельзя было знать.
Сначала я думала, что у него другая. Это было бы милосердно.
Оказалось хуже. Оказалось — у него другая жизнь. И в этой жизни для меня не предусмотрено ни роли, ни выхода.
Золотая клетка открывается только один раз. И только в одну сторону.
Эта книга — про женщину, которая перестала быть удобной. Про дом, где даже тишина прослушивается. Про любовь, которая стоит жизни — и про цену, которую платят те, кто слишком много увидел.
Если ты замужем за человеком, которого боишься называть по имени вслух — эта книга для тебя.
Дочитай до конца. И не оставляй её на видном месте.
У меня шёлковые простыни, охрана у ворот и муж, который никогда не повышает голос. У меня есть всё — и я не имею права знать ни о чём.
Но тело помнит раньше головы. Я просыпаюсь в шесть утра, когда его место в кровати уже остыло. Я нахожу чужой телефон. Я нахожу фотографии. Я нахожу базу в промзоне, о которой мне нельзя было знать.
Сначала я думала, что у него другая. Это было бы милосердно.
Оказалось хуже. Оказалось — у него другая жизнь. И в этой жизни для меня не предусмотрено ни роли, ни выхода.
Золотая клетка открывается только один раз. И только в одну сторону.
Эта книга — про женщину, которая перестала быть удобной. Про дом, где даже тишина прослушивается. Про любовь, которая стоит жизни — и про цену, которую платят те, кто слишком много увидел.
Если ты замужем за человеком, которого боишься называть по имени вслух — эта книга для тебя.
Дочитай до конца. И не оставляй её на видном месте.
Ты знаешь это раньше, чем находишь доказательства. По чужому запаху на его рубашке. По паузе перед «я задержусь». По тому, как он впервые за пять лет начал запирать телефон.
Я вижу то, что другие пропускают. Меня учили этому два брака — школа боли и тренировка навыков. Теперь я не плачу. Я проверяю факты. Я нахожу её раньше, чем он успевает солгать ещё раз. Я знаю, в каком кафе он держит её за руку, какой парфюм она носит, в каком чате он называет её «малышка», пока ты варишь ему кофе.
Лиза пришла ко мне с одним вопросом. Я дала ей ответ — и открыла дверь, которую лучше было оставить закрытой. За изменой её мужа стояла не другая женщина. Стояла система. Двойные жизни, чужие деньги, охрана, которая запоминает лица. И кто-то уже знал моё.
В моей галерее — фото моих окон, снятое снизу. В 22:41. Когда я была дома одна.
Эта книга — не про измену. Эта книга про то, что происходит, когда ты наконец перестаёшь себя обманывать. И про цену, которую за это платят.
Поверь, тебе не кажется...
Я вижу то, что другие пропускают. Меня учили этому два брака — школа боли и тренировка навыков. Теперь я не плачу. Я проверяю факты. Я нахожу её раньше, чем он успевает солгать ещё раз. Я знаю, в каком кафе он держит её за руку, какой парфюм она носит, в каком чате он называет её «малышка», пока ты варишь ему кофе.
Лиза пришла ко мне с одним вопросом. Я дала ей ответ — и открыла дверь, которую лучше было оставить закрытой. За изменой её мужа стояла не другая женщина. Стояла система. Двойные жизни, чужие деньги, охрана, которая запоминает лица. И кто-то уже знал моё.
В моей галерее — фото моих окон, снятое снизу. В 22:41. Когда я была дома одна.
Эта книга — не про измену. Эта книга про то, что происходит, когда ты наконец перестаёшь себя обманывать. И про цену, которую за это платят.
Поверь, тебе не кажется...
💥КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
Муж забыл про наш юбилей, но это полбеды. Главное — я узнала, что он изменяет мне с секретаршей и дальше еще хуже...
Мой мир рухнул, но я не буду унижаться и плакать. Я буду действовать. Жестко. В своих интересах.
Муж забыл про наш юбилей, но это полбеды. Главное — я узнала, что он изменяет мне с секретаршей и дальше еще хуже...
Мой мир рухнул, но я не буду унижаться и плакать. Я буду действовать. Жестко. В своих интересах.
Я отошла к стене у двери, чтобы не мешать, и присела на подоконник. В коридоре было тихо — все на местах. Я смотрела на свои туфли, на бриллианты в ушах, которые переливались при каждом движении, и всё пыталась унять волнение перед вечером.
А потом я услышала.
Сначала я услышала только смех. Его смех — низкий, самоуверенный, которым он обычно встречал удачную сделку. Потом — слова.
— Да, солнце. Она ни о чём не догадывается. Сидит у себя в кабинете, строит планы на вечер…
Я замерла. Шутка? Он говорит обо мне?
— Нет, у неё даже мысли нет. Она полностью доверяет мне. Представляешь? Семь лет брака, а она всё ещё думает, что я — её принц… Иногда мне даже жаль её.
Тишина. Он слушал собеседника. Я не дышала.
— Конечно, я люблю тебя. Ты — единственная, кто понимает меня. Мы всё заберём, детка. Компания, дом, счета… Всё, что мы накопили, перейдёт к нам. Осталось потерпеть пару месяцев…
Мир покачнулся.
А потом я услышала.
Сначала я услышала только смех. Его смех — низкий, самоуверенный, которым он обычно встречал удачную сделку. Потом — слова.
— Да, солнце. Она ни о чём не догадывается. Сидит у себя в кабинете, строит планы на вечер…
Я замерла. Шутка? Он говорит обо мне?
— Нет, у неё даже мысли нет. Она полностью доверяет мне. Представляешь? Семь лет брака, а она всё ещё думает, что я — её принц… Иногда мне даже жаль её.
Тишина. Он слушал собеседника. Я не дышала.
— Конечно, я люблю тебя. Ты — единственная, кто понимает меня. Мы всё заберём, детка. Компания, дом, счета… Всё, что мы накопили, перейдёт к нам. Осталось потерпеть пару месяцев…
Мир покачнулся.
Муж говорил по телефону.
– Оля, мы уже всё обсудили.
Я замерла. Сама не поняла почему. Просто осталась стоять за углом, не делая ни шага.
– Нет, я не передумаю. Я сказал тебе всё ещё неделю назад. – продолжил он говорить.
Я нахмурилась. Неделю назад? О чём вообще речь?
– Мы уже всё обсудили, и больше не звони мне. Нет, я не уйду от жены.
Мне показалось, что я ослышалась. Что-то перепутала. Не так поняла. Но… нет.
– Потому что наша с тобой связь была ошибкой. Да плевать, что не один раз. Это в любом случае ошибка.
Я почувствовала, что по щекам текут слёзы. Даже не заметила, когда начала плакать. Они просто катились одна за другой.
Костя тяжело выдохнул и убрал телефон в карман. Потом медленно развернулся.
– Милена?..
Его голос прозвучал хрипло. А я смотрела на него сквозь слёзы и понимала только одно.
Теперь моя жизнь уже никогда не будет прежней.
– Оля, мы уже всё обсудили.
Я замерла. Сама не поняла почему. Просто осталась стоять за углом, не делая ни шага.
– Нет, я не передумаю. Я сказал тебе всё ещё неделю назад. – продолжил он говорить.
Я нахмурилась. Неделю назад? О чём вообще речь?
– Мы уже всё обсудили, и больше не звони мне. Нет, я не уйду от жены.
Мне показалось, что я ослышалась. Что-то перепутала. Не так поняла. Но… нет.
– Потому что наша с тобой связь была ошибкой. Да плевать, что не один раз. Это в любом случае ошибка.
Я почувствовала, что по щекам текут слёзы. Даже не заметила, когда начала плакать. Они просто катились одна за другой.
Костя тяжело выдохнул и убрал телефон в карман. Потом медленно развернулся.
– Милена?..
Его голос прозвучал хрипло. А я смотрела на него сквозь слёзы и понимала только одно.
Теперь моя жизнь уже никогда не будет прежней.
В идеальном браке Оксаны случается трещина: в годовщину она застаёт мужа Гордея с другой. Разбитая хрустальная ваза становится символом крушения семьи. Но, готовясь к разводу, Оксана узнаёт, что предательство намного глубже, чем она думала. В прошлом её мужа скрывается тайна, способная уничтожить всё — от бизнеса до репутации. Теперь речь идёт не только о деньгах и детях, но и о том, хватит ли у женщины сил не разрушить себя в схватке с человеком, которому она когда-то верила.
— Хватит врать, Вадим, — я медленно встала из-за стола. — Я всё прочитала. Год. Вы спите уже год. И на прошлой неделе в Сочи ты был с ней.
Его лицо окаменело. Улыбка исчезла, обнажив хищный, злой оскал. Он мгновенно перешел в нападение.
— И что? — он ударил ладонью по столу. — Да, год! Что ты хотела там найти, залезая в чужие вещи?! Нашла — радуйся! Мужикам нужна разрядка, понимаешь? Я пашу как проклятый, чтобы ты жила в этой квартире, ездила на хорошей машине! Я тебя содержу от и до! Что тебе еще надо?!
— Уважения, — вычеканила я. — Чтобы человек, которому я отдала пять лет жизни, не писал любовнице, что со мной «просто выгодно» и я «бесплатная домработница».
— Ах, не нравится правда?! — Вадим презрительно рассмеялся, разводя руками. — Оскорбили ее величество! Тогда дверь вон там! Собирай манатки и вали, если такая гордая! Посмотрим, кому ты нужна будешь в тридцать лет со своими амбициями!
— Я знаю, где дверь, — мой голос прозвучал так тихо и твердо, что Вадим на секунду осекся.
Его лицо окаменело. Улыбка исчезла, обнажив хищный, злой оскал. Он мгновенно перешел в нападение.
— И что? — он ударил ладонью по столу. — Да, год! Что ты хотела там найти, залезая в чужие вещи?! Нашла — радуйся! Мужикам нужна разрядка, понимаешь? Я пашу как проклятый, чтобы ты жила в этой квартире, ездила на хорошей машине! Я тебя содержу от и до! Что тебе еще надо?!
— Уважения, — вычеканила я. — Чтобы человек, которому я отдала пять лет жизни, не писал любовнице, что со мной «просто выгодно» и я «бесплатная домработница».
— Ах, не нравится правда?! — Вадим презрительно рассмеялся, разводя руками. — Оскорбили ее величество! Тогда дверь вон там! Собирай манатки и вали, если такая гордая! Посмотрим, кому ты нужна будешь в тридцать лет со своими амбициями!
— Я знаю, где дверь, — мой голос прозвучал так тихо и твердо, что Вадим на секунду осекся.
Сергей выходит в коридор. Совершенно расслабленный, он вытирает мокрые волосы полотенцем и делает шаг в сторону комнаты и тут его взгляд натыкается на меня.
Он замирает. Я вижу, как за долю секунды из его лица исчезает вся кровь, делая его серым, как пепел. В глазах вспыхивает животный, неподдельный ужас.
Тишина становится оглушительной, поглощая даже музыку. Я сижу в кресле, нога на ногу, прямо и неподвижно, глядя в его расширенные глаза.
— Серёжа, тяжёлая смена была, и ты решил помыться? — мой голос звучит в этой тишине идеально ровно.
Он замирает. Я вижу, как за долю секунды из его лица исчезает вся кровь, делая его серым, как пепел. В глазах вспыхивает животный, неподдельный ужас.
Тишина становится оглушительной, поглощая даже музыку. Я сижу в кресле, нога на ногу, прямо и неподвижно, глядя в его расширенные глаза.
— Серёжа, тяжёлая смена была, и ты решил помыться? — мой голос звучит в этой тишине идеально ровно.
Я стояла возле двери и не могла пошевелиться.
За годы брака я несколько раз слышала это имя. Олеся… Витя вспоминал её вскользь,.
Первая школьная любовь. Девушка, по которой он когда-то сходил с ума. Девушка, которая не отвечала ему взаимностью.
– Что, Вить, наконец-то дорвался до меня? – произнесла она моему мужу, неровным голосом.
Следом ответил Витя.
– Дорвался. И поверь, не скоро оторвусь.
Я не помню, как сделала шаг вперёд. Не помню, как протянула руку. Не помню, как толкнула дверь.
Помню только, как она медленно открылась. И как весь мир вокруг перестал существовать.
Я своими глазами увидела, как муж мне изменяет.
– Надо же. А я ещё переживала, что не успела к началу встречи выпускников. – я горько усмехнулась сквозь слезы. – Зато успела на главное представление вечера.
За годы брака я несколько раз слышала это имя. Олеся… Витя вспоминал её вскользь,.
Первая школьная любовь. Девушка, по которой он когда-то сходил с ума. Девушка, которая не отвечала ему взаимностью.
– Что, Вить, наконец-то дорвался до меня? – произнесла она моему мужу, неровным голосом.
Следом ответил Витя.
– Дорвался. И поверь, не скоро оторвусь.
Я не помню, как сделала шаг вперёд. Не помню, как протянула руку. Не помню, как толкнула дверь.
Помню только, как она медленно открылась. И как весь мир вокруг перестал существовать.
Я своими глазами увидела, как муж мне изменяет.
– Надо же. А я ещё переживала, что не успела к началу встречи выпускников. – я горько усмехнулась сквозь слезы. – Зато успела на главное представление вечера.
Подборка романов о неверности
Выберите полку для книги