Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «silnaya-geroinya»

— Мы с Олегом вместе уже два года.
Эти слова тридцатилетняя любовница моего мужа произнесла торжественно, с придыханием, с улыбкой победительницы.
— И ты решила мне рассказать. Зачем?
— Потому, что я могу дать ему то, чего вы не смогли. Я беременна.
Вот оно. Он нашел выход из ситуации!
— Олег вас не любит, — Юля наклоняется ближе. — Давно. Он сам говорил. Что вы холодная. Что скучно. Что вы…
— Достаточно.
Одно слово. Негромкое, но после него замолкают.
Кладу купюру на стол.
— За свой смузи заплатишь сама. Или попроси Олега.
***
— Она сама пришла ко мне, — говорю я. — Твоя Юля. Назначила встречу. И рассказала всё. С удовольствием.
— Дура, — цедит он. Но не про меня. Про неё.
— Я хочу развод, — говорю я.
***
Мне казалось, что меня растоптали, выкинули, как ненужную, бракованную вещь. Но я восстану из пепла и буду танцевать на руинах чужих ожиданий. Красиво. Элегантно. Губительно для тех, кто поставил на мою слабость.

— Я от тебя ухожу, Наташа.
— В смысле... уходишь?
— В прямом. Я больше не хочу жить так, как мы живем.
— А как мы живем? — медленно спрашиваю я. — Может, ты сейчас просто очень деликатно называешь этим словом то, что уже нашел себе молодую замену?
— Вот видишь. Ты и сама все понимаешь.
— То есть я правильно понимаю, — говорю я очень ровно, — что я прихожу к тебе и говорю, что у меня подозрение на опухоль, а ты в ответ сообщаешь, что уходишь к молодой любовнице?
— Во-первых, не нужно ставить диагнозы раньше времени.
— Спасибо, — киваю я. — Потрясающий совет от врача.
— Во-вторых, не нужно использовать это как аргумент.
— Использовать... что?
— Свою болезнь. Если она вообще подтвердится, или, может, ты это выдумала, чтобы я проявлял к тебе больше заботы.
— Господи, Костя... — говорю я. — А ты всегда был таким мерзавцем, или это у вас с молоденькими стажерками побочный эффект?
— Не переходи на оскорбления.

🔥ЗАВЕРШЕНО🔥— Я к секретарше поехал, а ты дома приберись, — ошарашивает меня муж.
Застываю посреди кухни с полотенцем в руках и несколько секунд просто смотрю на него, не понимая, правильно ли я расслышала.
— Что ты сказал?
Сергей даже не смущается. Хватает со стола ключи от машины, поправляет ворот рубашки и смотрит на меня так, будто я помеха, стоящая в дверях.
— К любовнице еду, Лен. К молодой и красивой, которая за собой следит. А ты приберись, приберись, займись делом. Раз собой заняться не можешь, хоть дома порядок наведешь.

Мы были в браке двадцать три года. Я родила ему троих детей, тащила на себе быт, работу, болезни, кредиты, его мать и всю нашу семейную жизнь. Думала, у нас за плечами не просто годы, а что-то большее. Нерушимое…

Но оказалось, для него я давно перестала быть любимой женой. Только удобством.

— Какой ещё Лука?
— Не знаешь. Ну да. А кому в апреле варежки надевали? Кому моя дочь шапку поправляет двумя руками? Кто у неё в телефоне «мой брат» подписан?
— Ты... — Он сглотнул. — Ты за ней следила, что ли?
— У тебя там сын! — Вот тут я сорвалась. Не на «Луке» даже, на этом его «следила»: он мне про приличия, вы подумайте. — Сын у тебя, на Вольской! И моя дочь его нянчит полгода, тайком, по вторникам и пятницам! Ты не только мне врал, ты ребёнка в своё враньё замотал! Она худеет, она врать научилась, как ты, гладко!
— Тише ты. Слышно же на улице.
— Пусть слышно! Мне скрывать нечего, это у нас по твоей части!
— Да нет никакого сына! — Он повысил голос, и заговорил быстро — Есть человек, я тебе в июне сказал. Но ребёнок не мой, её это, от первого брака, я просто помогаю, пацан ко мне привык...
Я даже засмеялась. Честное слово, засмеялась, вот такой смех бывает, оказывается, сухой, как мел.

Экран ноутбука светится в темноте. Я сижу, а рядом, за тонкой перегородкой, дышит Игорь. Ровно, глубоко. Почта загружается медленно. Одно письмо — от клиники, как я и ждала. И второе — с незнакомого адреса. Я открываю его по привычке. Рука сама тянется к вложению. Фотографии загружаются одна за другой.
Кафе. Игорь и девушка. Молодая, лет двадцать пять, тёмные волосы, губы яркие, накрашенные так, как я себе давно не позволяю. Следующее фото — она смеётся, запрокинув голову, а он смотрит на неё так... так, как смотрел на меня десять лет назад. Дальше — номер отеля. Полутьма, шторы задёрнуты неплотно, полоска дневного света падает на кровать. Они лежат не прикрытые, обнявшись так, как обнимаются люди, которым нечего скрывать друг от друга. Последний файл — видео.
Пять лет назад я думала, что самое страшное в моей жизни — это диагноз «бесплодие». Я и представить не могла, что настоящий диагноз моему браку поставит не врач, а письмо электронной почты посреди Средиземного моря.

– Да, это я, – киваю я, мысленно перебирая в голове лица родителей своих учеников. Нет, эту я точно вижу впервые. – Вы чья-то мама? Переводитесь к нам?
– Я будущая мама, – она усмехается, обнажая идеально ровные виниры. – А вот насчет вас сомневаюсь.
– Простите? Мы знакомы? Чем могу помочь? – я стараюсь держать профессиональный тон, хотя руки почему-то холодеют.
– Можешь. Еще как можешь, Анечка, – она делает шаг ко мне, вторгаясь в мое личное пространство. – Меня зовут Светлана. И я хочу, чтобы ты наконец-то перестала строить из себя дуру и отпустила Игоря.

— Кира, я не знаю, как сказать тебе это, чтобы не ранить, – он отводит взгляд, – но я… полюбил другую.
Я не дышу. Просто смотрю на него и хлопаю глазами. Мой муж, мой Женя, человек, которого я знаю пятнадцать лет, полюбил другую???
— Давно? — спрашиваю я тихо и не узнаю собственный голос.
— Несколько месяцев, — отвечает муж.
— То есть ты всё это время… – я замолкаю, не могу закончить.
— Я не хотел сделать тебе больно, — он говорит это, а мне хочется засмеяться.
Это же абсурд! Он не хотел делать больно, но вонзил в спину нож!
— Когда? — спрашиваю я тихо. — Когда ты уходишь?
— Сейчас. Если ты не против, я сейчас соберу вещи и уйду. За квартиру не беспокойся. Я на нее не претендую. Квартира твоя и Лины.
Смешно. Он думает, мне сейчас важны стены? Пусть бы всё забрал. Только бы не вот так — не уходил, не стирал, не вырезал себя из моей жизни скальпелем.
Я только киваю. Если я сейчас раскрою рот, то закричу.

— Лиза, я не вижу смысла в нашем дальнейшем жалком сосуществовании друг с другом.
Я замерла с ложкой каши на полпути ко рту Мишки. Трехлетний сын смотрел на меня круглыми глазами, ожидая продолжения завтрака. Пятилетняя Соня увлеченно размазывала овсянку по тарелке, строя какие-то свои архитектурные шедевры.
— Что? — кажется, я ослышалась. Борис же просто констатировал факт, как будто сообщал прогноз погоды.
— Ты погрязла в бытовухе, Лиза. Совсем. — Он даже не поднял глаз от телефона, продолжая что-то там листать. — Ты перестала быть моей Музой. Перестала быть... собой.
Мишка требовательно захныкал, ожидая кашу, а я все еще держала ложку в воздухе. Время словно застыло.
— Боря, дети...
— Дети ничего не поймут, — наконец он отложил телефон и посмотрел на меня. В его глазах я не увидела ни сожаления, ни боли. Только холодное раздражение. — Я подаю на развод. Сегодня.

— Девочки, я вчера купила новые туфли — просто бомба! — смеётся лучшая подруга в кафе. — Эксклюзив! Такие только у меня.
«А мне изменил муж», — думаю я, но машинально бросаю взгляд на туфли подруги.
И мир вокруг меня замирает.
Я знаю эти туфли.
Я видела их вчера. Они стояли в моей прихожей. Рядом с обувью моего мужа.
Кожа цвета темного шоколада. Уникальная металлическая пряжка в виде крылышка.
— Только у тебя, говоришь? — спрашиваю на автомате.
— Да-да!

Вчера я вернулась домой и услышала стоны из собственной спальни.
Перед глазами стоит та самая картина: шоколадные туфли на паркете моего дома. Ее каштановые волосы на моей подушке. Ее голос, который я слышала вчера из моей спальни.
Моя лучшая подруга спряталась под одеялом, и я бы ни за что не узнала о предательстве самых близких людей, если бы не эти туфли.
— Красивые туфли, — протягиваю с горечью. — Очень тебе идут.
Я отправляю в рот сладкий крем любимого десерта и понимаю, что игра началась. И теперь я буду диктовать

Моя студия красоты «Алиса» находилась в центре города.
Ровно в пять дверь студии открылась, и вошла она. Карина Мулина.
Я подняла голову от телефона. Эта девушка была... ослепительной. Она выглядела лет на двадцать пять, может, чуть моложе.
— Добрый вечер! — ее голос был звонким, молодым.
— Да, конечно, Проходите, присаживайтесь.
— Хочу освежить стрижку, мне нужно выглядеть идеально.
— Какое-то особенное событие?
— Да! — Карина расплылась в улыбке, и ее глаза засияли. — Мы с моим любимым летим в Турцию!
— Как здорово, — я улыбнулась.
— Артем так заботится обо мне. Говорит, что я заслуживаю только лучшего. Он вообще очень романтичный, — Карина достала телефон — Вот, смотрите!
Я взяла телефон. Пролистнула дальше. Фото в примерочной магазина — она в вечернем платье. И вдруг... В отражении, чуть сзади, размыто, но различимо — мужская фигура. Темные волосы. Широкие плечи в черной футболке. Профиль... Знакомый профиль. Нет. Не может быть.
Мой Артем!!!