Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «silnaya-geroinya»

— Мне нужно поговорить с тобой.
Что-то в моём голосе заставило его замереть. Он присмотрелся внимательнее, и я увидела, как мелькнула тревога в его глазах.
— О чём?
— О Маше, пропавших со счета четырёхстах двадцати тысячах рублей и бабушкином рояле.
— Ты лазила в моём ноутбуке?
Вот так. Не "извини" или "я могу объяснить". "Ты лазила".
— Он был открыт, я искала номер нотного магазина. Нашла переписку.
— Понятно… Ну что ж. Тогда давай поговорим по-взрослому.
И он заговорил. Спокойно, деловито, будто обсуждал условия контракта, а не крах двенадцатилетнего брака.

— Лера? — Голос Юры удивлённый. — Ты ещё не спишь? Что случилось?
Он заходит в прихожую, останавливается.
— Что... — Пауза. Долгая. — Лер, что это за сумки?
Он идёт на кухню. Появляется в дверном проёме. Смотрит на меня.
На моё лицо. На стол. На телефон.
— Лера, что происходит? — В его голосе тревога. — Почему ты не спишь? Почему мои вещи... — Он не договаривает.
Я молча беру телефон. Нажимаю воспроизведение.
— Лера, дай мне объяснить...
— Объясняй, — говорю я жёстко. — Объясни, кто она. Объясни, почему я должна верить хоть одному твоему слову после этого.
Юра молчит секунду. Две. Три.
Потом садится на стул напротив меня. Кладёт руки на стол. Смотрит мне в глаза.
И начинает говорить.
***
Я ждала извинений. Оправданий. Чего угодно…
Но его слова изменили мой мир навсегда!

– Ревнуешь меня? – в интонации голоса Руслана нескрываемое удовольствие.
– Вот ещё! – отвечает со злостью дамочка. Но в этой злости я чувствую и обиду, которую она пытается скрыть. – К кому, спрашивается, ревновать? К этой занудной серой мыши? Смешно!
– Ты вроде как не в духе, –  недовольно спрашивает мой муж.
– Смотри за настроением своей жены, а меня не трогай. Или есть возражения?
– Не то, чтобы возражения, – сдаётся Руслан, – но…
– Без «но»! Ты ведь надел кольцо не на мой палец. Так что свои замечания прибереги для своей замухрышки. А мне ты никто. Хотя, если память не изменяет, совсем недавно сулил золотые горы.

– Мне кажется, что муж мне изменяет, – поделилась я с подругой за чашкой кофе.
Но кто ж знал, что именно она окажется той самой разлучницей!
После горькой правды о двойном предательстве я превратилась в ту самую женщину, которая поставит на колени любого, кто посмел её обидеть.
Я отомщу вам, голубки. Да так, что вы пожалеете о том, что когда-то посмотрели друг на друга!

— Когда ты собирался мне сказать?
— Я планировал поговорить. Ждал подходящего момента.
— Подходящего момента, чтобы сообщить жене, что у тебя беременная любовница? Скажи, Иван, такой момент вообще существует во вселенной?
— Я не хотел тебя ранить. Думал, как лучше преподнести, чтобы...
— Чтобы — что? — я всё-таки повысила голос, но тут же осеклась, заставила себя вдохнуть глубже, выдохнуть медленнее, вернуть контроль. — Чтобы я не расстроилась? И поэтому лучше было лгать? Смотреть мне в глаза каждый вечер, а потом мчаться к ней?
— Я полюбил её, Оля. Это не интрижка. Это... настоящее. Я сам не ожидал, что так выйдет, но вышло. Марина — она другая.
***
Ради этой «другой» муж потребовал половину моего бизнеса. Я оставила его нищим. Его взрослый сын встал на мою сторону. А «настоящая любовь» закончилась, когда выяснилось, что ребенок не от Ивана.

– Заходи, – говорю я подруге, открывая дверь в нашу новую с мужем квартиру, которая куплена на будущее дочери. – Только она пока пустая, полы да стены.
Мы проходим. Включаю свет в комнате – и замираю.
На полу лежит надувной матрас со смятым бельем, рядом остатки ужина на двоих, пластиковые бокалы.
На подоконнике – мужские часы.
Беру их дрожащими руками – кожаный ремешок с той самой потертостью, которую знаю наизусть.
– Лида, что это? – шепчет Ольга за спиной.
Поворачиваюсь к ней, и она вздрагивает от выражения моего лица.
– Это часы Дениса, – говорю еле слышно. – Те самые, которые он «потерял» вчера вечером.
Мир рушится.
Новая квартира, которую мы покупали для будущего дочери, оказывается местом его измен. Руки трясутся, часы выскальзывают и падают на пол со звонким стуком.

— Пап, когда ты уже скажешь ей, что уходишь к Лиде? — слышу голос дочери и резко останавливаюсь.
— Спешить пока некуда. Мне нужно подготовиться к разводу с твоей матерью. И хватит говорить об этом в доме, — строго чеканит Виктор.
— Прости, пап. Ну я же с вами буду жить точно? Не с ней?
— Ты моя дочь. Ты будешь жить с нами.

Семнадцать лет я с ним. В горе и в радости. Несмотря ни на что. А сейчас, прямо за дверью, муж обсуждает с нашей шестнадцатилетней дочерью развод со мной, который планирует в скором времени. Дочь явно давно обо всем в курсе и уже сделала выбор не в пользу меня. Мой привычный мир, что существовал последние семнадцать лет — рухнул в одно мгновение. За что они так со мной? А нужно ли это выяснять?..

Марина верила, что у неё идеальный брак. До того дня, когда муж забыл телефон дома с сообщением от неё. До той встречи в кафе, где он праздновал день рождения другой женщины, дарил подвеску, смотрел на неё так, как давно не смотрел на жену.

Она могла бы кричать и плакать. Она решила действовать.

Её оружием стало хладнокровие. Её полем боя — собственная жизнь. Записаться на стрижку к любовнице. Стать учительницей для его внебрачного сына. Раскопать старые семейные тайны, которые связывают все нити предательства в один тугой узел.

Но в самой изощрённой мести таится опасность: можно настолько вжиться в роль мстительницы, что забыть, кто ты на самом деле. И когда враги повержены, остаётся лишь пустота и один вопрос: что строить на этом пепелище?

История о том, как боль превращается в ярость, а ярость — в холодный расчёт. И о том, можно ли после этого снова научиться жить.

Я стучу в дверь. Три коротких удара.
Внутри слышатся шаги, приглушённые голоса.
Дверь открывается.
Передо мной стоит женщина лет тридцати. Стройная, тёмные волосы влажные, белый махровый халат отеля. Лицо без макияжа, губы припухшие. Она смотрит на меня с улыбкой:
– Да?
Я узнаю её мгновенно. Анна. Коллега Андрея из его отдела. Видела её фото в корпоративном чате.
– Комплимент от отеля, – произношу я, и удивляюсь, насколько спокойно звучит мой голос.
Она открывает рот, чтобы ответить, и в этот момент из ванной выходит мой муж.
Полотенце на бёдрах, голый торс, мокрые волосы. Он улыбается, говорит что-то Анне, не замечая меня. Потом его взгляд скользит к двери.
Наши глаза встречаются.
Улыбка медленно сползает с его лица. Он замирает. Губы шевелятся, пытаясь что-то сказать.
– Настя...
Это всё, что он успевает выдохнуть.

Запись продолжилась, и следующий голос был слишком родным и знакомым.
– Пойдем в постельку. Времени мало, через пару часиков вернется грымза. А мне столько всего хочется пощупать.
Слова прозвучали игриво и откровенно. Мозг попытался не принять смысл сразу, на мгновение предложил мне спасительную глупость, что я что-то не так расслышала, что это шутка, что у Арнольда дурацкое чувство юмора, но женский голос ответил слишком уверенно, слишком по-хозяйски.
– Сам виноват. Ты все тянешь. Давно пора развестись. Кувыркались бы в постельке сколько угодно.
Раздался неприятный смешок мужа.
– Разве тебе плохо, когда я выполняю все твои капризы за ее счет? Она хорошо получает, и мы с тобой пользуемся заработанными моей женой средствами. Отдых в прошлом году на море? Зимний Байкал? Она же ничего не контролирует, доверяет мне полностью, а я все свои доходы вывожу из семьи. Скоро я скрою все средства, я не собираюсь оставлять ей квартиру после развода. И делить тоже. Поэтому надо пока потерпеть.