Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «silnaya-geroinya»
— Лена, что происходит? — спрашивает Романовский.
— Я запуталась, — отвечаю я. — Мне нужно подумать.
— Что тут думать? Переезжай ко мне, — не сдается любимый мужчина.
— Прости, мы не можем быть вместе, — решаюсь на откровенность.
— Тебя с мужем больше ничего не связывает! — возражает он.
— К сожалению, связывает. Я… жду от него ребенка.
Надежда в его взгляде угасает, ее место занимает отчаяние. Я так хочу услышать заверения в том, что все будет хорошо. Но вместо этого он произносит: «Уходи».
— Я запуталась, — отвечаю я. — Мне нужно подумать.
— Что тут думать? Переезжай ко мне, — не сдается любимый мужчина.
— Прости, мы не можем быть вместе, — решаюсь на откровенность.
— Тебя с мужем больше ничего не связывает! — возражает он.
— К сожалению, связывает. Я… жду от него ребенка.
Надежда в его взгляде угасает, ее место занимает отчаяние. Я так хочу услышать заверения в том, что все будет хорошо. Но вместо этого он произносит: «Уходи».
Она достала пудреницу — и в этот момент из соседней кабинки раздался женский смех:
— Сказала ему повесить шторы до конца, а то жена заметит. Хотя где ей заметить? Она вечно со своей камерой.
Ева застыла.
Сердце не билось, воздух исчез, осталась только фраза: «жена вечно со своей камерой».
Мужской голос шепнул:
— Тише, Вер… ещё кто-то зайдёт.
Пудреница захлопнулась.
Всё стало до смешного ясно.
Хотела драму? Получай пилот сериала.
Ева вышла из ресторана, не оборачиваясь.
Телефон дрогнул — сообщение от мужа: «Еду. Задержался».
Она усмехнулась:
— Опоздал не на ужин. Опоздал на жизнь.
— Сказала ему повесить шторы до конца, а то жена заметит. Хотя где ей заметить? Она вечно со своей камерой.
Ева застыла.
Сердце не билось, воздух исчез, осталась только фраза: «жена вечно со своей камерой».
Мужской голос шепнул:
— Тише, Вер… ещё кто-то зайдёт.
Пудреница захлопнулась.
Всё стало до смешного ясно.
Хотела драму? Получай пилот сериала.
Ева вышла из ресторана, не оборачиваясь.
Телефон дрогнул — сообщение от мужа: «Еду. Задержался».
Она усмехнулась:
— Опоздал не на ужин. Опоздал на жизнь.
— Тигр, а я стану хозяйкой квартиры этой серой мыши? Ты ее вышвырнешь? — замурлыкала голая бухгалтерша рядом с моим мужем.
— Еще как станешь! Завтра же она не глядя подпишет документы, что я ей подсуну. — Хвалится предатель. — Я Бог для Ленки, против меня она и слова не скажет! Выкину ее из хаты и забуду навсегда!
— Бог для Ленки? — хмурится она, отрываясь от Бориса и заглядывает ему в глаза. — А я для тебя кто, Тигр-р-р?
— Ты моя Киса, единственная, кого я вижу! Ты моя Богиня! Не ревнуй меня к этой невзрачной клуши!
Карьера мужа зависит от успеха сделки с иностранными инвесторами, но накануне я узнала о его измене.
Он с бухгалтершей Любой собирался на курорт в Тайланд отмечать свое повышение.
Вот только одна ошибка и он вылетит из самой престижной компании.
И я ему это устрою! “Невзрачные клуши” еще как умеют мстить!
— Еще как станешь! Завтра же она не глядя подпишет документы, что я ей подсуну. — Хвалится предатель. — Я Бог для Ленки, против меня она и слова не скажет! Выкину ее из хаты и забуду навсегда!
— Бог для Ленки? — хмурится она, отрываясь от Бориса и заглядывает ему в глаза. — А я для тебя кто, Тигр-р-р?
— Ты моя Киса, единственная, кого я вижу! Ты моя Богиня! Не ревнуй меня к этой невзрачной клуши!
Карьера мужа зависит от успеха сделки с иностранными инвесторами, но накануне я узнала о его измене.
Он с бухгалтершей Любой собирался на курорт в Тайланд отмечать свое повышение.
Вот только одна ошибка и он вылетит из самой престижной компании.
И я ему это устрою! “Невзрачные клуши” еще как умеют мстить!
— Любимая, подпиши, — голос мужа доносится сквозь дремоту.
Пытаюсь сфокусировать взгляд на лице мужа. Руслан уже оделся в костюм. Протягивает мне какие-то бумаги.
— Что это? — потягиваюсь, усаживаюсь в постели и беру в руки документы.
— Это брачный контракт, — спокойный голос мужа заставляет тут же забыть о сне.
Его пронзительный взгляд серых глаз словно говорит "все в порядке". Но неприятный тревожный колокол уже звенит в груди.
— Это еще зачем? — вскакиваю с кровати. — Руслан, ты разводиться собрался?!
Муж подходит ближе. Нежно касается руками моих плеч, обворожительно улыбается.
— Ну что ты, глупышка. Какой развод, — хохочет раскатисто. — Вик, это просто формальность.
Если бы мне было 20 или 30 лет, то я бы точно поверила.
Но мне 43 года. Я прошла через нищету, многочисленные жизненные испытания. Родила двух детей и построила свой небольшой бизнес. Поэтому я продолжаю с подозрением смотреть на мужа. Ищу какую-то зацепку...
Пытаюсь сфокусировать взгляд на лице мужа. Руслан уже оделся в костюм. Протягивает мне какие-то бумаги.
— Что это? — потягиваюсь, усаживаюсь в постели и беру в руки документы.
— Это брачный контракт, — спокойный голос мужа заставляет тут же забыть о сне.
Его пронзительный взгляд серых глаз словно говорит "все в порядке". Но неприятный тревожный колокол уже звенит в груди.
— Это еще зачем? — вскакиваю с кровати. — Руслан, ты разводиться собрался?!
Муж подходит ближе. Нежно касается руками моих плеч, обворожительно улыбается.
— Ну что ты, глупышка. Какой развод, — хохочет раскатисто. — Вик, это просто формальность.
Если бы мне было 20 или 30 лет, то я бы точно поверила.
Но мне 43 года. Я прошла через нищету, многочисленные жизненные испытания. Родила двух детей и построила свой небольшой бизнес. Поэтому я продолжаю с подозрением смотреть на мужа. Ищу какую-то зацепку...
- Оленька, лапушка, у нас большие проблемы! – на Боре лица не было, бледный, руки трясутся.
- Борь, да что ты так расстроился, нам все проблемы нипочём, вместе справимся!
Но когда я услышала, что сказал муж после, поняла… не справимся и не вместе мы…
- От меня студентка беременна… и аборт поздно делать, - сел на стул, голову уронил. – Что делать будем, Олюшка?
Ничего себе поворот… сначала опешила даже…
- Беременна?! Студентка?! От тебя?! И ты ещё спрашиваешь, что делать будем?
Тридцать пять лет брака…, пылинки сдувала, Боренька то, Боренька это…, а он со студенткой?
Не раздумывая, подала на развод.
Чем такой муж, лучше совсем никакой!
А измену я ему точно простить не смогу…
И слёз моих никто не увидит!
Мужик с возу, кобыле легче!
Даже сама от себя не ожидала, что смогу так круто изменить свою жизнь
- Борь, да что ты так расстроился, нам все проблемы нипочём, вместе справимся!
Но когда я услышала, что сказал муж после, поняла… не справимся и не вместе мы…
- От меня студентка беременна… и аборт поздно делать, - сел на стул, голову уронил. – Что делать будем, Олюшка?
Ничего себе поворот… сначала опешила даже…
- Беременна?! Студентка?! От тебя?! И ты ещё спрашиваешь, что делать будем?
Тридцать пять лет брака…, пылинки сдувала, Боренька то, Боренька это…, а он со студенткой?
Не раздумывая, подала на развод.
Чем такой муж, лучше совсем никакой!
А измену я ему точно простить не смогу…
И слёз моих никто не увидит!
Мужик с возу, кобыле легче!
Даже сама от себя не ожидала, что смогу так круто изменить свою жизнь
— Мне ничего не нужно! Я тоже буду тебе хорошей женой! И даже никогда не упрекну по поводу твоих студенток! — звучит голос моей лучшей подруги.
— Всё, прекрати и проваливай. И учти, Ника, ещё раз попробуешь что-то подобное отчебучить или опять приедешь в ночи, сильно пожалеешь!
— И что будет, котик? Накажешь меня? Ты же знаешь, что Галка после своих колёс спит так, что её из пушки не разбудишь. Кстати, у меня под шубой только бельё, которое ты в выходной подарил.
Дверь я распахиваю с ноги.
Картина, представшая моему виду, ещё более отвратительна, чем только что услышанная беседа. Альберт стоит с осанкой короля и в распахнутом пальто, а к его груди словно прилипла Ника, на которой лишь алое кружевное бельё.
— Ну здравствуй, подруга, ты чего так побледнела? — произношу с улыбкой. — А ты что так удивлён, котик? Ну да, я же должна сейчас крепко спать. Так идите в дом, не стесняйтесь! А то тут холодно, а вы, чай, уже не особо молоды.
Я подаю на развод!
— Всё, прекрати и проваливай. И учти, Ника, ещё раз попробуешь что-то подобное отчебучить или опять приедешь в ночи, сильно пожалеешь!
— И что будет, котик? Накажешь меня? Ты же знаешь, что Галка после своих колёс спит так, что её из пушки не разбудишь. Кстати, у меня под шубой только бельё, которое ты в выходной подарил.
Дверь я распахиваю с ноги.
Картина, представшая моему виду, ещё более отвратительна, чем только что услышанная беседа. Альберт стоит с осанкой короля и в распахнутом пальто, а к его груди словно прилипла Ника, на которой лишь алое кружевное бельё.
— Ну здравствуй, подруга, ты чего так побледнела? — произношу с улыбкой. — А ты что так удивлён, котик? Ну да, я же должна сейчас крепко спать. Так идите в дом, не стесняйтесь! А то тут холодно, а вы, чай, уже не особо молоды.
Я подаю на развод!
- Ваш муж попал в аварию… на трассе M-11 Москва-Санкт-Петербург, - сообщает мне незнакомый голос.
Мир вокруг начинает кружиться. Я судорожно сжимаю телефон в пальцах, боясь что он просто выпадет у меня из рук.
- Авария? Что… что с ним? Жив? Где он?
- Сейчас его готовят к транспортировке в Городскую клиническую больницу № 71. Состояние крайне тяжёлое.
В голове словно кто-то хаотично переключает каналы. Ничего не понимаю, не могу связать поток мыслей в единое целое.
- Рядом с ним в машине находилась девушка, - продолжает голос в трубке. - Вы не знаете, кто она?
Я ошарашено молчу, не в силах вымолвить ни слова.
Девушка? Какая ещё девушка?
- Не может быть! Это ошибка, - едва шевеля губами, шепчу я. - Кирилл должен быть на пути в Казань! Что вообще происходит?
Мир вокруг начинает кружиться. Я судорожно сжимаю телефон в пальцах, боясь что он просто выпадет у меня из рук.
- Авария? Что… что с ним? Жив? Где он?
- Сейчас его готовят к транспортировке в Городскую клиническую больницу № 71. Состояние крайне тяжёлое.
В голове словно кто-то хаотично переключает каналы. Ничего не понимаю, не могу связать поток мыслей в единое целое.
- Рядом с ним в машине находилась девушка, - продолжает голос в трубке. - Вы не знаете, кто она?
Я ошарашено молчу, не в силах вымолвить ни слова.
Девушка? Какая ещё девушка?
- Не может быть! Это ошибка, - едва шевеля губами, шепчу я. - Кирилл должен быть на пути в Казань! Что вообще происходит?
— Ну что, оценила подарок, моя королева?
Я понимаю. Это голос моего мужа.
— Ты просто волшебник! — отвечает ему Лиза. — Бриллиант — огонь! Они все умерли от зависти. Ты видел их лицо?
Смех. Его смех.
— Главное, чтобы Вера ничего не заподозрила. Ты же знаешь, какая она внимательная.
— Да расслабься! — Лиза фыркает. — Она слишком занята своими салонами красоты, чтобы копать глубже. Я иногда думаю, она вообще не замечает ничего, кроме своего бизнеса. Удобная жена, правда?
Пауза. Я не дышу.
— Представляешь, когда мы наконец-то сможем не прятаться? Когда ты разведёшься с ней, и мы...
— Тише, — обрывает её Артём. — Не сейчас. Всему своё время. Мне нужно всё правильно организовать. Бизнес, активы... Вера не дура, она захочет половину.
***
Букет из 101 розы. Бриллиант за несколько миллионов. Все это получила моя подруга на свой день рождения от тайного поклонника. Вот только я узнала, что этим «поклонником» оказался мой муж.
Я понимаю. Это голос моего мужа.
— Ты просто волшебник! — отвечает ему Лиза. — Бриллиант — огонь! Они все умерли от зависти. Ты видел их лицо?
Смех. Его смех.
— Главное, чтобы Вера ничего не заподозрила. Ты же знаешь, какая она внимательная.
— Да расслабься! — Лиза фыркает. — Она слишком занята своими салонами красоты, чтобы копать глубже. Я иногда думаю, она вообще не замечает ничего, кроме своего бизнеса. Удобная жена, правда?
Пауза. Я не дышу.
— Представляешь, когда мы наконец-то сможем не прятаться? Когда ты разведёшься с ней, и мы...
— Тише, — обрывает её Артём. — Не сейчас. Всему своё время. Мне нужно всё правильно организовать. Бизнес, активы... Вера не дура, она захочет половину.
***
Букет из 101 розы. Бриллиант за несколько миллионов. Все это получила моя подруга на свой день рождения от тайного поклонника. Вот только я узнала, что этим «поклонником» оказался мой муж.
Дверь спальни приоткрыта. Рука дрожит, когда я толкаю ее.
И мир рушится.
На нашей кровати, под нашим одеялом, лежат двое. Игорь, мой муж и... Вика. Его секретарша. Молодая красивая блондинка, которую он нанял полгода назад.
Они не замечают меня. Слишком увлечены друг другом. Игорь целует ее шею, она запрокидывает голову. Ее длинные волосы рассыпались по моей подушке. Его руки скользят по ее телу так, как он не прикасался ко мне уже... сколько? Год? Два?
Я стою в дверях и не могу пошевелиться. Не могу вдохнуть. Не могу поверить в то, что вижу.
Виктория поворачивается и видит меня. Глаза расширяются от ужаса. Она толкает Игоря в плечо, что-то шепчет. Он поворачивает голову и встречается со мной взглядом.
На его лице нет ни тени раскаяния. Нет стыда, смущения. Только раздражение. Раздражение от того, что его побеспокоили.
– Лиза, – говорит он ровным голосом, не делая попытки прикрыться. – Ты рано.
И мир рушится.
На нашей кровати, под нашим одеялом, лежат двое. Игорь, мой муж и... Вика. Его секретарша. Молодая красивая блондинка, которую он нанял полгода назад.
Они не замечают меня. Слишком увлечены друг другом. Игорь целует ее шею, она запрокидывает голову. Ее длинные волосы рассыпались по моей подушке. Его руки скользят по ее телу так, как он не прикасался ко мне уже... сколько? Год? Два?
Я стою в дверях и не могу пошевелиться. Не могу вдохнуть. Не могу поверить в то, что вижу.
Виктория поворачивается и видит меня. Глаза расширяются от ужаса. Она толкает Игоря в плечо, что-то шепчет. Он поворачивает голову и встречается со мной взглядом.
На его лице нет ни тени раскаяния. Нет стыда, смущения. Только раздражение. Раздражение от того, что его побеспокоили.
– Лиза, – говорит он ровным голосом, не делая попытки прикрыться. – Ты рано.
Елена думала, что их брак — это крепость. Они прошли через войну, через слёзы, через радости. Их дом с зимним садом был её раем. Пока однажды утром телефонный звонок не разрушил всё.
«Леночка, держись... Твой Виктор вчера на корпоративе... с какой-то молоденькой... Все видели, как они....».
Измена. Публичная, пошлая, с вульгарной девчонкой. И самое страшное — его оправдание: «Лена, я... я ничего не помню, я был пьян...»
Но Елена помнит. Она помнит всё. И видит фотографии, где её генерал, её гордость и честь, позорится в объятиях другой.
Он падает на колени, он клянется, он заваливает её подарками. Но как простить, когда кольцо с сапфиром напоминает лишь о синяке на душе?
«Леночка, держись... Твой Виктор вчера на корпоративе... с какой-то молоденькой... Все видели, как они....».
Измена. Публичная, пошлая, с вульгарной девчонкой. И самое страшное — его оправдание: «Лена, я... я ничего не помню, я был пьян...»
Но Елена помнит. Она помнит всё. И видит фотографии, где её генерал, её гордость и честь, позорится в объятиях другой.
Он падает на колени, он клянется, он заваливает её подарками. Но как простить, когда кольцо с сапфиром напоминает лишь о синяке на душе?
Подборка романов о неверности с сильной героиней
Выберите полку для книги